Ведьмин путь

Остановившись, я посмотрела в окно, и в темном стекле вместо своего расплывчатого отражения увидела четкое лицо "рудимента". Он всегда появлялся, когда я... двоилась. Когда одна, новая, часть меня требовала всё бросить и сбежать, пока цела, а вторая, опытная боевая ведьма, твердила: не смей. Отставить страхи. Вперед на баррикады. А раз боевой ведьмой я была гораздо дольше, чем трусливым человеком, да и третьего не дано...

Решительно зашторив окна и включив верхний свет, я привычно сходила за горячим чаем, заодно забрав из машинки постиранную одежду, смешала в кружке коктейль из успокоительного и тонизирующего, выпила и села на ковер - разбирать "подвальную" добычу.

Окровавленный лед в платке не таял, и я пока убрала его в шкаф. Лабораторные опыты лучше проводить не в помещении, а на улице. Балконов здесь нет нигде, в подвалы я больше ни ногой... а вонять будет. Завтра вечером схожу к реке и проверю, что же мне попался за зверь. Свербит сбегать сейчас... но поздно. Не стоит рисковать.

Две потрепанные книги без обложек - повести Гоголя и русские народные сказки. Пожелтевшие пыльные страницы, заляпанные пролитым чаем, усеивали отметки внимательного чтения - подчеркнутые предложения, галочки на помятых полях. Я просмотрела обе, чихнула и отложила в сторону. И взялась разбирать тряпицы. Оказалось, это грязные старые полотенца, видимо, приготовленные для уборки да забытые. Раз резонировали - значит, в них была завернута подковка. Оставалась случайная ножка стола.

Едва я за нее взялась, прежде протерев носовым платком, как Руна подняла голову, навострила уши и шумно принюхалась. Я повертела ножку, рассматривая. Массивная, резная... полая. Нижний деревянный "завиток" открутился с тихим скрипом, выпуская из пыльных деревянных недр тугой свиток. Додумались же, а...

Пустой лист пожелтевшей бумаги не удивил. Стародавние ведьмы часто "закрывали" текст от непосвященных. Припомнив слова заклятья-просьбы, я вернулась за стол, где еще лежали неубранными инструменты, достала иголку, проколола указательный палец и неуклюже расписалась на пустом листе, шепча нужные слова. Обещаю никому не показывать, не рассказывать... И артефакт стародавних, едва я договорила, явил карту. Вернее, даже не карту - схему-набросок. Перекресток, отдельно стоящие дома, ёлки - не то лес, не то парк...

Прищурившись, я мысленно сравнила схему с картой города, но не нашла ничего похожего. Здесь не было ни одного порядочного перекрестка, лишь плотно подогнанные друг к другу зигзаги и параллели узких улиц, связанные меж собой тропками. Единственное, что напоминало перекресток, это...

– Река и мост, - явственно прозвучало со стороны окна.

Я подняла голову. В межшторном проеме тускло отсвечивало стекло, а в нем - остроносая туфля "рудимента". Поколебавшись, я привстала и отдёрнула одну штору. Он никогда не притворялся моим отражением и отличался своеволием поз и жестов. И если и копировал меня, то явно издеваясь. Сейчас же он сидел на "подоконнике", вытянув одну ногу, а вторую согнув в колене. Брюки со стрелками, белая рубашка с расстегнутым воротом, пижонистый пиджак. Четкий донельзя.

– Река и мост, - повторил "рудимент".
– И четыре ближайших к ним дома квадратом.

– На дверь в иной мир намекаешь?
– я снова села за стол и присмотрелась к свитку.

Нет, домов тут больше - четыре квадратом... И еще четыре квадратом, включающим в себя первый квадрат с участком реки и мостом. И еще четыре. Я задумчиво закусила губу. Получились две длинные диагональные линии, каждая из шести домов, цепляющихся друг за друга углами. И пересекались линии ровно в центре - на мосту. Словно там...

– Тринадцатое здание, - снова подал голос "рудимент".
– Видишь? Туда так и просится еще один дом.

...которого нет. Но, вероятно, когда-то он был. Или его смыла река, или... поглотило пространство. Оно многослойно и похоже на многоквартирный дом. Ты знаешь свою жилплощадь, ориентируешься в ней, а в другие квартиры доступа нет - они заперты на ключ и закрыты стенами. Да, ты знаешь, что за этими стенами есть и другие, похожие на твои, комнаты, - и всё засим. Но я могла видеть и ходить сквозь стены, беседовать с "соседями"... раньше.

– Отражения, подруга, - напомнило мое безумие.
– Помнишь, что сказала Карина?

Отражающие поверхности имеют свойство отображать не только очертания предметов, но и их магию. И усваивать ее. И чем качественнее поверхность, тем больше силы она впитывает. На первом месте, конечно, зеркала. А потом...

– Окна. Стекла.

Я внимательно присмотрелась к своему собеседнику. Ни капли обычной издевки, ни грамма ехидства.

– Зачем ты здесь? И кто тебя подменил?

– Я сам, - "рудимент" улыбнулся - странно, сухо, неумело.
– Я ведь часть тебя, мне не с руки мешать. И всегда помогал, только ты думала иначе. Не понимала. И я сменил тактику. Стараюсь сменить, - уточнил неуверенно.
– Получается?

А у меня внутри что-то натянулось, напряженно и нервно. Предупреждающе. Он никогда не был таким разговорчивым и никогда не пытался под меня подстроиться, чтобы поговорить по-человечески. Только язвил и насмехался. И хватало его на минуту-другую. Значит...

– Здесь не один поток?
– я резко встала.
– Не только с некротической силой? Но я не...

– ...не обращаешь внимания, - парень вдруг оказался сидящим на краю стола. И почудился "рельефным", объемным.
– Идет мелкий снег - замечаешь крошечные снежинки на шапке или воротнике?

Я сглотнула. Откуда?..

– Я всё думал, как указать, и вот...
– он сдвинул в сторону папки - чуть-чуть, на миллиметры, но сдвинул. И посмотрел на меня серьезно: - Здесь нет пространственно-временного потока, но есть... обстановка. Предметы, пропитанные силой. Твоей.

И - отражения... Ведьмы, владеющие сферой воздуха, видели в отражающих поверхностях - будь то зеркала, окна или вода - будущее, то, что принесет ветер. А я - всегда прошлое, любой давности. Прежнее пространство. И другие времена. А еще в этом мне иногда помогали тени.

– Ты не восстановишь "уголь", - "рудимент" заметил, конечно же, как заблестели мои глаза, и поспешил обломать.
– И к себе прежней не вернешься. Но я набираюсь сил, и ты тоже. Вскрывать пространственные слои, как прежде, не сможешь, но вот читать их знаки - вполне.

Да, отражения... Меня снова потянуло на улицу, и я с трудом заставила себя остаться в гостинице. Ночь - не то время, чтобы бродить по городу, скрывающему нечисть. А кроме неё...

– То, чего нет, подруга, - напомнило мое безумие и пододвинуло ко мне схему города.
– Так ведь сказала Карина?

Да, дом, которого нет. А судя по тому, как набрался "рудимент"... Здесь может быть целый город, которого нет. Квартал - точно. Минимум двенадцать домов в центре - это крупные артефакты, изучающие пространственно-временную силу, скрывающие от глаз простых смертных... И меня снова потянуло на улицу. Вскочив, я прошлась по комнате, с трудом унимая нездоровый энтузиазм и болезненное любопытство.

– Что ты знаешь о таких... спрятанных городах?
– поинтересовался "рудимент".

Я глянула на него удивленно, и он пояснил: