В теле бойца

— К-каком условии? — спросил эрк, закашлявшись.

— Ты поклянёшься, что никогда не отступишь, даже перед собственной смертью. Так же, как и передо мной сегодня. Я буду рядом и буду тебе помогать во всём, — голос здоровяка рокотал, заставляя вибрировать пол под ногами. — Я буду твоим главным сторонником, но, если ты испугаешься и дашь слабину, я закончу то, что не сделал сегодня.

Повисшую тишину, казалось, можно было нарезать ножом.

— Я клянусь, — произнёс вдруг Гарс, — что буду биться за наше племя, пока не сдохну. А когда сдохну, мои дела будут вдохновлять молодняк на подвиги во имя великого народа эрков. Я не отступлю никогда.

Среди эрков поднялся такой шум, что рёв здоровяка показался мне писком комара. Под этот гомон гигант преклонил колено.

Появился сухой шаман, будто из-под земли вырос. Он подошёл к Гарсу и налепил ему на шею костяное ожерелье, а потом, ухватив за руку, потянул к выходу с арены.

Вот уж не ожидал такого поворота. Но на этом сюрпризы не закончились.

Рокот ревущих глоток прервали аплодисменты. Причём хлопал кто-то один, но звук хлопков был отчётливо слышен во всём зале.

Во второй раз за этот день, в зале повисла тишина.

— Очень драматично и эффектно, — раздался холодный голос, который слишком хорошо был мне знаком, — замечательное завершение удивительной истории великого племени. Спешу поздравить хмм… вождя западных районов Гарса Горнуолиса.

Эрки принялись оглядываться, а по залу стал нарастать ропот.

— Раз уж мы в таком замечательном месте и в таком почтенном составе, я бы хотел решить и другие важные дела, касающиеся нашего города.

Многие не понимали, откуда идёт голос, но я смотрел прямо на говорившего: на Фериора Кана, который сейчас направлялся к куполу. Он как раз прошёл прямо сквозь решётки, будто они были ненастоящими. Ох уж эти вампирьи фокусы…

Наконец, все сфокусировались на говорившем.

— У нас всегда есть нерешаемые вопросы, однако кое-что я планирую выяснить сегодня, — когтистый палец вампира указал прямо на меня. Все взгляды тоже устремились в ту сторону, где я находился. Присутствующие пытались понять, куда указывает вампир. Мне захотелось обернуться, мол, тоже поискать, куда это он тычет, но я то знал, кто виновник этого выступления. — Кому служит этот полуэльф?

Будто в подтверждение моих мыслей толпа стала расступаться, в то время как я остался стоять на месте. Прямо как в плохом кино.

— Ну что, мистер Томпсон, — услышал я шёпот над самым ухом. Голос принадлежал Гроуфаксу, хоть тот и стоял в пяти метрах от меня. — Думаю, самое время крепко подумать о моём предложении, — в голосе упыря явно слышалось насмешливое торжество.

Я готов спорить, что грёбанный вампир знал, что так будет и просто подстроил всё. Упырь, мать его!

Я лишь усмехнулся. Думает в угол меня загнал? Да хрен ему, осиновый, покрытый чесноком и с серебренными пупырышками. Куда его деть, он сам решит. Я так просто не поддамся. Да и для Эльфина такая судьба… в общем не нужно ему это.

— Сам разберусь, — хмуро буркнул я и посмотрел прямо в глаза Фериору.

Глава 23. Недовольство

Мою душу сейчас грело одно сомнительное достижение: я смог удивить Гроуфакса и Крама. Я почти физически ощущал их ошарашенные взгляды, упёршиеся в мою спину.

— Так на кого же работает этот полуэльф? — продолжал тем временем Фериор Кан. — На Ордена Брока? На группировку центровых? Или на господина Гроуфакса? В последнее время этот парень мелькает среди многих значимых фигур, — он поочерёдно направлял свой палец на тех, кого называл. — Кто ответственен за нападения на мои детдома?

Чувствую, у Кана есть претензии ко всем перечисленным, и теперь у него наконец появилась возможность что-то им предъявить. Ну или упыри в принципе испытывают страсть к коллекторской деятельности.

Я старался не мотать головой по сторонам, но и так чувствовал прикованные ко мне взгляды. Бегать смысла нет, только в глупое положение себя поставлю. Подставить кого-то из вышеперечисленных было бы неплохо, но я привык сам отвечать за свои поступки. Жалко, конечно, что Эльфина из-под удара не убрать. Но вышло так, как вышло.

Очень надеюсь, что вампиры не решат убить меня на глазах у окружающих, так что шанс выкрутиться есть. Ну, наверное. В любом случае скрыться мне не дадут, нужно думать об обороне, ну а лучшая защита — это нападение.

Я сделал ещё несколько шагов вперёд, туда, где расступившаяся толпа образовала наибольший участок свободного пространства. Взглядов, скрестившихся на мне и Фериоре, только прибавлялось. Они ощущались физически.

— Я за это ответственен, — громко произнёс я. Внутри всё дрожало от беспокойства, и я затруднялся ответить, кому это беспокойство принадлежало, но и решимости во мне было не меньше. — Я по своей воле оказался там.

Да у меня, похоже, сегодня удачный день. Уже третьего вампира заставил удивиться.

Теперь все смотрели только на меня, а я не сводил глаз с Фериора. Он явно не понимал происходящего и не мог сообразить, как ему действовать. Он ведь видел перед собой подростка полуэльфа, который почему-то заинтересовал последнего наследника рода Сангис перед тем, как тот был убит.

Сделав ещё несколько шагов, я приблизился к металлической решётке. Да уж, так же эффектно просочиться сквозь неё у меня точно не получится.

В следующий момент у меня перехватило горло. Я не мог сделать и глотка воздуха. В глазах потемнело, и всё, что я мог видеть, это холодные глаза Фериора Кана.

Я вдруг понял, что не ощущаю пола под ногами. Меня схватила за горло невидимая рука и начала поднимать над землёй.

— Мальчик, ты, наверное, ополоумел, — хмыкнул наконец вампир, насмешливо оскалившись. — На моей территории пострадали трое хороших вампиров. Двое погибли, а один едва смог выжить. Ты видел себя со стороны? Думаешь, я поверю…

Он вдруг осёкся, Давление на моё горло ослабло, и я рухнул вниз. Похоже, я успел подняться на метр, не меньше.

Фериор нахмурился. Сначала он посмотрел куда-то мне за спину, а затем бросил взгляд в ту сторону, где на каталке сидел искалеченный мной кровосос. После непродолжительной паузы вампир продолжил.

— А если ты и правда причастен к этому, то тебя и тех, кто за тобой стоит, ждёт расплата, — глаза Фериора готовы были просверлить меня насквозь.

Удивительно, но все присутствующие просто наблюдали за новым представлением. Никто даже и не думал возражать или как-то вмешиваться. Ну что ж…