Вид с моста

Свет переносится на Кэтрин; она гладит. Слышна музыка. Откинув голову, Родольфо неподвижно сидит в качалке. Звучит джазовая мелодия, исполняемая на рояле. Блаженствуя, Родольфо поворачивает к Кэтрин голову и ей улыбается; она улыбается в ответ, продолжая гладить. Родольфо подходит к столу и садится рядом с Кэтрин.

Кэтрин. Что ты? Хочешь есть?

Родольфо. Есть — не хочу. (Подперев тыльной стороной руки подбородок, следит за тем, как она гладит.) У меня уже почти триста долларов. (Взглянув ей в лицо.) А, Кэтрин?

Кэтрин. Слышу.

Родольфо берет ее руку, целует, затем отпускает. Кэтрин продолжает гладить. Он снова подпирает голову рукой.

Родольфо. Ты больше не хочешь об этом разговаривать? Кэтрин. Нет, почему же?

Родольфо. Что у тебя на душе, Кэтрин?

Кэтрин продолжает гладить. Он снова берет ее руку — теперь ту, которая держала утюг; она садится, откинувшись на спинку стула, не глядя ему в глаза.

Кэтрин. Я все хочу тебя кой о чем спросить. Можно? Родольфо. Все ответы ты прочтешь у меня в глазах. Но ты перестала смотреть мне в глаза. У тебя завелись тайны. (Она глядит ему в лицо. Он прижимает ее руку к своей щеке. У нее отчужденный вид.) О чем ты хочешь спросить?

Кэтрин. А что, если бы я захотела жить в Италии?

Родольфо(улыбаясь нелепости вопроса). Ты решила выйти замуж за богатого?

Кэтрин. Нет, я спрашиваю: а что, если нам с тобой поехать туда жить?

Родольфо(у него пропадает улыбка.) Когда?

Кэтрин. Ну… когда мы поженимся.

Родольфо(удивленно). Ты хочешь стать итальянкой?

Кэтрин. Нет, но я бы могла там жить и так. Живут же там американцы.

Родольфо. Поехать туда навсегда?

Кэтрин. Да.

Родольфо. Ты шутишь.

Кэтрин. Ничуть.

Родольфо — Что это ты выдумала?

Кэтрин. Да ведь ты сам всегда рассказывал, как там красиво: и горы, и море, и все вообще.

Родольфо. Ты шутишь.

Кэтрин. Да нисколько же!

Родольфо.

Денег нет, работы нет, ничего нет, Кэтрин. Если я привезу тебя домой, Они скажут, что Родольфо сошел с ума, Позовут священника и врача.

Кэтрин. Знаю, а все-таки мне кажется, что мы были бы там счастливее.

Родольфо. Счастливее? А что бы ты ела? Из всей этой красоты супа не сваришь.

Кэтрин. Ты мог бы стать певцом, скажем, в Риме, или… Родольфо. В Риме! В Риме и без меня полно певцов.

Кэтрин. Ну, тогда я нашла бы работу.

Родольфо. Где?

Кэтрин. Господи, есть же там какая-нибудь работа!

Родольфо.

Ничего! Там нет ничего! Ничего. А теперь давай разберемся. Брать ли тебя из богатой страны, Чтобы ты страдала в бедной стране? Ну что ты выдумала?

Он подыскивает слово.

Я украл бы твою красоту. Два года — и ты голодная старуха. Когда дети брата плачут от голода, им дают воду, Воду, в которой варились кости. Ты не веришь мне, что ли?

Кэтрин(тихо). Мне страшно здесь. Я боюсь Эдди.

Небольшая пауза.

Родольфо.

Мы не будем жить с ними. Рано или поздно мне дадут гражданство. Я смогу работать, где захочу. И найду работу получше. У нас будет свой дом, Кэтрин. Если бы я не боялся ареста, Я бы уже пошел очень далеко.

Кэтрин(пересилив себя). Я хочу спросить у тебя одну вещь… А ты отвечай по совести. Ты бы женился на мне, если бы нам пришлось уехать в Италию? Предположим, что так бы случилось.

Родольфо. Это ты спрашиваешь или спрашивает он?

Кэтрин. Я хотела бы знать, Родольфо. Мне нужно это знать. Родольфо. Поехать туда с пустыми руками?

Кэтрин. Да.

Родольфо. Тогда нет. (Она смотрит на него, широко раскрыв глаза.) Нет.

Кэтрин. Ты бы не захотел?

Родольфо.

Нет. Я не хочу жениться и жить в Италии. Я хочу на тебе жениться И стать полноправным гражданином. Скажи ему это, не то я сам скажу.

Сердито ходит по комнате.

А еще скажи ему — и себе, пожалуйста, тоже, Что я не нищий, А ты не лошадь, не вещь. Не подачка бедному иммигранту.

Кэтрин. Ну, не сходи с ума.

Родольфо.

Я взбешен! Ты думаешь, что меня уже приперли к стенке? Брата — да. А меня еще нет. Ты думаешь, я посажу себе на шею  Нелюбимую женщину до конца дней своих, Лишь бы cтaть американцем? Что это так уж прекрасно? Ты думаешь, у нас в Италии нет высоких домов, Электрического света или широких улиц? Или автомобилей? У нас есть все, кроме работы. Я хочу стать американцем из-за работы. Здесь только одно чудо — работа. Почему ты издеваешься надо мной, Кэтрин?

Кэтрин. Я не это хотела сказать.

Родольфо.

Гляжу я на тебя, и сердце разрывается. Почему ты так его боишься?

Кэтрин(чуть не плача). Не знаю!

Родольфо притягивает ее к себе.

Родольфо. А ты? Ты веришь мне, Кэтрин?

Кэтрин.

Дело в том, что я… Что он был добр ко мне, Родольфо. Ты ведь его совсем не знаешь. Он был всегда со мной так ласков И добр. Вот мучит, пилит, Но оскорбить не хочет. Я-то знаю. Мне было б стыдно огорчить его. Ведь я всегда мечтала, чтобы он Радовался, когда я выйду замуж, Чтоб пел и плясал у меня на свадьбе. Ну, а теперь он зол и груб все время.