Ветхозаветная модель

Без сомнения, статистика и факты, приведенные тележурналистом, не могли оставить равнодушными телезрителей, в особенности родителей. Будучи христианами, мы должны быть готовыми идти, куда бы ни направил нас Господь. Однако есть такие места, в которых, в силу очевидных причин, мы хотим жить, где наши дети, находясь на улице, будут в безопасности, где они смогут получить хорошее образование, где мы сможем иметь хорошее жилье, одеть и прокормить наши семьи. Нам далеко не безразлично, в какой среде будут воспитываться наши дети, сможем ли мы уберечь их от пристрастия к наркотикам и других разрушительных влияний. Будет ли наша семья ограждена от опасных болезней, получим ли мы соответствующее медицинское обслуживание, сможем ли добиться справедливости в суде? Заинтересована ли полиция в нашей защите, независимо от цвета нашей кожи, национальности и вероисповедания?

Программа длилась, наверное, целый час. Я смотрела ее одна, и к тому времени, как журналист закончил обсуждение ситуации в Далласе, почувствовала себя совершенно опустошенной и разбитой. Никто не захотел бы жить в таком городе, где высокий уровень преступности, прогнившая социальная система, болезни, социально-экономическое неравенство, расовая несправедливость сделали нормальную жизнь невозможной. И это был самый "христианизированный" город в Америке! Мне хотелось плакать.

Но на этом программа еще не закончилась. Ведущий пригласил на передачу христианских лидеров и попросил их высказать свое мнение об этой ужасной картине. Он выбрал тех пасторов, которые пользовались уважением среди многих христиан. Один за другим проповедники давали свою оценку представленных в программе фактов. Каждому пастору ведущий задавал вопрос: "Какова ваша реакция как христианского лидера на условия жизни в вашем городе?" Все они, без исключения, теми или иными словами выразили одну и ту же позицию:

"Нас это не касается, мы — духовные лидеры".

Наконец программа закончилась. В комнате было тихо. Я чувствовала, как рушится весь мой мир. На протяжении многих лет своей миссионерской деятельности я развенчивала критиков христианства, особенно тех, кто работает в средствах массовой информации. (Это было не так уж сложно, поскольку их обвинения часто были построены на неверной информации и плохо сформулированы.) Но если бы этот журналист предложил мне высказаться, то я не нашла бы, что сказать, потому что до состояния немоты была ошеломлена... фактами.

У меня не было аргументов против всего услышанного и увиденного. Мы, христиане, говорим, что наша твердая вера может помочь обществу стать лучше. Мне знакома эта точка зрения, и я сама не раз ссылалась на нее в своих проповедях, говоря, что достаточно 20% верующих в определенную идею, чтобы остальные 80% последовали за ними. Мы учим, что Евангелие приносит пользу обществу, что его ценности являются благословением даже для неверующих. Но факты, касающиеся Далласа, явно противоречат этому мнению. А с фактами нужно считаться. В Далласе более 20% населения составляют истинные христиане, но можем ли мы сказать, что этот город является плодом христианского влияния?

Я размышляла о смысле сказанного и задавала себе вопросы. Почему раньше я не была достаточно честной, чтобы признать различие между своим учением и очевидными фактами? Почему человек, не являющийся христианином, должен был указать мне на эти вещи? Как могли мы, христианские лидеры, говорить, что уровень жизни людей нас не касается? Если Евангелие благотворно влияет на все общество, то как могла Америка, где в настоящее время живет, возможно, больше христиан, чем когда бы то ни было за всю ее историю, как могла она попирать библейские ценности практически во всех сферах жизни? Как христианская нация могла допустить такой высокий уровень распущенности, такую бедность, коррупцию, отсутствие правосудия, болезни, наркотики, бездомность, безграмотность? Почему я, да и многие другие христиане, закрывали на это глаза? Почему мы не осудили самих себя? И... не сочли себя виновными!

Поиск истины

Мой путь к христианству был трудным. Еще студенткой в колледже я была убежденной атеисткой и с жаром доказывала, почему не стоит верить Библии. Я жаждала правды, практической истины, которая помогала бы в повседневной жизни. Я искала истину, которая привела \бы меня к справедливости и подлинной любви к ближнему. И вот я стала христианкой, потому что это единственная вера, способная объяснить суть мира, в котором мы | живем, добро и зло в нем. Моя встреча с истиной, с Иисусом Христом, буквально катапультировала меня в Царство Божье. И с тех пор я пыталась узнать больше о Божьих истинах и о том, как применять их в повседневной жизни и работе. Тем не менее, я всегда подчеркивала, что если мне докажут, что учение Библии и жизнь Иисуса Христа неправда, я откажусь от всего, во что верила.

До сих пор ничто не поколебало мою уверенность в христианстве так, как эта телевизионная программа. Земля буквально ушла у меня из-под ног. Во что же я верила? Отчаянно ища ответы на вопросы, поднятые этой программой, я видела, по крайней мере, три возможных ответа:

1. Бога нет.

2. Бог и Его Слово — ложь. Библия учит, что ее ценности в состоянии изменить мир, но в действительности это не так.

3. Мы не видим, чтобы современные христиане применяли библейские истины в своей жизни, а следовательно, не видим влияния этих истин на мир, которое они могли бы иметь и имели в прошлом.

В глубине сердца я знала, что третий ответ отражает истинное положение вещей. Я не стала христианкой в силу каких-то исторических, эмоциональных или личных причин. Я стала последовательницей Христа потому, что поверила в истинность Библии и много раз была свидетельницей того, что, где бы не применялись библейские принципы, они всегда оказывались истинными. И я верила, что Бог, Которого я знала, сумеет достойно ответить на брошенный вызов. Но мне нужны были ответы! Уже вначале моего хождения со Христом я осознала, что существуют вопросы, слишком сложные для наших ограниченных умов, но простые для Бога. Ему нравится открывать Себя нам и вести нас к осмыслению, но само откровение должно исходить от Бога. В глубине моего сознания есть полочка, на которую я складываю вопросы, слишком сложные для моего понимания. Было бы неправильным избегать вопросов, ставящих под сомнение сущность и характер Того, в Кого мы верим. Не желая искать ответов на вопросы относительно жизни и веры, мы не даем Господу возможности проявить Себя во всей полноте, помочь нам разобраться со сложными жизненными дилеммами. Ведь сами по себе мы не обладаем для этого достаточным пониманием. Мы должны принести эти мучительные вопросы к престолу Его благодати и ожидать, когда Он откроет нам их истинный смысл. Поступая так, мы растем в познании Живого Бога.

Наблюдения, подобные тем, которые были произведены и честно проанализированы британским журналистом, поставившим под сомнение то, о чем говорите вы и я, должны рассматриваться, как отражающие нормальный

результат влияния христианства на общество. То, чему мы учим, не оказывает пока, к сожалению, желаемого эффекта. Будучи не в состоянии найти ответы на эти мучительные вопросы, я мысленно, с молитвой, отложила их на "полку": "Отче, я верю в Твое Слово и в то, что Ты хочешь благословить все народы посредством церкви. Я верю в Твое благословение и знаю, что Твои законы истинны. К сожалению, мы не оказываем на сегодняшний мир такого влияния, которое должны были бы оказывать. Почему, Господи? Помоги мне понять... Господи! Помоги мне ПРОЗРЕТЬ!" И Он помог!

Путешествие в Африку

Моей первой заграничной поездкой было путешествие по Северной Африке, стране фараонов, где я провела четыре прекрасных года. Я полюбила Египет и могла бы провести там всю свою жизнь. С тех пор прошло более двадцати лет. И вот я снова на пути в Африку с целью провести более масштабное исследование африканского континента. Я планировала работать там два месяца, путешествуя с запада на восток, а также в Южную Африку, посетить Гану, Того, Нигерию, Кению, Уганду, ЮАР. Африка огромна, и я часы напролет рассматривала в иллюминатор самолета ее просторы.

Со дня просмотра документальной передачи о Далласе прошло два месяца, однако "проблема Далласа" до сих пор тревожила меня. Как могло общество, состоящее преимущественно из христиан, дойти до такого отвратительного состояния? Неужели это Евангелие привело к такому хаосу?

Посещение преимущественно христианских стран, таких как Того, Гана, Нигерия, Кения и Уганда, только усилило мои страдания. Данные, собранные мной в этой миссионерской поездке, которые я с такой радостью цитировала, в то же время жгли мой мозг: "Население Африки к югу от Сахары к концу XX века на 80% состояло из христиан". "Африка — наиболее евангелизированный континент в мире". "Африка — это самое большое количество церквей".