Veritas
Шрифт:
Она хотела спросить: «С тобой всё в порядке?».
Искренне желала знать. И помочь.
Но не решилась при посторонней.
Особенно когда та смотрена на неё с видом: «Какого тырха, ты ещё здесь?».
Далеон взял со стола чистый лист и прихватил перо.
— Куда? — опешила фарси.
Король криво усмехнулся.
— Может, напишу какой-нибудь дурацкий указ, чтоб добавить тебе головной боли? Как начёт — обязать всех придворных носить шутовские колпаки и красные носы? — спросил он уже у дверей.
— Я провожу вас! — спохватилась Латиэль.
—
Шаги гулким эхом отдавались от каменных сводов. Факелы трещали на стенах, но стоило стройной фигуре в темном плаще пройти мимо — с протестующим шипением гасли, как от шквального ветра.
В коридоре, что вёл в крыло Императрицы, становилось всё мрачнее, холоднее и страшнее.
Первыми незваного гостя заметили стражники:
— Стой! Кто идет?
Девушка остановилась двух шагах от преградивших вход рыцарей и приподняла глубокий капюшон, чтобы они смогли уловить очертания лица и блик улыбки.
— Л-лэра Диметрис? — растерялся один и покраснел щеками. — Давно вы не заходили. У вас какое-то дело к Его Величеству? Вынужден огорчить: никого кроме десницы впускать не велено.
— Какая «Диметрис»? — выпучил глаза второй. — Обкурился перед сменой что ли? Это же лэра Веста Агриди, дочь виконта и фаворитка короля! — воскликнул и смущенно глянул на названную: — Простите, лэра, Её Сиятельство запретила кому-либо посещать короля.
— Ну, пожалуйста! — с мольбой промурлыкала девушка и приблизилась к тому, кто назвал её Вестой. — Я совсем ненадолго. Просто хочу кое-что передать Его Величеству! Это же совсем быстро. И мы никому не скажем. А я…— томный взгляд снизу вверх, тонкий пальчик скользит по пуговицам мундира стража; он сглатывает. — Я отплачу.
— Что здесь происходит? — раздалось грозное у неё за спиной.
Лэра гневно поджала губки, нахмурила бровки и не спеша обернулась. Ещё один стражник — видимо, патрульный — присоединился к ним.
— Лэра Агриди хочет попасть к Его Величеству, — сдал её юный рыцарь, обделённый вниманием.
Девушка стиснула зубы и сунула ладонь за пазуху плаща.
— Лэра Агриди? — удивился мужчина. Затем подступил ближе, нахмурился, присмотрелся и резко выпрямился. — Вы что, раздолбаи, бухали на посту?! Уже начальство не узнаете? Это же Люция Грейван, сиятельная десница нашего короля и сестра Виктора! Пропустите её немедленно!
— Ч-что? — опешили оба. Переглянулись. — Погодите…
Не дожидаясь, когда осознание отразится на их лицах, девушка закрыла нос краем плаща и бросила мужчинам в лица горсть блестящей пыли. Они схватились за мечи, но сделали вдох, закатили глаза и рухнули, как подкошенные.
Лэра вздрогнула от грохота, воровато оглянулась на пустой проход и не стала мешкать: толкнула дверь и вошла в главный коридор.
Дошла до самой крайней двери, скинула капюшон, глубоко вдохнула и толкнула створки.
Далеон сидел за письменным столом у окна, попивал воду из хрустального кубка и печально смотрел на заснеженный двор, далёкий лес и ледяные пики высоких крепостных стен, за которыми начинался сверкающий
огнями город.Ночь правила над замком. Ранняя, как бывает в Ригеле зимами, и темная.
Единственным источником света в комнате были тусклые фонари с улицы.
— Кто здесь? — сразу уловил чужое присутствие король с чутким слухом. Обернулся.
— Это я, мой Повелитель! — проворковала девушка, выходя из тени и распахивая руки, точно для объятий.
Король разглядывал её пару секунд в недоумении и недоверии.
— Люция? — он не глядя убрал лист бумаги в ящик стола, туда же скинул перья. — Не ожидал тебя увидеть. Думал, ты будешь работать сегодня допоздна. Что-то случилось?
Губы десницы на миг неприязненно скривились, но тут же расслабились.
— Я хотела извиниться, — сказала она и двинулась к Далеону. — Я… вела себя, как дура, и, кажется, была излишне резка. Сам понимаешь — работа, политика, бесконечные стрессы. Прости…
Далеон затаил дыхание. Она остановилась в шаге от него, отвела взор и потерла серебристое колечко с камушком на безымянном пальце.
— Прости за всё, что сделала. Я… ревновала, — шумный вздох, стыдливый румянец, решительный взгляд глаза в глаза. — На самом деле я люблю тебя, Далеон.
Король думал, что его сердце выскочит из груди — так сильно и часто оно билось. Под рёбрами потеплело. По венам, словно яд, побежало упоительное счастье и робкая надежда, которая с каждой секундой крепла и разгоралась всё жарче.
— Ты лжешь, — с трудом вымолвил он, боясь дышать и моргать. Боясь, спугнуть, развеять этот безумный морок.
— Нет, — с улыбкой возразила Люция и положила ладонь — тёплую и такую реальную! — ему на грудь.
Далеон крепко сжал её пальцы и тяжело сглотнул.
— Тогда это сон?
— М-мм… — задумчиво протянула она и с лукавой улыбкой потянулась к его дрожащим губам. — Сомневаюсь.
Их уста встретились в нежном поцелуе, но он тут же перерос в крепкий, жадный, упоительный.
«Что-то не так» — вспыхнула мысль, но её тут же сбил юркий язычок, скользнувший в его рот и сильные тонкие пальцы вцепившиеся в локоны.
Какая умелая… Но с кем и когда Люция успела натренироваться?!
Далеон хотел отстраниться, чтоб закатить скандал и пообещать расправу над всеми её любовниками, а особенно над этим недоорком Аттисом!
Но девушка не позволила — толкнула его на кровать и взобралась сверху.
— Если это был он!.. — только и мог, задыхаясь, бормотать обезумевший король между страстными поцелуями и смелыми ласками. — Если он с тобой!..
— Нет… нет… — выдыхала в ответ девушка и, посмеиваясь, продолжала истязать устами возлюбленного.
Далеон зарылся когтями в кудри, но ощутил мягкость, как у шелка.
«Что-то здесь…».
Прижался носок виску и жадно вдохнул.
Свежесть мороза, нежность ландышей.
«...не так».
Губы коснулись губ.
Мёд, вересковый эль, бодрящий летний ветерок.
Далеон в ужасе оттолкнул девушку:
— Ты не Люция!
Взгляды обоих упали на кольцо, на её пальце. Знакомое. Треклятое. Кольцо!