Владыка

Не доезжая Дворцовой площади, Тварь остановилась. Кот спрыгнул с её спины, я тоже спешился.

— Жди тут, — приказал Твари, — веди себя прилично.

Накинул повод на парапет набережной. Тварь сделала вид, что она обычная кобыла и каждый день выходит сюда прогуливаться.

А я пошёл вслед за котом. Думал, что он поведёт меня к Зимнему, но кот двигался по странной траектории. Я не сразу сообразил, что обходит огромный дворец и площадь перед ним по периметру. Закончив обход, кот вернулся в то же место, откуда мы стартовали.

— Мяу.

— Спасибо за прогулку, мне тоже понравилось. Ещё что-нибудь хочешь сказать?

— Мяу! — кот требовательно смотрел на меня.

— Угу. Так… Мы с тобой сейчас обошли место предстоящей битвы с Чужим, верно?

— Мяу.

— Яйцо приземлится, вероятнее всего, здесь, — я показал на центр площади. Пустой, кстати — Александрийского столпа там почему-то не торчало. Но это скорее хорошо, чем наоборот, при наших текущих задачах — лишняя деталь. Хрен его знает, как там у Кощея с пилотскими навыками, повредил бы ещё при посадке ценный памятник архитектуры. — Мы с охотниками, соответственно, рассредоточимся по всему периметру, но так, чтобы он нас не видел. Через некоторое время после приземления на нас попрут твари…

— Мяу!

— Что? — нахмурился я. — Не попрут?

Вместо ответа кот ударил лапой по булыжной мостовой. Та взбугрилась. Брызнули во все стороны булыжники. А из мостовой с адской скоростью начали расти деревья. В один ряд, но так плотно друг к другу, что не то что крысе не проскочить — лезвие меча не просунуть.

Буквально за минуту верхушки деревьев оказались выше Зимнего дворца. Со стороны одной из улиц подход к месту сражения был блокирован наглухо.

Я присвистнул.

— Хочешь сказать, что можешь вырастить такой лес по всему периметру? Пока мы будем биться с Чужим, не позволишь тварям сюда прорваться?

— Мяу. — Кот выглядел довольным.

— Ну, бро! Это же совсем другой расклад! Дай пять, — я протянул коту ладонь. Тот с удовольствием хлопнул по ней лапой.

Глава 17

— Да-а-а, дружище… Вот никогда не думал, что до такого дойдёт.

— Чтоб у тебя-то да и не дошло до такого? — Гравий усмехнулся.

— И ты туда же, Брут?

— Какой Брут?

— Ты ещё спроси, куда туда же… Ладно, проехали. Дай бутылку.

Та бутылку, что я показательно пронёс в яйцо, для отвода глаз, так в яйце и осталась. Я её узрил, когда перенёсся в потусторонний мир проведать Гравия и погреться. Ну, тепло тут, в потустороннем мире. Можно в летней одежде ходить. Психологически очень приятственно, потому что зима — ну реально задалбывает.

Гравий сидел на троне, который ему притаранили черти, и наблюдал, как те же самые черти активно сооружают дворец. Вообще, судя по тому, как всё это выглядело, дворец они не столько сооружали, сколько спионерили откуда-то и сейчас пытались собрать то, что уже где-то когда-то было. Но получалось вполне себе.

Я, особо не мудрствуя, сел на подлокотник трона и разделил с Гравием сосуд с зелёным змием.

— Готов к труду и обороне? — спросил я, сделав основательный глоток.

— Всегда готов, — пробурчал Гравий. — Но за этих чертей не поручусь.

— Само собой. Там, наверху… Ну, в смысле, в человечьем мире, говорят, все твари соберутся толпой. Пятки лизать господину. Ну и нас заодно убивать, как они это любят. А черти чего говорят?

— Черти ничего не говорят. Ну, кроме того, что мне в верности клянутся. Чёрт их знает, сволочей, что у них на уме.

— Н-да… Но всё равно, варианта лучше я не вижу. Если мы этого выродка будем гасить там — Петербургу конец, без вариантов. А то и не только Петербургу. Поэтому, как по мне, лучше здесь вопрос решить.

— Полностью с тобой согласен. Знак запомнил?

— Конечно. Сам не забудь.

— Смешно.

— Тоже ржу не могу.

Как только Гравий принял на себя почётную должность по управлению загробным миром, у него немедленно появились как некоторые таланты, так и некоторые знания. Весьма полезные. К примеру, Знак для перемещения в загробный мир.

Хороший вопрос: а чё, так можно было? Можно. Только не без нюансов. Знак этот работал подобно Знаку Перемещения. То есть, должен был быть якорь. И этот якорь должен изобразить уполномоченный персонаж. Конкретно: царь загробного мира, не меньше. В нашем случае — Гравий.

— Может, тебе кого-то прислать сюда? — спросил я с сомнением.

— Не надо. Смысл?

— И то правда…

Чертей было много. До охренения много. Что-то им противопоставить малым числом — нереально, а большие силы я сюда не потащу сразу, они мне могут там понадобиться.

— Не волнуйся за меня, Владимир. Я сам согласился загробным миром править. Знал, куда иду.

Помолчали, передавая друг другу бутылку.

— Это… Спросить хотел. Можешь мне свиданку с дядюшкой устроить? А то нехорошо как-то. Он помогал столько раз, я в его усадьбе живу, фамилию его взял, а лично так ни разу и не…

— Нет, Владимир, не проси, — решительно сказал Гравий. — Даже Кощей такого не допускал.

— Он плохой парень, вот и…

— Не дело это — живым людям с мёртвыми якшаться. Не просто так миры разделены. Дружба дружбой, но этого — не проси. Поссоримся.

Гравий был настроен охренительно серьёзно. Я пожал плечами. Ладно, чё. Это, собственно, прихоть, не больше. Было бы что серьёзное, я бы дожал, конечно, даже ценой ссоры, а из-за фигни упираться не вижу смысла.

— Твоя воля, твоё право. Ладно тогда. Пойду я домой, что ли, к Новому году готовиться.

— Ты уж готовься как следует, Владимир. Не хочу, чтобы ты тут скоро появился, понимаешь, о чём я.

— Не боись, после смерти я сюда не попаду.

— Это как же?

— Ну, вот так. Есть у меня один хитрый фокус… Но я тебе ничего не расскажу, потому что ты мне дядюшку пожадничал. Вот.

Я встал с подлокотника, сделал было шаг к яйцу, но замер. Вгляделся, прищурившись, в растущую постройку, над которой корпели черти.

— Слушай, Гравий… А можешь мне кого-нибудь из этих стахановцев позвать?

Гравий щёлкнул пальцами, демонстрируя, что когда можно, так он для друзей — запросто, всё, что угодно. Передо мной образовался вездесущий Недотыкомка.

— Чего изволите, повелитель? — Чёрт распластался возле трона.

— Владимир с тобой говорить желает.

Недотыкомка тут же подскочил и заискиваще уставился мне в глаза.

— Чего желает охотник Владимир?

— Это что — Шамбор?

— Ась?

Я указал на строение.

— Шато де Шамбор?

— А, да, оно самое, так называлось. — Недотыкомка хихикнул.