Урод

– Наконец-то ты вырвался, - шептала она, целуя Дейли.

Молодой секретарь Антракса, прижимал ее к стене, жадно целовал ее губы, шею, плечи.

Мэдин молча тихо открыл бутылку, хлебнул два больших глотка, и, не выдавая себя, продолжал наблюдать, как чужие руки скользят по желанному телу. Леня сама подняла юбку, сама залезла в штаны молодого парня, а Мэдин невольно улыбался. Ему было больно, это оказалось неожиданным явлением. Еще ни разу он не испытывал горечи, видя женщину в чужих руках. Даже его наложница в объятиях стражника была смешным забавным явлением, совершенно его не волнующим. Он мог только посмеяться и посоветовать отодрать ее получше, проходя мимо, а здесь он чувствовал скрежет где-то за ребрами и тошноту.

Снова хлебнув, он услышал, как блаженно застонала женщина, закинув ногу на совсем еще юного мужчину, женщина, которую он ждал. Мэдин залпом опустошил всю бутылку и, рассмеявшись, зааплодировал.

Дейли мгновенно отпустил ногу Лень-Фень и отскочил, спешно поправляя штаны. Одного взгляда на Мэдина восемнадцатилетнему секретарю хватило, чтобы побелеть. В Эштаре до двадцатилетия ты едва ли имеешь на что-то право, а Дейли, как сын простого кожевника, ценил свое место при дворе больше всего остального, и теперь проклинал себя за то, что связался с этой женщиной, столь близкой с членами королевской семьи.

Но Мэдину было плевать на Дейли, он медленно встал и небрежным жестом швырнул пустую бутылку в стену. Та разбилась на столь тонко рассчитанном расстоянии, что осколки упали у ног Лен-Фень разделяя ее и принца, но не задели женщину.

Мэдин смотрел на нее и понимал, что прижавшись к стене, Лен-Фень тоже боялась его реакции, а принц улыбался, слыша хруст стекла под ногами.

– Значит вот так выглядит твой выбор, - жестким гортанным голосом проговорил Мэдин, едва не рыча от гнева.

Он стукнул кулаком в стену у самого виска женщины и, глядя ей в глаза, произнес:

– А я не думал, что ты шлюха.

Леня хотела ему возразить, но Мэдин схватил ее за руку и, не давая сказать ни слова, швырнул на кровать и посмотрел на Дейли.

– Сделаешь все, что я скажу, и у тебя будет работа после отъезда моего брата.

Дейли открыл было рот, желая сказать, что принц Антракс обещал позже всех обеспечить работой, и Дейли в том числе, но не проронив ни слова закрыл рот, понимая, что положение принца Мэдина теперь было куда значительнее и стабильнее, нежели положение его брата, не имевшего отныне прав на собственность в Эштаре.

– Мэдин, ты не…

– Заткнись! – рявкнул принц на Леню, приподнявшуюся на постели. – Шлюхам право голоса не давали!

Он злобно улыбался в полумраке, наступая на нее, заползая на кровать и смеясь от ужаса в ее глазах.

– Мэдин, я…

Но он не хотел ее слышать, и потому зажал ей рот рукой, с силой прижимая челюсть, чтобы строптивая женщина не могла кусаться.

– Ты за все ответишь, - прошептал он ей на ухо, свободной рукой разрывая серый сарафан, буквально вырывая клочья ткани и отбрасывая в сторону. – Теперь ты мне за все заплатишь, Леня.

Он гневно рычал, разводя ее ноги. Она пыталась сопротивляться, но только отчаянно дергала ногами, цеплялась за его руку, почти каменную от напряжения, что-то невнятно мычала, а Мэдин смотрел в ее испуганные глаза и улыбался, как дикий зверь, а потом резким движением вошел в нее.

Ее лоно, в котором успел побывать другой мужчина, было влажным, мягким, податливым, нежно сжимающим его член и безумно приятным, но это только еще больше злило принца.

Он отпустил ее челюсть и тут же впился губами в ее губы, грубо затыкая ее поцелуем, кусая губы в кровь и вжимая ее в кровать, а потом резво откатился в сторону, переворачиваясь вместе с ней.

Лен-Фень попыталась что-то сказать, но Мэдин, уткнул ее головой в подушку над своим плечом, грубо сжимая волосы на ее затылке.

Она все еще пыталась что-то сделать, но не могла даже шевельнуться, а беспомощное ерзанье на его члене показалось ей глупым. Давясь подушкой Лен-Фень понимала, что на глаза наворачиваются слезы, а Мэдин смеясь заговорил с Дейли:

– А вот теперь твое время, малыш.

Его грубый голос казался незнакомый даже ему самому.

Свободной рукой он впился пальцами в ягодицу женщины, отбрасывая обрывки ткани, и жадно сжал ее.

– Бери ее, ты ведь это много раз делал.

Дейли с ужасом смотрел на принца. Лен-Фень дернулась, замычала, но принц только сильнее вжал ее голову в подушку. Беспомощно колотя руками по кровати, она тихо скулила и плакала.

– Давай, ты ведь хочешь остаться при дворе, так что трахни ее вместе со мной, если ей так нравится играть с нами обоими.

Лен-Фень почти завыла, уже не брыкаясь, но откровенно рыдая в подушку. Почти не дыша, она почувствовала руки второго мужчины на своих бедрах, отчаянно сжалась и вцепилась зубами в подушку, чувствуя как в нее медленно, но все же уверенно входит еще один член. Она пыталась сопротивляться, но уже инстинктивно, сжимаясь внутри и от того причиняя себе боль, потому что с ней считаться никто не собирался.

Мэдин почти не двигался, он управлял ее телом, насаживая на оба члена, в то время как Дейли методично с легким ужасом делал то, что ему велели, грубо и беспощадно двигаясь в заду женщины.

Принцу было тошно, мерзко, гадко и приятное ощущение внизу живота только добавляло отвращения. Его рука на затылке женщины постепенно ослабевала и Леня, получив относительную свободу, тихо застонала у его уха.

Боль сменилась приятным жаром в ее теле, привыкшем к грубому сексу, но впервые ощущавшему двух мужчин разом.

Ее стон выбивал из принца последние силы. Он понимал, что она сама начинала двигать бедрами, слышал тяжелое дыхание Дейли, но смотрел в потолок с холодным отчаянием и презрением к себе.

Леня, приподнявшись, прильнула к нему.

– Прости, - прошептала она и нежно коснулась губами его губ.

Но Мэдин остался холоден, не отвечая на ее поцелуй,

Дейли, поражаясь тому, какой она была узкой и как пульсировала внутри от грубой ласки, входил во вкус, набирая темп, забывая о происходящем, о принце, тихо наблюдавшим за всем происходящим, наслаждаясь каждым движением, пока не кончил в нее. Такой приятной она не была еще никогда.

Леня вскрикнула, ощущая две волны внутри, переходящие в пульсацию и вызывающие в ней сладостные влажные волны, до дорожи в коже поражавшие тело.

– Мэдин, послушай, - в истоме прошептала она.

Принц провел нежно рукой по ее щеке, а она прильнула как кошка к его ладони. Он приподнялся, коротко касаясь губами ее губ. Ее глаза с нежностью смотрели на него, а он, улыбаясь, произнес:

– А вот теперь ты мне не нужна.

Его тихий шепот был подобен взрыву. Рывком, скидывая с себя и женщину и ее молодого любовника, Мэдин встал и, не давая себе опомниться, хрустя стеклом, выскочил из комнаты, на ходу поправляя штаны.