Улей. Книга 2

— Он — мой биологический отец, — сдавленно выдыхаю я, хватаясь за стакан с соком и залпом осушаю его.

— Ну, хоть что-то ты знаешь. В таком случае ты должна догадываться, что связывало наших отцов, — мрачно ухмыльнувшись, Антон наносит очередной меткий удар. — Папа рвался на мировую арену, и Уильям был единственным, кто мог ему обеспечить доступ.

— Не понимаю…, — обхватив себя руками, потерянно бормочу я. — Мне сказали, что мама сбежала от первого мужа, когда я была ребенком. Она скрывалась от прежней семьи, сменила внешность, избегала публичных мест. Папа нас защищал… Он был нашей опорой. Во всем. Ты же сам помнишь…

— Отец исполнял приказы Кроноса, — безжалостно бьет словами брат, лишая меня малейшей надежды. — Ты и твоя мать — долгосрочные инвестиции, но, я допускаю, что Анна ни о чем не подозревала.

— Я не верю, — отрицательно трясу головой, не замечаю текущим по щекам слез. — Не может быть. Папа любил ее. Он любил меня! — последнюю фразу выкрикиваю через боль и отрицание.

— Он любил роль отца и мужа, за которую ему хорошо платили, — с яростью отзывается Антон. — Кронос организовал ваш побег, и он же вернул вас обратно, — окончательно добивает брат.

— Зачем? — восклицаю я, нервно хватаясь за горло. Мне не хватает воздуха, перед глазами плывет, тело сотрясает нервная дрожь. Это истерика, которую я не в силах остановить.

— Откуда мне знать? Демори не делился с отцом своими мотивами, — с холодным безразличием отвечает Антон. — Возможно, он временно вывел вас из игры, чтобы использовать в подходящий момент. Этот человек абсолютно безумен, Кая. Чтобы понять его, нужно думать, как он. Ты его дочь. Может быть, у тебя получится? — брат насмешливо кривит губы, не скрывая своей неприязни ко мне.

— Он меня ненавидит, — наклонившись вперед, порывисто хватаю брата за руку. — Я видела его, говорила с ним. Он запер маму в тюремной камере на минус втором уровне, довел ее до полного безумия. А то, что Кронос сделал со мной….

— Не думал, что ты настолько глупа, сестренка, — грубо обрывает меня Антон. — Медея мертва, мой отец использован, обманут и убит, а ты и твой муж — следующие король и королева Улья. Меня будут держать здесь, как рычаг давления на тебя до тех пор, пока ты сама меня не убьешь. А это рано или поздно случится.

— Нет, никогда!!! — горячо возражаю я, смаргивая соленые слезы.

— Кая, очнись, — с неприязнью откинув мою руку, рявкает Антон. — Уильям Демори получил все, что хотел, а ты ему подыграла.

— Неправда. Его ждет суд! — вскочив со стула, яростно кричу я.

— Это муж тебе сказал? — скептически ухмыляется брат. — А Дэрил случайно не поведал тебе, что это он убил Виктора?

— Что за чушь! — похолодев, восклицаю я, в защитном жесте обхватывая руками дрожащие плечи.

— На сезонном стриме под маской Кроноса скрывался наш отец, Кая, — уверенным непреклонным тоном произносит Антон. — Его убедили, что это последнее испытание перед посвящением в правящий круг Корпорации. Папа согласился, потому что был уверен, что никакого риска нет. Действительно, что может угрожать организатору шоу? Однако результат тебе известен. Его убрали, как отработанный материал. Следующим буду я. Меня убьют… Не ты, так они — твой муж или Эйнар, после шоу занявший его должность.

Пошатнувшись, я хватаюсь за спинку стула, чтобы удержаться на резко отказавших ногах. В голове пролетают все диалоги с Дэрилом, касающиеся злополучного стрима. Он говорил, что под маской находился другой человек, но утверждал, что не узнал его, видел впервые. Ложь… снова ложь. Повсюду ложь. Никто вокруг не говорит правду. Каждый ведет свою игру без правил.

— Если я все равно умру, то какой смысл сражаться? — задумчиво продолжает Антон.

Обогнув барную стойку, он медленно приближается ко мне. Заметив в его руках блеснувший сталью десертный нож, я ошеломленно замираю. Смотрю в полные ненависти глаза брата и не верю…

— Для чего нам жить, Кая, если наша участь предрешена. Я могу помочь тебе освободиться, — на лице Антона появляется безумное выражение, в расширившихся зрачках горит лихорадочный огонь.

— Прошу тебя: прекрати. Ты меня пугаешь, — хрипло бормочу я, инстинктивно отступая назад.

— Поверь, это единственный верный путь. Другого у нас нет, — Антон нервно улыбается и с перекошенным злобой лицом бросается вперед. Прямо на меня, выставив руку с ножом. А затем происходит нечто странное. Захрипев, Антон, как подкошенный, падает на пол, так и не поразив свою цель.

В шоке я смотрю, как его пальцы разжимаются, выпуская злополучный тупой десертный нож, которым он все равно бы не смог меня убить с одного удара. Чтобы довести дело до конца, брату пришлось бы изрядно попотеть…

Окаменев от ужаса, я теряю драгоценное время. Черты его лица искажает болезненная гримаса, тело бьётся в крупных судорогах, выворачивая суставы под неправильным углом, изо рта идет кровавая пена. В панике я бросаюсь к нему, падаю на колени, боясь прикоснуться и чем-то навредить. Антон закатывает глаза, хрипя от боли. Кожа принимает синюшный оттенок, судороги учащаются.

— Кто-нибудь!!! Помогите! — Склонившись над Антоном, я громко кричу, захлёбываясь слезами.

Плевать, что он пытался меня убить. Это жест отчаянья загнанной в угол жертвы. Мой брат не убийца. Я не осуждаю его! Антон ни в чем не виноват. Мы не враги и никогда бы ими не стали. Его довели до грани безумия, настроили, натравили против меня.

— Отойди, ты ему не поможешь, — сквозь туман, доносится до меня властный и жесткий голос мужа.

Глава 2.2

Кто-то оттаскивает меня от Антона, с силой выталкивает из кухни, затем, подхватив на руки, выносит на улицу. Я брыкаюсь, царапаюсь, вою, как раненный зверь.

— Не трогай, отпусти! Мне нужно вернуться, — скулю я, с ненавистью глядя в застывшее лицо Эйнара.

От мысли, что с братом остался Дэрил, меня охватывает дикий ужас. Он, не колеблясь добьет Антона, и пальцем не пошевелит, чтобы ему помочь.

— Успокойся. Твой муж знает, что делает, — поставив меня на ноги, Эйнар заслоняет спиной дверь, блокируя сыплющиеся на него удары.

Последняя фраза заставляет меня рассвирепеть еще сильнее, и я со всей дури впечатываю кулак в его подбородок.

— Прекрати, я сказал. С Антоном все будет в порядке, — перехватив мои запястья, раздраженно рычит парень. — Пойми ты, Улей защищает свою новую королеву. У него не было шансов. Когда Антон на тебя напал, наблюдатели автоматически запустили программу самоликвидации.

— Браслет? — хрипло выдыхаю я.

— Он самый, — кивает Эй. — Я уже говорил, что яд не убивает сразу. Дэрил введет блокатор отравляющего вещества, и через несколько часов твой драгоценный братец оклемается, а в следующий раз сто раз подумает, прежде чем причинить тебе вред.