Воин

— А мы теперь солдаты, мы бравые ребята… — затянул строй под изумлёнными взглядами деревенских и строевым шагом вместе со мной во главе зашагал прочь.

Когда деревня скрылась из виду, я прервал песню и сказал:

— Вольно, ребята! Теперь подождём нашего Сусанина, а то я дороги не знаю.

Логичный вопрос, последовавший за моей фразой, вынудил меня рассказать, кто такой этот Сусанин и чем он знаменит. Когда я закончил, к нам присоединился Глен и повёл отряд к прежней дороге, а бойцы ещё долго восхищались подвигом легендарного героя, который сумел не сломаться под пытками и не выдать врагу, как выйти из дремучей заснеженной чащи. Про пытки — это они сами придумали, так как наша официальная версия о них умалчивает. Выйдя на дорогу, мы гурьбой зашагали в торону Зеленца. Выждав момент, ко мне подошёл Глен и сказал:

— Спасибо, командир.

— За что? — уточнил я.

— За то, что не сказали Ларе, про то, что у меня…

— Брось, Глен, все мы не без греха, — ответил я ему.

Он вскоре начал рассказывать ребятам все подробности только что произошедшего, а я подумал, так почему же я не оставил его сразу в деревне? Зачем потащил с собой? Что одного лишиться, что всего отряда — для меня ведь в моём деле большой роли не играет. Так почему же? Анализируя своё недавнее состояние, я сделал вывод, что сделать это меня заставила интуиция. Именно она подтолкнула к такому решению, которое на первый взгляд казалось нелогичным. При детальном анализе ситуации, я теперь понял, что вскоре молодого жениха ожидал бы ад покруче армии, в главной роли с его новоявленной тёщей. Но теперь, когда я устроил недавнее представление, она волей-неволей станет считаться со своим зятем, что поможет сохранить молодую семью. Вот, что значит общественное мнение! Теперь, даже если она будет чем-то недовольна, односельчане быстро её приведут в себя, сказав, что лучшего мужа для дочки она и пожелать не может. Эх, подумал я, надо было бы побольше рассказать про ратные подвиги Глена, ведь кашу маслом не испортишь. Только теперь поздновато. Додуматься бы раньше…

Да, выходит, интуиция всё же очень необходимая вещь. Вот только есть у меня опасение, что вскоре я перестану жить своими желаниями, доверяя только своему шестому чувству, которое подскажет, как выйти из любой сложной ситуации… Нет, это я явно перегибаю палку! Такого не случится, ведь мои желания тоже большей частью подсознательны, а значит, действуют с ней на одном уровне, что к плохому привести никак не может. Успокоив себя таким образом, я отметил, что теперь повесил себе на шею дополнительную проблему — придётся ещё приглядывать за новоиспечённым женихом, чтобы он целым домой вернулся, а не свернул шею где-нибудь по дороге. То, что на это Глен способен, я и не сомневался, вспомнив, как он рухнул с лестницы на нашем предпоследнем занятии.

Глава 14 Город

Через много часов непрерывного марша показался город Зеленец. Уже издали было видно, почему он так был назван. Городскую стену во многих местах украшал мох и вьющиеся лианы, забросившие свои ветки на всю её длину. Сейчас все они ярко зеленели, создавая для города характерный весенний колорит. На входе нас даже не попытались заставить платить входную пошлину, видимо, тут как и на Земле — военнослужащим предоставляются льготы. Первым делом в городе бросалось в глаза обилие виноградных лоз, оплетающих многие дома в округе. Они росли в специально отведённых лужайках перед зданиями, которые не были замощены камнем. За время дождей виноград уже успел выпустить молоденькие листья и теперь украшал город зелёной листвой. Это всё выглядело очень красиво и празднично, хотелось задержаться здесь подольше, но у нас были другие планы.

Первым делом я по запаху нашёл приличную харчевню, где за полторы золотые монеты накормили всю ораву. Дальше я хотел идти искать подходящую ночлежку, но Крот, хитро усмехнувшись, спросил меня, когда же я скомандую им отправиться по девочкам. Подумав, я решил, что нужно дать им воспользоваться возможностью отдохнуть и расслабиться, и разрешил отправиться в свободный поиск, предупредив, чтобы завтра с рассветом были у западных ворот, так как ждать я никого не был намерен. Отобрав котелок у Трита, чтобы не потерял в борделях, я с интересом наблюдал за переживаниями Глена. С одной стороны, ему очень хотелось отправиться с парнями, но ведь теперь у него появилась невеста… Он с надеждой взглянул на меня, но я разочаровал его.

— Решай сам, я ничего тебе советовать не буду.

Он всё ещё немного поколебался, а потом сказал нескольким парням из своего десятка, которые ждали его в дверях харчевни:

— Парни, идите без меня.

Те кивнули и ушли, а Глен остался со мной, расстроено глядя себе под ноги. Я подошёл к нему и положил руку на плечо.

— Молодец!

Глен удивлённо посмотрел на меня.

— Да, ты решил правильно. Если о том, что было раньше можно просто забыть, то сейчас это была бы подлость чистейшей воды по отношению к Ларе. И если бы ты сейчас ушёл с ними, то потерял бы всякое уважение в моих глазах.

Глен приободрился и повеселел, вот ведь как иногда бывает нужна похвала и понимание. И даже то, что я нагрузил его котелком, отобранным у Трита, не смогло лишить его приподнятого настроения. Вдвоём с ним мы нашли средней паршивости гостиницу, где сняли одну комнату с двумя кроватями, на которых и развалились, так как уже давно наступил вечер. Глен тут же заснул и даже улыбался во сне, а я ещё позанимался магией, затем связался с Алоной, которая накричала на меня, обозвала разными неприличными словами и напоследок заявила, что я ничем не отличаюсь от Мирина — тоже готов в любой момент сунуться в драку. Я молчал и в нужных местах изредка пытался оправдываться, пережидая бурю. Когда шторм превратился в маленький ветерок и я почувствовал, что вот-вот хлынет дождик, настало время мне сменить тему и я спросил о ситуации с кочевниками, так как это сейчас волновало меня больше всего. Ничего толком Алона не рассказала, но пообещала узнать у отца, если это мне так необходимо. Я заверил, что просто позарез нужно, так что к завтрашнему вечеру пускай прояснит ситуацию и спросит, как там дела у Алисы и Квазика в Фантаре. Что-то мне подсказывало, что и их сия чаша не минула. Настроения заниматься магией сегодня не было ни у меня, ни у сестрёнки, поэтому я долго перед ней извинялся, а добившись прощения, со спокойной совестью завершил разговор и заснул.

Утром я привычно поднялся до восхода, сделал небольшую разминку, растолкал Глена, а затем вместе с ним позавтракал тем, что сонный повар сумел нам приготовить. После этого мы отправились к западным воротам, чтобы там встретить рассвет. Несколько наших парней уже были там, завернувшись в спальные мешки, они лежали прямо перед воротами. Чуть позже подошли ещё десяток, а с восходом подтянулись почти все. К моменту, когда стражники открыли со скрипом толстые створки, не хватало только капрала Лютого — второго офицера в нашей команде (первым я считал себя любимого). Решив, что он нас догонит, я дал приказ выдвигаться и передал почётный котелок в руки Триту.

И мы продолжили наш путь, топча солдатскими сапогами обширные просторы Мардинана. К обеду нас догнал Лютый, который сначала дико извинялся, а затем хвастался своими подвигами на ниве сексуальных утех. Через два часа по указаниям уже другого Сусанина мы свернули с дороги и без приключений пообедали в деревеньке, носившей странное название Радужная. Почему оно появилось и чем было обусловлено, никто из местных не мог ответить, да мы и не очень-то и спрашивали, больше налегали на еду, тем более что многие парни даже не успели толком позавтракать. В той же деревне я купил продуктов в дорожку, распределив между парнями, чтобы много не несли.

Дальнейшие два дня были похожи один на другой. Коротко — мы шли, и шли, и шли… В города я больше не заходил, решив, что питаться в деревнях будет дешевле. К вечеру следующего дня мы вышли к речке и я устроил всем банный день. Парни искупались, постирали свои портянки, наверное, устроив этим тотальный геноцид местным обитателям ниже по течению. На меня они уже не косились, как в первые разы, когда в лагере нас всех заставили принимать водные процедуры, видимо, постепенно привыкли к моей пониженной лохматости. Пользуясь случаем, я магией поймал в речке три крупные рыбины и вылез на берег, удивив парней своим уловом. Из рыбы получилась отличная уха, которую все с удовольствием и практически моментально съели, так что мне пришлось опять нырять за рыбой, чтобы приготовить вторую порцию. Вот так и пригодился котелок, не зря таскаемый с собой, а Трит оказался неплохим поваром и отныне постоянно стал готовить для нашего отряда.

Две ночи я тренировался в области магии, создав ещё одно новое плетение — гранату. Эта фиговина должна была взрываться с оглушительным грохотом, раскидывая во все стороны магические стрелы. Причём большую часть времени, уделённого на её создание, я потратил на то, чтобы ограничить радиус её действия. Под конец у меня получилось три её разновидности: одна поражала всё в радиусе десяти метров, вторая выборочно дырявила пространство в области тридцати метров от места взрыва, а третья называлась — «после нас — хоть потоп!» и не имела ни пределов заряда, ни обозримого радиуса действия. Её я решил никогда не использовать, потому что эта дрянь могла легко продырявить и меня самого.