Второй шанс

Спускаясь по лестнице, мальчик всё думал. Странно, но перебранка с соседом никак не отразилась на его приподнятом настроении.

***

Двадцатого числа с утра в «Ратник» уехала большая часть старшей группы. В детдоме почти никого не осталось: тринадцать пяти-шестиклассников, их четверо (без Полины) и семеро старших.

Кроме Андрея, Жени и Димы, на старшем выпуске был Кирилл. У Кирилла родителей не было, но была бабушка, которой почему-то не дали оформить опеку. Она приходила к нему каждые выходные, приносила всегда что-нибудь вкусное, тайком передавала сигареты. В детдоме он жил третий год. По слухам, родители были наркоманами, а сам он с двенадцати лет состоит на учёте в отделе по делам несовершеннолетних. Занимался боксом, поэтому наезжать на него не решались. Зато именно Кирилл сумел в своё время объединить и взять под защиту всех «социальных». Местный Робин Гуд. Его банда защищала и «свою» малышню и девчонок. Первое время Васька пытался их подмять, но те взяли количеством, и в результате было заключено относительное перемирие, по которому с «социальными» больше не связывались, но и те в дела «отказников» не вмешивались. Хотя наверняка после их ухода в детдоме опять начнётся делёжка территории.

Ещё в старшей подгруппе были три девчонки: Маргарита, Ксюша и Оля. Ольга, нарушив все традиции, встречалась с Кириллом, за что «отказники» считали её предательницей, но в открытую высказываться не рисковали. Марго училась в техникуме на швею и гуляла с каким-то молодым преподавателем, по слухам. Из семерых только Ксюша продолжила учиться в школе. Кроме библиотеки её мало что интересовало, хотя в последнее время она дружила с Васькой. Видятся ли они теперь, Сергей не знал.

И вот благодатная тишина. Завтра возвращаются малыши, и о ней не останется и следа, но сегодня можно было вдоволь насидеться на скамейке у пустующей детской площадке. Или даже посидеть на качелях с книгой в руках, чтобы никто не подумал, что ты «вспомнил детство». Замечательная не очень жаркая погода, лёгкий ветерок. Атмосфера идеальная для размышлений.

В такой спокойной и мирной обстановке Сергею и пришло в голову пойти к директрисе. Почему-то именно сегодня ждать оставшиеся два года стало невмоготу.

– Можно к Фаине Михайловне, по личному вопросу? – спросил он у секретаря.

«Леночка» – довольно полная женщина средних лет. Серёжа сколько помнил, она была секретарём и все поголовно называли её только по имени.

– Заходи, – вернувшись из кабинета, разрешила секретарша.

Уже сомневаясь в своём импульсивном решении, подросток медленно вдохнул и выдохнул. Понимая, что отступать уже поздно, он вежливо постучался и вошёл, не дожидаясь приглашения.

– Добрый день, Фаина Михайловна, я хотел с вами поговорить.

– Присаживайся, – строго взглянув на воспитанника, кивнула на стул директриса. – Внимательно тебя слушаю. Ты всё-таки решил пойти в техникум?

– Нет, не в этом дело, – покачал головой Серёжа. – Я хотел спросить о своей квартире. Она сейчас сдаётся?

Женщина внимательно посмотрела в глаза мальчику, будто намереваясь прочесть его мысли.

– Нет, – наконец ответила она. – Комиссией было принято решение закрыть квартиру под ключ, для сохранности имущества. Если желаешь, чтобы она сдавалась, ты имеешь полное право написать заявление.

– Нет, меня всё устраивает, – тут же отказался Сергей, на секунду представив, что могут сделать с квартирой недобросовестные жильцы. – А коммунальные услуги?

– Содержание жилья полностью покрывает государство, можешь не волноваться.

Подросток поёрзал на стуле и наконец, выдал:

– А я могу её посетить? Ну, посмотреть на её состояние?

В поблекших с годами серых глазах директрисы отразилось удивление.

– С чего бы такой интерес? – подозрительно спросила она.

– Ну, понимаете… – замялся Сергей.

Взгляд женщины стал суровым, и мальчик понял, что придётся сказать правду.

– Я хочу посмотреть документы. И… найти фотографии, – потупив взор, добавил Сергей.

Повисла пауза. Серёжа нервно ёрзал на стуле, ожидая вердикта, Фаина Михайловна молчала, продолжая внимательно изучать воспитанника.

– Если вы запретите, я сам взломаю двери, – неожиданно даже для себя добавил подросток.

– Это уголовно наказуемо, – спокойно ответила директриса.

– Я собственник, квартира моя, – не совсем уверенно возразил Сергей, упрямо подняв голову.

– Хорошо, – наконец ответила женщина. – Но при двух условиях. Во-первых, у тебя будет ровно пятнадцать минут. Во-вторых, ни одна живая душа не должна узнать о том, куда я тебя возила. Будут спрашивать, мы ездили к стоматологу, у тебя неожиданно заболел зуб. В два часа жду тебя на улице.

– Спасибо, – только и смог ответить ошарашенный мальчик.

Он никак не надеялся на такую удачу. Максимум, на что рассчитывал – узнать адрес квартиры. Он действительно думал о взломе и даже хотел в субботу попросить Ваську найти подходящего человека. А тут так подфартило! Кто бы подумал, что у Сирены есть сердце.

***

Сразу после обеда Серёжа вышел во двор, и все оставшиеся полчаса прождал директрису, как на иголках. Ему навязчиво казалось, что Фаина Михайловна уже передумала. Время тянулось мучительно долго.

Но вот, наконец, женщина вышла из здания и жестом велела идти следом. Они вместе покинули территорию детского дома и сели в тёмно-синий Форд.

– Пристегнись, – бросила женщина, блокируя двери и тоже пристёгиваясь.

Они ехали минут десять, пока не остановились у старой пятиэтажки. С замиранием сердца мальчик зашёл в пахнущий котами и подвалом подъезд. И всё равно, что это была обычная хрущёвка в старом районе города, зато она была его родной, собственной.

– Пришли, – остановил его голос Фаины Михайловны, когда он собирался уже подняться на третий этаж.

Квартира оказалась на втором этаже. Чёрная железная дверь без глазка прямо напротив лестницы.

Ключи два раза повернулись в замке, и Сергей с благоговением ступил на порог собственного дома.

– Пятнадцать минут, – напомнила директриса.

Не став разуваться, подросток прошёл внутрь. Он знал, что дома быстро ветшают, если в них не живут люди. Мебель, ковёр… всё было покрыто толстым слоем пыли, обои от времени потемнели, по углам паутина. Квартира явно нуждалась в генеральной уборке, а лучше в капитальном ремонте. Старые деревянные окна с покарябанными стёклами, чугунные батареи. Но времени разглядывать полузабытый с детства интерьер, не было.

Быстро пройдя во вторую комнату, оказавшуюся спальной, он осмотрел комод, на котором было несколько его фотографий в рамочке. С замиранием сердца он взял ту, где они были с мамой. Как невероятно давно это было! Он в костюме Винни Пуха и мама в праздничном платье обнимает его на фоне новогодней ёлки.

Забрав фотографию, подросток вернулся в гостиную. Здесь стояли диван и раздвижное кресло, в котором он когда-то спал; шкаф с книгами, советских времён телевизор и журнальный столик.

– Основные документы хранятся у меня в кабинете, – известила воспитанника Фаина Михайловна. – Оставшиеся должны быть в полочке над телевизором.

– Откуда вы знаете? – удивился Серёжа, кидаясь к указанной полке.

– Я лично присутствовала при осмотре квартиры, когда тебя определили в наш детский дом, – соизволила ответить женщина, с каким-то сочувствием наблюдая за мальчиком.

Пропустив её слова мимо ушей, Сергей вытащил старую женскую сумку и папку с какими-то бумагами. Мельком проглядев папку и не найдя там ничего интересного для себя, он вплотную занялся сумкой.

Мамин школьный аттестат, диплом, копия свидетельства о собственности, товарный чек на утюг, инструкция к нему, чеки оплаты коммунальных слуг, негативы. Просмотрев последние, Сергей, как ни старался, не смог сдержать слёз: вот он совсем маленький, вот здесь они с мамой на детской площадке, а здесь ему исполнился годик… И ни одной, ни одной фотографии, сделанной до его рождения, которая бы проливала свет на мучивший его вопрос.