Второй всадник

Романов икнул, развёл руки в стороны и пожал плечами, не сумев подобрать нужных слов.

— Воооот! Воооот, и я не понимаю, почему. А они мне никто не разрешают.

Кайзер попытался прицелиться, но вышло у него плохо, поэтому ткнул пальцем лишь в примерном направлении, где стояли его хмурые сопровождающие. И самым хмурым среди них был капитан Клаус. Это всё из-за синяков под глазами и разбитого носа. Сам виноват, не будет в следующий раз покушаться на святое. Шнапс производства четырёх всадников — это достояние империи, а он взял и разлил целый графин.

— Ваше… ИК! Величество… ИК! Это их работа… ИК! Я прекрасно понимаю Клауса. Сам не раз оказывался на его месте… ИК!

Кайзер перевёл мутный взгляд на Романова и на этот раз совершенно чётко указал пальцем на него:

— Одобряешь?

— Понимаю, — кивнул Романов, да так старательно, что едва не упал. Несколько секунд он сражался со своим вестибулярным аппаратом, а когда одержал победу, добавил, хлопнув кулаком по ладони: — Но не одобряю!

— Вооооот! — выдал кайзер, подняв указательный палец. — Тогда смотри.

Правитель Германской империи плюнул на ладони, пару раз ухнул, слегка присел, едва не завалившись назад, поймал равновесие и только после этого сорвался с места, стремительно набирая скорость. Как казалось Романову.

А вот сторонним наблюдателям, среди которых находился Рихард с камерой в руках, было прекрасно видно, как кайзер, с трудом переставляя ноги, сделал несколько неуверенных шагов, после чего запнулся об себя же и полетел кубарём. Действительно набирая скорость.

Просто в тот момент, когда падал, кайзер использовал магию и выстрелил собственным телом, как из пушки, ломая на своём пути редкие чахлые деревца, пробивая хозяйственную постройку и угрожая ограде, которая сама была напитана магией.

— Госпожа будет довольна, когда получит запись, — произнёс Рихард.

В этот момент капитан Клаус стиснул кулаки в бессильной злобе. Он никак не мог повлиять ни на императора, ни на слугу наследницы Мартинсена.

* * *

— Как думаете, зачем Александр Михайлович вызвал нас к себе? Вы же ничего ещё не сделали? — спросил Гришка, выбирая, какую конфету съесть первой.

Сейчас мы находились в кабинете директора. Его самого пока не было, зато на столе стояла вазочка с шоколадными конфетами, которую и прибрал к рукам Воронов.

— Соскучился, наверное, — пожала плечами рыжая.

— А мне кажется, просто хочет лично поприветствовать своих лучших учеников. Всё же больше года не виделись, — сказала Мира.

— Точно нет. Меня бы тогда не позвали. Мы с Александром Михайловичем каждый учебный день виделись. Постоянно заглядывал в класс. И я вам об этом рассказывал.

— Ага. Ещё и спорить предлагал, зайдёт или не зайдёт. Помню, помню, — определившись с первой жертвой, буркнул Гришка.

— И вы все отказались.

— Правильно. Как мы сможем проверить? А чертить за тебя целый год магосхемы никто не хочет.

— Неужели думаете, что я могу вас обмануть? — деланно возмутился я.

— Врать не станешь, а вот недоговорить всей правды — запросто. Почему ты никому не сказал, что смог установить контакт с Даной?

Я удивлённо посмотрел на Ленку. А она откуда знает? Ладно бы Мира. Всё же они с черепахой стали очень близки.

Одной из основных задач заклинания, что ждало нас в подвале особняка Йозефа Мартинсена, было как раз закрепление связей между вторым всадником и его скакуном, которым стала хранительница озера. А все эти буйные плантации фруктов и последующее производство шнапса — побочные эффекты, на которые ушли излишки нашей магии.

В тот же момент я смог наладить ментальную связь с черепахой. Отлично слышал, понимал её и мог спокойно общаться. Правда, совсем недолго. Пока заклинание не вышло на полную мощность и полностью не закрыло сознание Даны. Теперь черепаха способна общаться исключительно с Мирой. Даже Екатерина Олеговна сильно удивилась, когда у неё ничего не вышло.

Но я думал, что об этом даже Мира не знает. А тут Шуйская.

— Не видел в этом смысла. Связь у нас была несколько минут, пока заклинание старых всадников не вышло на полную мощь, а затем Дана оказалась вне зоны доступа. Кстати, Мира, там Герхард с Василисой ещё не вернулись? Смогли найти ещё какие-нибудь записи Мартинсена? Благодаря им можно было бы избежать многих проблем в будущем.

— Не вернулись, а записей у него много всяких разных. Вот только я могу прочесть меньше половины. И там точно нет никаких предсказаний. Да и нет у второго всадника таких способностей.

— А как же тогда он смог узнать, что мы все окажемся на пороге его дома именно в тот день и даже точное время указал? — спросил Гришка.

Возле него уже лежала небольшая горка фантиков, которая продолжала расти. А в вазочке оставалось всего несколько конфет.

— Наша сильная сторона — разум. Именно благодаря ему Йозеф Мартинсена и смог спрогнозировать наше объединение у него дома. Чтобы узнать будущее, не обязательно быть пророком. Могу вас заверить, что все они кончали крайне плохо.

Ленка взвизгнула и подпрыгнула, заставив нас всех дёрнуться.

— Ты чего? — спросила Мира.

— Вспомнила, что оставила на территории особняка Мартинсена двух малюток, они же там теперь совсем одни. Могут испугаться и натворить чего-нибудь.

Мы с Мирой переглянулись, прекрасно помня, кого Ленка называет малютками и как они могут сражаться с оперативниками тайной канцелярии. Если такие испугаются и начнут вытворять, то могут пострадать люди.

— Можешь за них не переживать. С территории поместья они точно не смогут выбраться, а на ней им никто не причинит вреда. Правда, и помогать не станут. Просто не знают, как. Их же нужно кормить там? — успокоила рыжую Скворцова.

— Фухххх, — облегчённо выдохнула Шуйская. — Не, кормить не нужно. Они у меня на самообеспечении. Воду и питательные вещества добудут из почвы, а как магическая энергия закончится — залягут в спячку, и хрен их отличат от обычных растений. У нас таких заготовок по всему континенту столько насажено, что уже давно никто не знает, где и что есть.

Получается, что Шуйские вот таким образом могут подготовить для себя целую зелёную армию в любом месте. И никто ничего даже не поймёт, когда растительная армия бросится в бой. Никогда бы не подумал, что друиды могут быть настолько опасными противниками. И Ленка вот так спокойно нам об этом рассказывает. Об этом подумал не я один.

— Тебе ремня не всыпят, если узнают, что ты рассказываешь семейные тайны? — спросила Мира, а Гришка согласно закивал. Просто он только что засунул конфету в рот и пока не мог разговаривать.

— Не всыпят. Вы же никому не расскажете. Да и отец относится к вам как к родственникам. Так что информация осталась в семье. Да и не такая уж это и страшная тайна. В империи почти три десятка друидских родов. И каждый занимается посадкой подконтрольных только им растений. У нас даже некоторые города на сектора поделены.