Власть Крови
Шрифт:
– Все лучшее случится именно в эту ночь, - прошептал Чарльз.
– Так что одевайся поскорей, я подожду тебя в карете.
И он, насвистывая что-то веселое, вдруг стал съеживаться, его свист перешел в писк, и он уже, как большая летучая мышь, исчез в камине.
Полли этому даже не удивилась. И ход времени, и её действия стали другими, словно она их до конца не осознавала. Она развернула платье, которое и вправду могло принадлежать королеве Елизавете - так роскошно оно было расшито жемчугами и рубинами. Тугой корсет, каких уже лет сто не носили, и полуметровый кружевной воротник действительно указывали на то, что сделано платье было мастерицами не то что прошлого, а позапрошлого
Полли спустилась по лестнице, даже не подумав, что её могут увидеть в таком наряде - словно она собралась на венецианский карнавал. Но так никого и не встретив по пути, она вышла из дому. Слуга Чарльза открыл ей дверцу кареты.
– Вы чертовски красивы, - вздохнул Чарльз, - я не ошибся, вы будете лучшей продолжательницей рода графа Дракулы.
Они выехали за город, и все это время Чарльз был вне себя от счастья, то бормотал какие-то глупости, то целовал Полли руку. Но Полли его не слышала, в голове у неё шла собственная болтовня. Один голос все уверял её, что она должна быть радостной как никогда, другой же где-то далеко спрашивал: "А это надо тебе или только Чарльзу?" Но первый голос вскрикивал еще больше: "Вечная жизнь - и ты властительница всех, и вечно молодая!" И, как ни странно, этот бессмысленно вскрикивающий голос усыплял её, и Полли, вздохнув, успокоенная, положила голову на плечо Чарльза, она даже не спросила, куда её везут. Вскоре они подъехали к величественному особняку. Ворота освещались факелами, и длинные вереницы карет уже стояли по обе стороны подъездной дорожки. Лакей отворил дверцу и подал руку Полли, и она скользнула бархатной туфелькой (также прилагавшейся к платью) на красную ковровую дорожку.
Дом был совсем другой, совсем не такой, как у Мобреев. Этот особняк был старинный и невероятно огромный. А бесконечное пространство бальной залы было заполнено людьми. Но стоило появиться Чарльзу и Полли, как люди расступились, пропуская их и склоняя головы в знак приветствия.
Чарльз довел Полли до конца зала, где стояли два высоких позолоченных кресла, скорее напоминающие трон, и развернулся к присутствующим. Окинув всех взглядом, словно проверяя, кто пришел, а кто - нет, он сказал:
– Я рад, что несмотря на все слухи и безосновательные страхи, вы все собрались здесь. Лорд Исток из Ирландии. Благодарю, что прибыли, только...
– Чарльз вытянул шею, словно пытаясь кого-то отыскать, - не вижу вашего внука графа Гордифа.
– Он умер, - прошелестел старик, и в зале пронесся вздох ужаса. Старик крякнул и добавил: - Подавился косточкой.
– Шейным позвонком или ключицей?
– спросила Полли безмятежно.
– У Гордифа, конечно, был всегда отменный аппетит, - хмыкнул Чарльз, - но не настолько.
В зале показались улыбки.
– Милая леди, - сказал старик, - то была простая вишневая косточка. А ведь я ему говорил, не к добру вампиру есть варенье.
– Но если в Ирландии убыло, то у нас прибыло, и это впервые за сто семнадцать лет, - улыбнулся Чарльз.
Начавшиеся было аплодисменты стихли, как только раздалась тихая реплика из угла:
– Да, да, именно сто семнадцать лет назад Арчи был последнем посвященным в роду Дракулы, - этот тяжелый вздох принадлежал жене Арчибальда Шарлотте де Мобрей.
Воцарилось молчание, в котором читалось, что все вокруг всё знают, но помалкивают.
– Ну, долой слова!
– воскликнул Чарльз.
– Чествуем Полли Бригстоун! В будущем Полли Барклей.
Теперь аплодисменты всплеснулись волной, и никто,
кроме Чарльза, не услышал слов Полли, ответившей ему:– Похороны на свадьбе или свадьба на похоронах? Хотя какая разница, все равно все будут в черно-белом.
– И к тому же это мой последний вечер здесь, в Лондоне. Я хотел бы объявить преемника. Но сделаю это немного позже, - сказал Чарльз.
Чарльз взмахнул рукой и полилась музыка. А спустя минуту Полли почувствовала, что она уже вальсирует посередине зала, и все вампиры глядят на неё с почтением и радушием.
– Ты ужасно неадекватна, - вздохнул Чарльз, - молчишь весь вечер и странно шутишь. Кажется, я перестарался с вампирским успокоительным. Хотя чего, собственно, я боялся? Ведь ты меня все равно любишь, - полуутвердительно заявил он.
– Фр, - мотнула неопределенно головой Полли.
– Это уж слишком, - Чарльз дунул на неё, и словно пелена слетела с глаз и с разума Полли. Она вцепилась в плечо Чарльза, с легким ужасом глядя на кружащих вокруг бледных, с черными глазами, людей и вдруг, что-то поняв, отстранилась от Чарльза и остановилась. А потом попятилась к дверям, но, видимо, совсем не к тем, так как, не успев натолкнуться на нескольких вампиров, очутилась в другой комнате. Чарльз последовал за ней и попытался остановить за руку.
– Я уезжаю, - она выдернула руку и сурово посмотрела на Чарльза.
– Но ты еще не отведала сюрприза в конце этого вечера...
– Ох не надо!
– Полли оглянулась, ища другой выход, но не найдя, опять обратила суровый взор к Чарльзу.
– Я не собираюсь быть вампиром! К тому же МакКин знает, кто ты на самом деле...
– Это ужасно невежливо, - ответил Чарльз, - знать и не дать понять, что в курсе.
– ... он найдет и этот дом и ме...
– Поздно дорогая, еще один укус и ты будешь среди нас. Ну а когда узнаешь всех эти нетопырей получше, поймешь, что я тут самый неотразимый, - он криво улыбнулся и сделал шаг к Полли, которая, в свою очередь, на шаг отступила от него. Чарльз вздохнул и продолжил, - и самый завидный жених. Я тебе еще не говорил, кто меня превратил в вампира?
– Граф Хидеж?
Чарльз сморщился.
– Нет, не он. Я ненавидел этого злобного психа, которого занимали только убийства. Я среди вампиров самый главный, потому что я первоукушенный.
– Графом Дракулой?
– Почти, - Чарльзу было неловко, хотя его тщеславной физиономией это плохо сочеталось.
– У вас ужасно непонятная преемственность, - Полли почти забыла о своем страхе, пытаясь разобраться в вопросах наследственности.
– И почему Арчибальда назвали последним из укушенных, то есть младшим среди вампиров? И граф Хидеж, он не является самым древним из вас?
– Преемственность передается по укусам - кого ты укусил, того сделал своим преемником. Поэтому дело не в возрасте вампира. Да, в этом доме ты встретишь и четырехсот- и даже шестисотлетнего вампира, но дело в том, что они выходцы из каких-нибудь болот Шотландии или норвежских лесов, одним словом, дикари: ни культуры, ни просвещения, ни знания каких бы то ни было вампирских законов. Другое дело - преемники Дракулы, королевская династия в вампирском мире.
– А Хидеж был преемником Дракулы? А кто укусил Арчи и Хелен?
– Сколько вопросов, - улыбнулся Чарльз.
– Наверное, придется вкратце рассказать тебе историю семьи Блонделя, богатого парижского горожанина.
– А при чем тут он?
– не поняла Полли.
– Дело в том, что в середине 18 века в Париже жил Бруно Блондель и была у него жена Катрина, дочь Хелен и сын Арчибальд.
– Так это история графа Хидежа?
– поняла Полли.
Чарльз кивнул и продолжил рассказ.