В теле бойца

Всё же после Вацлавны, если, конечно, не случится ничего экстраординарного, обязательно к ней наведаюсь.

Мы распрощались у массивных чёрных дверей в кабинет вампирши, после чего я, постучав, вошёл в помещение.

— Мистер Томпсон, — вампирша окинула меня холодным взглядом. — Я смотрю, вы любитель являться не вовремя.

И это после того, как она меня оставила в кабинете Гринланда?

Я молча уставился на неё. Не знаю, чего я ждал, но этот её безразличный взгляд, отчего-то вызвал у меня вспышку злости. Я едва сдерживался, чтобы просто стоять молча.

В следующий миг мою руку что-то сильно дёрнуло. Я едва не упал и, пытаясь удержать равновесие, даже активировал меню.

Время привычно замедлилось. Из-за того что все в помещении сидели без движений, казалось, что оно и вовсе остановилось. Я вдруг увидел, как от моей руки отделилось что-то чёрное и понеслось вперёд. Должно быть, это тот самый перстень, что дал мне Гроуфакс. Я с удивлением обнаружил, что перстень видоизменился. Сначала он вовсе потерял форму, став тёмным облачком, однако в следующий миг превратился в метательный нож, который летел прямо в голову вампирши.

Вот чёрт! Надеюсь она понимает, что это сделал не я?..

На Лице Вацлавны отразилась целая гамма эмоций, что было для неё совершенно не свойственно.

Не знаю, как ей удалось, но она поймала кинжал в десяти сантиметрах от своего лица. Хоть это и далось ей непросто. Я смог это всё разглядеть только потому, что время тянулось для меня как резина. Остальные присутствующие в классе, думаю, и вовсе ничего не поняли.

Однако представление на этом не закончилось. Кинжал вдруг снова стал туманом и потянулся к лицу Ванессы. Миг, и он втянулся в ноздри в искривлённый рот, глаза и уши вампирши.

Ванесса уставилась на меня. Её глаза покрылись сетью лопнувших капилляров, которые, впрочем, тут же стали затягиваться. Самое страшное, что её взгляд ничего не выражал: ни злости, ни боли… вообще ничего.

Я сам не заметил, как меню отключилось, а время побежало в нормальном ритме. Вацлавна продолжала смотреть на меня своим промораживающим взглядом.

— Займите своё место, Мистер Томпсон, — произнесла она и тут же отвернулась.

Я проследовал вглубь кабинета, туда, где сидел Дор. На мне скрестились колючие взгляды четырёх подростков вампиров. И чего они так уставились? Может, всё же что-то почувствовали?

Как только я уселся, Вампирша тут же продолжила прерванную мной лекцию. В мою сторону она даже не взглянула.

— Договор о культурном наследии орков пересматривался три раза, и в итоге было решено вовсе искоренить их влияние. Несмотря на то, что многие культуры в Троеземье существуют без вмешательства правительства, культура и религия народа орков признана вредительской и губительно влияющей на благосостояние нашей страны. Иными словами, правительство смогло выйти из того тупика, в который само себя загнало. С одной стороны, есть эрки и гоблины, которых признали гражданами, с другой стороны, их культура, которая не позволяла осуществлять контроль над этими народами, и могла привести к гражданской войне. Изгонять эрков было непозволительно. Во-первых, их кровь на половину эльфийская. Есть предположение, что таким образом у Троеземья вполне мог появиться недоброжелательный сосед…

Одна из эрчих подняла руку, и Ванесса кивнула ей, позволяя задать вопрос.

— Рассматривался ли Королём вариант геноцида эрков? — спросила девушка.

— Здесь сложно что-то предполагать, — невозмутимо ответила Вампирша, совершенно не реагируя на остроту вопроса, — однако это могло вызвать реакцию оркских племён и повлечь новую войну.

Вампирша продолжала говорить, а я слушал вполуха. Сначала перстень, ставший книжалом, выбил меня из колеи, теперь ещё и все упыри класса на меня пялятся. Что это за выкрутасы такие? Даже не знаю, что меня поразило больше: сюрприз в перстне Гроуфакса или реакция Вацлавны.

Сосредоточиться не получалось совершенно. Я был так наряжён, что даже не сразу заметил Дора, который сидел рядом и, кажется, что-то мне говорил.

Я даже и не заметил, когда прозвенел звонок. Казалось, я только вошёл, как уже пора и уходить.

— Ты идёшь? — спросил Дор, заставив меня вздрогнуть.

— Да, сейчас, — бросил я через плечо. — Ты иди, я тебя догоню.

— Хорошо, — ответил Дор, пожав плечами. Мне даже показалось, что он обиделся.

Когда кабинет опустел, я встал со своего места и направился к Вацлавне, которая внимательно изучала какую-то тетрадь.

— Вы что-то хотели? — не поднимая головы спросила женщина.

— Вообще-то да, — нахмурившись отвтеил я. — У нас с вами есть незаконченные дела.

— На данный момент мои дела с вами закончены, — ответила вампирша, перелистнув страницу тетради. Или вы чем-то недовольны?

Во мне вскипела волна гнева, однако я справился с ней. Вопить о том, что она меня оставила смысла нет, она и так всё прекрасно понимает. Привлекать лишнее внимание — вообще не вариант, всё же она прямой свидетель того, что Эльфин совершил убийство. Прижать её… Ага, я на всю жизнь запомнил, что она устроила гоблинам. Здесь всё понятно. Одно бесит: ведь ничего же не понятно! Что у неё вообще в башке? Что за игру она ведёт, и при чём тут я? Да и кинжал тот. Она что вообще никак его не упомянет?

— Вопросов у меня масса, — начал я. — Вы, как минимум, обещали помочь мне с вампирским проклятьем.

— Пока рано глушить его, — невозмутимо ответила она. — Я пришлю за вами летучую мышь. Что касается остального, у меня сейчас нет на вас времени. Вы можете быть свободны.

То что до этого кипело в моей груди, похоже, достигло крайней стадии и готово было взорваться. Мне хотелось вырвать сраную тетрадь из её рук или достать гвоздемёт с молотком, а еще лучше активировать Берсерка, и плевать вообще на всё, включая инстинкт самосохранения.

Я стоял, покачиваясь, и изнутри выгорал от ярости.

— Если вы забыли где дверь, то она там, — Ванесса указала пальцем в сторону выхода.

Да, если рассматривать ситуацию со стороны общения ученика и учителя, тут всё понятно и вполне нормально. Но вашу же мать, она отвезла меня в особняк моего дяди и отрубила ему руки с ногами, после чего я его убил. Да, орать об этом не стоит, но, учитывая дела связывающие нас, она сейчас вообще не права.

Однако я с собой справился.

— Мы сможем обсудить события последней нашей встречи? — спросил я.

— Вы уверены, что это сейчас имеет значение? Сейчас есть и более важные проблемы, — спокойно произнесла она, наконец переведя на меня взгляд. — Какую значимость имеют ваши дела на фоне того, что через пару дней весь город может погибнуть. Идите на следующее занятие, мистер Томпсон.

От её взгляда у меня, кажется, даже лицо заледенело.

Признаюсь, я себя чувствовал этакой побитой собакой, но, что здесь противопоставить, даже не представлял. Махнув рукой, я направился к двери. Я принципиально не оглядывался, а Вацлавна, казалось, совершенно забыла о моём существовании.