Вкус полыни

— Исха? Слышишь меня? — раздался встревоженный голос Медики.

Ведьма открыла глаза, хотя это удалось сделать далеко не сразу. Веки были тяжелые-тяжелые, как будто на них положили что-то.

Она наконец огляделась. Ее покои в замке. Рядом сидит великая княгиня. Исха дернулась и попыталась сесть.

— Тш-ш-ш, — запротестовала Медика. — Лежи, сейчас лекарь приедет, за ним уже послали.

— Я сама себе лекарь, со мной все в порядке, — ведунья прокашлялась, потому что горло как будто кто-то царапал изнутри.

Медика заботливо подала ей кубок с водой. Целительница отпила немного и вернула его, кивнув в благодарность.

— Где Веренир и Григ? С ними все в порядке? Что вообще произошло?

— Не беспокойся, все нормально. Я сама до конца не поняла.

— Можешь рассказать по порядку?

Исха посмотрела в окно. Судя по свету, льющемуся из него, уже наступил рассвет.

— Несколько лучин назад Веренир вернулся в замок с тобой на руках, это слуги мне рассказали. Он был сам не свой, наорал на стражу. Хотя это случилось среди ночи, об этом доложили князю, потому что все пришли в замешательство. Исха, мы даже не знали, что вы куда-то ушли!

— Это долгая история… — вздохнула она и села, удобнее устроившись в кровати. Она была в одной ночной рубахе. Кто-то раздел ее. И на шее висел ее медальон. Это радовало. — А Григ где?

— Я так подозреваю, что в своих покоях, потому что Веренир запретил ему приближаться к тебе.

— Как — запретил? — не поняла женщина.

— Выставил перед твоими дверями дружинников и строжайше запретил им пускать к тебе жреца.

— Да что на него нашло-то?

— Пока десница поехал за лекарем…

— Сам?! — не поверила Исха.

— Да, сказал, что так будет быстрее. Так вот, пока он поехал за лекарем, не могла бы ты объяснить мне, в чем вообще дело? Что произошло? И почему вы трое оказались за пределами замка ночью? — Медика была явно озадачена. Она смотрела на рыжеволосую подругу внимательно и слегка с недоумением. — Жрец снова пытался уйти среди ночи, а ты — ему помешать?

— Не совсем так. Вернее, совсем не так, — Исха покачала головой и снова вздохнула, а потом поднялась.

— Эй, ты куда? — всполошилась княгиня.

— Мне нужно что-то съесть, очень хочется. В последний раз я принимала пищу в тот момент, когда мы вместе сидели за обедом.

— Я сейчас прикажу, чтобы тебе подали завтрак, — Медика вскочила и с прыткостью, которой вовсе не ожидаешь от правительницы княжества, подошла к двери и что-то сказала стражам за ней.

В это время Исха накинула халат и нашла вазочку со сладостями, которую всегда держала для Бо, чтобы тот мог в любой момент подкрепиться, и, откусив большой кусок печенья, замычала от удовольствия.

— Ну? — подошла к ней княгиня и сложила руки под грудью. — Расскажешь?

Исха понимала, что скрывать что-то нет никакого смысла. Веренир не рассказал князю об их плане исключительно из-за того, что ссора должна была выглядеть натурально. А для этого никому не следовало знать ничего заранее о том, что они задумали.

Исха села за стол, за которым обычно готовила зелья и снадобья. В ногах ощущалась слабость, голова все еще немного кружилась. Но она была уверена, что с ее здоровьем все в порядке. Это сильные переживания давали о себе знать, ничего более.

— Григ вернулся не просто так. Он хотел помочь нам выйти на предателей, которые могут передавать информацию о княжеских секретах нашим врагам.

— Вот как? — удивилась Медика.

— Да, у нас был план. Мы пошли к торговцу тайнами, мы с Григом притворились, будто я обижена на Веренира и хочу сбежать со жрецом, напоследок выдав все тайны княжеского двора.

Глаза Медики расширились. Она безмерно любила интересные истории. А эта, похоже, казалась ей невероятно занимательной.

— И-и-и? — протянула она. — Где в это время находился десница?

— С нами. Под личиной.

Исха рассказала в подробностях обо всем, что произошло с ними, начиная с того момента, когда они встретились в таверне. Во время этого им успели принести завтрак.

— Дела-а-а, — протянула княгиня. Она села в кресло напротив Исхи, которая уплетала еду, кажется, даже не замечая этого. — Так вот почему Веренир такой… странный.

— Странный?

— Не то слово. Я его никогда таким… несдержанным не видела. Думаю, всему виной ваш с Григом поцелуй.

Исха закрыла лицо руками, потому что оно начало гореть.

— Как мне все исправить? — застонала ведунья. — Как после такого смотреть в глаза Верениру?

— Ты делала то, что было нужно, Исха, — Медика протянула ей руку. Ведьма с грустной улыбкой пожала ее.

Дверь покоев отворилась. Обе женщины вздрогнули, хотя понимали, что без стука сюда войти могли только два человека во всем княжестве: Тройтан или Веренир. Пожаловал второй, а за ним шел не кто иной, как лекарь Драгош. Исха не видела его с момента битвы и обрадовалась знакомому.

— Хвала Ясногорящему! — вырвалось у Веренира, он подлетел к Исхе и, опустившись перед ней на корточки так, чтобы их лица находились на одной высоте, заглянул в лицо. Никакого гнева или презрения. Ничего, что боялась увидеть в его глазах ведунья. Он смотрел на нее с облегчением. — Ты в порядке? Я очень волновался, когда ты вдруг упала. А когда не смог прочувствовать тебя магически, вообще чуть с ума не сошел. Как ты?

— Как это — не смог прочувствовать магически? — не поняла Исха.

— В тебе как будто какой-то хаос, вихрь, ты не ощущаешь этого?

Исха на миг задумалась, уйдя в ощущения. Что-то и вправду было по-другому. Только она не могла понять, в чем дело.

— Не знаю, — настороженно покачала головой Исха.

— Я ее осмотрю, — подал голос Драгош.

— Спасибо, лекарь, — кивнул Веренир и поднялся. — Моя княгиня, прости за неучтивость, — запоздало поклонился Веренир.

Медика лишь отмахнулась.

— Это лекарь, который помогал нам во время битвы — господин Драгош, — представил Веренир.

— Великая княгиня, для меня честь предстать пред тобой, — мужчина низко поклонился, та улыбкой показала расположение. — Исха, — кивнул он ведьме, — рад встрече, хотя и при не самых радужных обстоятельствах.

— Веренир, — Исха поднялась и снова почувствовала легкое головокружение, чуть пошатнулась, и десница легко подхватил ее на руки.

В его объятиях было очень тепло. Больше всего на свете она сейчас хотела бы остаться с ним наедине. Поговорить обо всем, выяснить, чтобы между ними не осталось недомолвок. Главное — чтобы он не выпускал ее из рук. Никогда.