Волчье Иго
Шрифт:
На Каю, точно также, прыгают двое.
Виль рычит, пробирается к ней сквозь троих подкидышей, снова окруживших его и принимающих попытки откусить от него, как вдруг видит Амелию, и на секунду замирает, не зная куда идти дальше.
«Куда, куда, куда…» – слышит Энзо в мыслях отголоски от дум Виля.
Дэн оказывается прижатым к стволу дерева.
Энзо ощущает боль каждого, словно ему каждый раз дают пощечину, бьют по ребрам, бьют в солнечное сплетение, разрывают его кожу в клочья.
Добежав наконец до Амелии, он видит перед собой
Он видел кровавое месиво.
Первой получает Дейзи, Энзо отталкивает ее с такой силой, что она отлетает на сотню метров. Второй полуволк, тем временем, пытается повалить его на лопатки, но Энзо вгрызается ему в шею и откусывает кусок. Волк скулит и корчится от боли, но Энзо продолжает, и делает все, чтобы вместо человеческого пульса в сознании он слышал лишь тишину.
«Я не хотел, не хотел нападать на дочь Запанса, мы дорожили ей, она пошла не по тому пути, прошу тебя, прошу тебя…» – в мыслительный поток ворвался голос умирающего.
Жалкая мольба о пощаде лишь смешила Безустанного.
«Это ты пошел не по тому пути, позволив себе напасть на нее»
Когда с советником было покончено, он не приступил к омертвлению Дейзи, вновь испарившейся в толпе. Вместо этого он наклонился к девушке, голубые глаза которой смотрели на него боязливо, но в то же время оценивающе.
Ее губы расплылись в вымученной улыбке.
– Так и знала, что ты будешь черным волком.
Он прижался лбом к ее лбу и закрыл глаза, размышляя, как оказать медицинскую помощь, понимая, что она умирает, что каждая секунда на счету. Ему было жизненно необходимо прикоснуться к ней сейчас, словно все проблемы мира на мгновенье перестают иметь значение, и у него появляется возможность трезво, без пронизывающей сердце паники, взглянуть на ситуацию со стороны.
Нет.
Он рычит, осознавая, что ему нужно делать. Что именно предпринять, чтобы лишить ее мучений.
Амелия словно читала его мысли:
– Иначе нельзя, – прохрипела она. – Помнишь, что я говорила? Со меня все началось, со мной и закончится.
Он рычит еще яростнее.
Все это зря? Все, что я делал, чтобы спасти тебя? Риски, на которые шел, чтобы видеть тебя невредимой? Перевоплощение, которое произошло потому, что испугался за тебя?
Все это было зря?
Он уже не видит, кто бежит в его сторону. Есть ли там Дэн, Виль, кто-то из ее компании или полуволки.
– Энзо, нет! – слышит он голос Демьяна, который первее всех догадался, что именно он собирается сделать.
Энзо кусает Амелию в шею, туда же, куда до этого укусила Дейзи.
Девушка кричит от агонической боли. Из глаз текут слезы, которые вбирает в себя его черный мех, ведь Энзо прижимается к ней всем телом. И кусает вновь. Чтоб уже наверняка.
Прощай, прощай, прощай.
Заранее ощутив волчьим чутьем приближение старшего Запанса, он уклоняется от его выпада.
«Что ты наделал? Что. Ты. Наделал. Энзо?»
«Ты сам прекрасно знаешь. Не притворяйся незрячим
и глухим, Дэн».«Она умирает!» – Виль пытается вырваться, но его вновь оттаскивают назад, не давая возможности взглянуть на Амелию.
«Моя сестренка… моя сестренка»
Он закрыл глаза.
Нет, не мог смотреть, хотя убить ее ему не составило особого труда.
Казалось, все живое вдруг остановилось. Не было слышно даже завывания ветра – таким мирным все вдруг стало. Эти леса могли стать настоящим достоянием красот Алиены, но вместо прекрасного сада из редких и очаровательных растений, землю здесь окружили хищные, голодные звери.
Открыв глаза, он медленно поднимается на возвышенность, похожую на ту, с которой они с Каей наблюдали за Патрийцами всего каких-то часов семь назад. Откидывает каждого подкидыша, кто пытается напасть на него, и убивает каждого советника, кто делает хоть шаг в его сторону.
Металлический запах во рту усиливается. Кровь жертв была сладка. Ни проходило и минуты, как он убивал второго, третьего, четвертого. Не думая, не размышляя. Действуя, как солдат на военной миссии.
Он посмотрел на стаю сверху вниз, твердо упираясь лапами в каменную поверхность.
Он ждет. Заставляет себя не смотреть в ее сторону, но чувствует, как все с ужасом глядят на него. Блондин держит ее за холодную руку. Он не видит. Чует. Оторвал бы ему это руку, если бы смог. Но нет, нужно ждать. Терпи, терпи.
Эта гробовая тишина дает ему понять, что никто точно не ожидал, что вместо того, чтобы предпринять все возможные и невозможные попытки спасения Амелии, он лишит ее жизни.
Теперь, от него не пытаются откусить кусок полуволки.
Спустя пару минут, что кажутся долгим и мученическим сном, в Патрии раздается глубокий и громкий вдох.
Он не смотрит.
Еще секунда, и раздается крик.
Его глаза направлены вперед.
Голоса людей и возгласы мыслей волков.
Он закрывает мыслительный поток и старается ничего не слышать.
Он поворачивает голову только тогда, когда вместо окровавленной мертвой девушки, его любимой девушки, вдруг подает признаки жизни белоснежный, неземной красоты волк.
«Думаю, все это время ваш альфа на самом деле не был вашим альфой, – в мыслительном потокe всех полуволков и подкидышей раздается твердый голос Энзо, – Пора бы вам уже узнать меня как следует. Я – тот, которого вы звали Безустанным. Нет, меня не укусил Мальком до своего трусливого побега. Я превратился сам, потому что все это время являлся гибридом. И укусила меня никто не иная, как Лейла Запанс, когда мне было десять лет»
Раздались повторные возгласы и перешептывания.
«Вы все верно поняли. Жаль, что и до меня долго доходила правда. Укус являющейся на тот момент альфы – Лейлы, делает меня истинным Альфой. Учитывая то, что я не погиб, будучи ребенком, делает меня избранным Матерью природой. Так вы это называете? Все это время, не Мальком был вашим вожаком и правителем. Это был я»
Для людей, не слышавших мысли полуволков, объяснения были не нужны. Амелия, являющейся теперь полноценным полуволком, была тому подтверждением. Он превратил ее.