Второй шанс

– В каком смысле?
– Насторожилась учительница.

– Наталья Сергеевна, я ведь никогда не зачисляла к вам детей, плохо поддающихся воспитанию и обучению, ввиду вашей неопытности. Тем не менее, вам уже довелось работать с ними, и я думаю, вы готовы взять на себя такую ответственность.

– Да, конечно...
– неуверенно кивнула Поверина.
– А что с этим мальчиком?

– В этом вам и предстоит разобраться. Я знаю, что до недавнего времени он воспитывался в детском доме на планете Камь, после чего был усыновлён и отправлен сюда. Характеристика к делу прилагается, но она какая-то... несодержательная. По первому впечатлению, мальчик показался мне довольно вежливым и серьёзным, но все же боюсь он может доставить некоторые проблемы. В общем, приглядитесь к нему. У вас достаточно крепкая группа, постарайтесь, чтобы Мастерс не стал причиной снижения показателей.

Показатели?! И это всё, что тебя волнует?!
– Гневно воскликнула про себя Наталья.

– Конечно, - она попыталась изобразить улыбку и взяла со стола коробочку с инфокристалом.

На следующий день, перед занятиями, её мысли витали вокруг нескольких неприятных моментов, успевших приключиться с начала её преподавания. Ключевым действующим лицом большинства из них была известная школьная хулиганка Екатерина Лаврова. Вот с кем ей так и не удалось установить хоть какой-то контакт! А вдруг новенький такой же, или даже хуже? Да ещё и в её группе! Вдруг он настроит остальных ребят против неё?! К тому же, если верить данным из личного дела, Мастерса поселили в одно общежитие с Лавровой! Вдруг эти двое ещё и сговорятся?!

Наталья встряхнула гривой распущенных каштановых волос, пытаясь освободить голову от нелепых мыслей. Что толку гадать, если она даже не знает, с кем придётся иметь дело?

Всего к школе имени Людина было приписано одиннадцать общежитий и каждое утро детей, проживающих в них, подвозил до школы большой белый экскурсионный автобус. Собственного транспорта у школы не имелось, поэтому она ежегодно заключала контракты с различными туристическими фирмами. Однажды, решив сэкономить, администрация школы договорилась с городскими властями, которые предоставили грузовой гравимобиль с надписью 'ЛЮДИ' на закрытом кузове. Правда, катались в нём учащиеся не долго - всего пару месяцев. После нескольких решительных протестов и угроз написать родителям, администрация пошла на попятный и душный, постоянно трясущийся грузовик вновь сменился автобусом с кондиционером и удобными сидениями. Не все, конечно, им пользовались. Лёшка, к примеру, не стал дожидаться восьми пятнадцати, когда к их общаге обычно подкатывал белый гигант, похожий на шатл без крыльев, а умчался на своём гравиборде. Остальные выстроились в ряд перед домом.

– Если увидит, что никого нет, даже не остановится, - объяснил Степану Лин.

– Что, и не посигналит?

– А оно ему надо? У него график!

Автобус появился точно по расписанию. Плавно вырулив из-за угла, он подъехал прямо к четвёртому общежитию и с шипением опустился на специальные подпорки, выдвинувшиеся из днища. Бесшумно отъёхала в сторону широкая дверь. Забираясь внутрь, Степан невольно задумался. У него появилось ощущение, будто он садится на десантный катер, собирающийся везти его на задание.

В каком-то смысле так и есть, - усмехнулся про себя бывший диверсант-разведчик, - только на этом задании вряд ли придётся стрелять и ползать по канавам.

– Парень, чего ты там встал?
– Ворчливо окликнул его водитель.
– Занимай место!

Когда Степан уселся рядом с Лином, автобус вздрогнул, поднялся метра на полтора над землёй и поплыл дальше. Дорога до школы заняла около получаса. За это время, Лин успел пересказать Карпатову несколько школьных сплетен и выдал краткие характеристики преподавателей.

– Что, действительно француз?

– Недоверчиво хмыкнул Степан, когда Лин рассказывал про учителя информатики.

– Ну, может и не совсем...
– вынужден был признать Лин, - но на половину точно.

Карпатов вгляделся в своё расписание и напротив информатики, идущей у него сегодня первым предметом, стояла фамилия М.П. Люммонт.

– Люммонт. Звучит вполне по-французски. А как расшифровывается М.П.?

– Михаил Пьерович.

– Петрович?
– Переспросил Степан, думая, что ослышался.

– Пье-ро-вич, - по слогам повторил Лин, - от Пьера, значит. Ты, главное, его Петровичем не назови - жутко обижается! И постарайся с ним поменьше спорить, он умников недолюбливает. И не спрашивай на его занятиях 'можно выйти?', это его вообще бесит!

– Не слишком приятный дядя вырисовывается, - заметил Карпатов.

– Он тебе понравится, - пообещал Лин, ухмылка которого не предвещала ничего хорошего.
– С ним не соскучишься!

– Не сомневаюсь, - буркнул Степан, рассматривая в окно, как автобус заезжает в школьные ворота.

Подойдя к входу в главный корпус, Лин похлопал Карпатова по плечу, пожелал ему удачи и присоединился к стоящей в сторонке компании из четырёх мальчишек.

Степан побрёл к нужной ему аудитории, стараясь не отстать от идущих впереди Сидни и Тоськи. Тоська то и дело украдкой оглядывалась, лукаво при этом улыбаясь, что нервировало бывшего диверсанта. От быстрых взглядов светло-серых Тоськиных глаз ему становилось несколько не по себе, и он очень надеялся, что в них отражено лишь обычное любопытство. С этой рыжей девчонкой с косичками он ещё не успел толком познакомиться, и их общение пока сводилось к обмену ничего не значащими фразами типа 'как дела?
– да вроде нормально'.

Стоило Степану войти в аудиторию, как на него накатили давние и не слишком приятные воспоминания. Информатику он недолюбливал всегда. Впрочем, как и остальные точные науки. Нет, написание простеньких программок - занятие довольно увлекательное, но когда с помощью этих же программок приходится решать различные математические уравнения и задачи... Карпатов никогда не понимал, зачем математику, отдельную дисциплину с множеством разновидностей, присовокупили к изучению информационных технологий? Ещё из старых школьных времён он помнил, что нет ничего хуже, чем строить всяческие параболы с помощью собственноручно склёпанных программ.

Наверное, все кабинеты информатики во вселенной выглядят одинаково, - думал он, усаживаясь за одну из последних парт. Да, развешанные по стенам портреты типов явно интеллигентной, но отнюдь не приятной, наружности, большой жужжащий металлический ящик (главный системный блок) в углу, встроенные прямо в парты клавиатуры и мониторы - всё как тогда.

Одноклассники рассаживались по местам, переговариваясь вполголоса. Степан же постарался вести себя как можно незаметнее. В этом деле он был настоящим асом. Никто не мог так сливаться с окружающим пространством как он.

Карпатов наблюдал за своими новыми 'коллегами', когда за соседнюю парту плюхнулся странный субъект. Он был довольно высоким для своего возраста - почти наголову выше Степана - и при этом слишком уж тощим. Вот кому стоило бы подкачаться - заметил Степан. Лицо субъекта - вполне миролюбивое, без резких агрессивных черт - выражало смертную скуку. Меж тем в глаза сразу бросались светлые волосы, торчащие клинышками, серьга в правом ухе (на счёт левого Степан уверен не был, к нему было обращено только правое), и заклеенные пластырями костяшки пальцев.