Ведьмин путь

По сей день где-то прячется и как-то выживает древняя нечисть, подлежащая тотальному истреблению из-за особенностей силы. Раз в сто лет в сибирской глуши вдруг обнаруживается якобы уничтоженная "ящерица", умеющая высасывать силу из любой нечисти, даже из беса, до полного опустошения жертвы, или "бабочка", распускающая существо, человека или нечисть, на нити, свивающая из них для себя кокон и выходящая из него обновленной - с заимствованной на время внешностью, повадками и частично способностями. И кто знает, что всплывет здесь.

Всплывет... или выйдет из мира мертвых, когда некропоток наберет достаточно сил, чтобы мутировать в портал, или его создадут рукотворно. Там-то полно нечисти, которая даже не классифицирована, ибо уничтожалась сразу по появлении, без детального изучения. Порталы открывались редко, но метко - раз лет в пятьдесят-сто очередная безумная отступница решалась, и результаты ее опытов отравляли Кругу жизнь надолго. И кто шуршит здесь - нечисть, отступники или все вместе?..

Двери подвальных комнат, зеркально повторяющих жилое пространство дома, были не заперты, и осматривалась я быстро. Включала свет, бегло изучала пыльные нагромождения мебели, смотрела на поисковые кольца и шла дальше. От мысли о неизвестной нечисти стало неуютно. Чужие следы тянулись по коридору только прямо, минуя двери, и чем дальше я шла по ним, тем тяжелее становился воздух и неспокойнее делалось на душе. В мозгу вертелось, тревожа, то самое случайное слово - "всплывет". И казалось отчего-то таким знакомым...

Тайник обнаружился в седьмой комнате. Я посмотрела на потолок. Если сейчас я нахожусь под номером Карины, понятно, почему кошка так быстро учуяла схрон. Сила от защитных заклятий имеет свойство "расползаться" по стенам, как от пробоины расходятся трещины. И они вполне могли зацепить пол или часть стены верхней комнаты.

Включив свет и отворив скрипучую дверь, я обошла завалы мебели, ориентируясь на серебристое мигание кольца. В одном углу стояло старое пианино, "украшенное" сверху перевернутыми стульями, во втором - стол без одной ножки, а рядом - старый сервант без створок, в котором пылилось разное старье: потрепанные книги, ножка стола, тряпичный мусор. И именно этот мусор резонировал магией. Я провела над ним рукой, пошевелила пальцами, определяя степень опасности, и, не обнаружив оной, немедля сгребла тряпки с полки.

Свет погас внезапно. Весь. Проверяя комнаты, я оставляла лампочки включенными из обычного человеческого ощущения - если есть свет, то нет опасности. И ошиблась. Свет погас даже на янтарных четках, и поисковое кольцо, секунду назад возбужденно мигающее, разом потухло. Я замерла, прислушиваясь, но услышала лишь свое сердце, испуганной птицей бьющееся в грудной клетке, и зашумевшую в ушах кровь. Магию амулетов будто выпили.

Медлить я не стала. Сунув четки в карман, живо сгребла с полки всё, что там было, прижала добычу к груди и помчалась к выходу. Полагаясь на развитое пространственное чутье, сразу нашла дверной проем, пробежала по коридору, взлетела по ступенькам наверх и рванула дверь. Заперто. И так тихо - ни шагов, ничего, только мое сбившееся дыхание... Слишком тихо. И, кажется, изменился воздух. Присев, я положила свои находки на пол и закатала правый рукав свитера, нащупывая браслет. Жаль использовать, но если нет другого выхода... И хоть бы он сработал... Хоть бы выпили только активированную магию...

Воздух сгустился, и показалось, что похолодало. Я ни черта не видела, только ощущала. Вязкую, влажную тьму, сжимающую пространство донельзя. Успокаивающее тепло браслета. И ледяной сквозняк из коридора, идущий по моим следам. За мной. Он медленно взбирался по ступеням, цепляясь за стены, накатывал спазмами, то впиваясь в обнаженную кожу рук и лица, то отступая и унося тепло. Ступни в теплых ботинках окоченели до онемения, мышцы ног одеревенели, пальцы на руках кололо ледяной болью, ресницы при моргании слипались, из носа потекло. И явственно привиделась Карина - ведьма, замурованная в мутный лед.

Новые инстинкты требовали драпать немедля - свить пространственную петлю, замкнув ее на своем номере, а еще лучше - на своей квартире, и прочь из этого гиблого места. А старые инстинкты боевой ведьмы шептали: жди. Это даже не начало. Это прелюдия. Дождись первого шага - первого движения, чтобы увидеть колдующего, ощутить его, а уже потом беги. Да, может и не сработать, если некто глушит магию. Или - или. Нет смысла паниковать. Но есть смысл подождать. И я замерла, шевеля пальцами. Но дождалась совсем не того, на что надеялась.

В темноте сверкнули белые зеркала глаз, послышался глухой звук прыжка, и в нескольких шагах от меня зарычали, зашипели, закрутились, сцепившись, Руна и... некто. Быстро достав четки, я прошептала наговор, не особо надеясь на свет, но он появился. Его скудного мерцания хватило лишь на стены... но мне хватило. Оцепенев, я смотрела на тень гигантской кошачьей головы с острыми ушами, мощной нижней челюстью, оскаленными клыками и взъерошенным загривком. И понимала, что это не только игра светотени на стене. Это...

Тень, утробно зарычав, резко наклонилась, пропав во мраке коридора, и я решилась спуститься вниз. Вытянув руку с амулетом, осветила ступени с размазанными чужими следами, шагнула вниз и остановилась. В зыбком кругу света на крупном неподвижном теле сидела мелкая и тощая полосатая кошка. Глаза белые, морда в черной крови, шерсть дыбом. А рядом с ней стояла Карина. Глаза белые, губы и подбородок в черной крови, волосы дыбом... а сияние ярче.

– Не... под...
– и мертвая ведьма сорвалась на хрип, сделала недвусмысленный жест.

Руна глянула на меня исподлобья и зарычала. Ее добыча. Не подпустит и не позволит осмотреть.

– Вре...мя...
– Карина снова махнула рукой, указывая на дверь.

Конечно... Сила покидает мертвое тело очень быстро, и если призрак через кошку хочет напитаться ею, то медлить нельзя.

Я с сожалением вернулась наверх. Подняла с пола мешанину из тряпок, книг и внезапной ножки стола, толкнула дверь, и она со скрипом открылась. Выйдя, я осмотрела себя. Вся покрыта инеем, абсолютно вся... И невольно прислушалась, но из подвала не донеслось ни звука. Черт, он же был так близко - руку протяни... И внезапное облегчение сцепилось во мне с сожалением, а благодарность к кошке - с досадой. Мертвеца бы осмотреть - и то хлеб... Но раз желания хозяйки ближе... надеюсь, потом она, в смысле Карина, найдет силы на пару-тройку нужных слов.

Наверх я подниматься не спешила. Уложила горкой в угол свою добычу, отряхнулась, вытерла рукавами лицо, распустила растрепавшийся "хвост" и начала плести косу. И только тогда почувствовала, как сильно дрожат руки, с каким трудом управляются с волосами заиндевевшие пальцы. Нет, нельзя пока людям на глаза показываться...

Как назло, в этот момент хлопнула входная дверь, и в коридоре раздались торопливо-радостные голоса новобрачных. Быстро взвесив "за" и "против", я снова сгребла в охапку добытое добро и юркнула в подвал. И едва успела прикрыть дверь, когда Семён с Вероникой прошли мимо, живо обсуждая прекрасную погоду на завтра и "фотографа". У меня возникло внезапное желание поработать. И побыть среди живых, почувствовав и себя живой.

В подвале уже никого не было. Снова "запалив" четки, я спустилась вниз и внимательно изучила то, что осталось от нападавшего. Размазанные следы в густой пыли, холод, иней на стенах и крупицы черного льда. И всё. И ни клочка одежды, обуви или кожи. Только замёрзшая черная кровь и не тот воздух. И, пожалуй, представляя нападавшего, между человеком и нечистью я выберу нечисть. Неизвестную или малоизвестную, запрещенную, выжившую... убившую Карину. И, вероятно, устроившую в городе западню. Надо покопаться в истории города... Неизвестная нечисть - это древняя нечисть плюс древний некропоток, связанный с миром мертвых. Одно к одному.