Выбор

– Меня ждут, мистер Вайнант. Понимаете? У меня есть жена, ребенок, дом. И это - единственное, что по-настоящему важно. Вы понимаете?

Он не успел ответить. Возможно, он собирался меня убеждать, соблазнять перспективой, может, даже, угрожать...

– Я тебя понимаю, сынок.

На мое плечо легла сильная ладонь Калеба, он встал рядом со мной, усмехнулся, посмотрев на удивленного этим вмешательством брата.

– Я тебе говорил, Джонни-бой, он откажется, - старший Вайнант слегка толкнул меня кулаком в плечо, подмигнул, - если бы ты согласился, не уверен, что сохранил бы мое уважение.

Я вышел из здания клуба один, они остались внутри. Глубоко вдохнул прохладный ночной воздух, посмотрел на высыпавшие яркие звёзды. Пора домой, там ждёт Роберта, там наша малютка Эвелин... Так хочу обнять их, поцеловать дочь в прохладный лобик, а она распахнёт свои ярко-голубые глаза и улыбнется... Совсем как Берта... Домой.

– Отказался?

Гил в своей излюбленной манере неслышно возник за спиной, я обернулся. На его лице улыбка, большим пальцем он показал назад, на молчаливое здание.

– Папаша Калеб был в этом уверен, и заранее предупредил брата, но тот все равно решил попытаться. Знай, Клайд, если бы ты согласился...

Я рассмеялся и закончил за него.

– То не сохранил бы твоё уважение. Вы что, сговорились? Кстати...

– Что?

– Почему? Что такого, по-твоему, неуважаемого, в работе на Джона Вайнанта? Я отказался потому, что...

– Я знаю, почему, не объясняй. Просто... Клайд, ты... Калеб тоже кое о чем догадался, имей в виду. Нет, он не будет ничего выяснять, не будет ни о чем спрашивать. Просто я и он поняли - после всего, что было, что мы все прошли - соблазнять тебя службой, работой на кого-то - не стоит.

– Но я, вообще-то, работаю на тебя...

– Это другое! Мы - семья. Мы с тобой братья, в конце концов. И у тебя жена с ребенком. Не сравнивай это со службой цепного пса, пусть даже ошейник будет золотой и поводок будет держать лично президент США. Понял?

Да, Гил, я понял. В той картине, что увидел, ты - отказался. А я - согласился. Никогда не расскажу никому об этом будущем, ни ему, ни Роберте. Мы оба тихо рассмеялись, подходя к автомобилю.

– Отвезу тебя домой и отдыхать, - Гил поморщился и положил ладонь справа на грудь, осторожно вдохнул, - Нет, я сказал - сам поведу, садись.

– Ещё болит?

– Немного. Так что, братец, с политикой, видимо, покончено, и пора за работу, отец на тебя рассчитывает.

Автомобиль сорвался с места.

** Настоящий Джон Гилберт Вайнант так и не стал президентом. Последние годы жизни страдал от алкоголизма, депрессии. Покончил с собой 3 октября 1947 года. В реальности "Выбора" определенную роль во всем этом мог сыграть и отказ Белова.

Фабрика... Я ничего не смыслил в управлении, но понадобился дяде вовсе не для этого. И без меня было, кому заниматься там реальными делами. Всем должно быть ясно - 'Грифитс и Ко' стоит незыблемо, семья крепка, все поддерживают друг друга. А потому - Гилберта заменит племянник, конечно, на необходимое для выздоровления сына время, не более. На время... Успело пройти совсем немного времени, Гилберт уже пришел в себя.

Этот звонок прозвенел под утро, быстро вскочил, покосившись на Роберту и дверь комнаты Эвелин, так громко... Она заворочалась и с трудом открыла припухшие глаза, заснули только недавно - дочь температурит и сильно кашляет.

– Клайд, кто это?

Сам хочу узнать, звонки под утро не бывают просто так.

– Слушаю.

– Приезжай, немедленно.

Гилберт. И его голос безжизненен. Уже подъезжая к дому, увидел автомобиль доктора Реннера, их семейного врача. И все понял. Внизу Белла, Майра и Гилберт. Бледные, глаза сестер заплаканы. Доктор что-то тихо им говорит, сочувственно качая головой. Не вижу миссис Грифитс, она видимо, наверху... С ним.

Белла схватила меня за руку и порывисто прижалась мокрой щекой к плечу, чувствую, как она дрожит. Протягиваю руку Майре, она обняла сестру, так и стоим. Слова не произносятся, зачем? Что тут можно сказать? В углу гостиной на диване сидит миссис Трюсдейл, в ее руках платок, которым она промокает глаза, маленькая, осиротевшая... Этот дом осиротел. Сэмюэла Грифитса больше нет.

Наступил момент, когда казалось, все снова рухнет. Я ничего не мог сказать, предложить, сделать. Чувствовал вину за случившееся, какое право я имел что-то говорить? На похоронах мы с Робертой стояли рядом с семьёй, но... Все равно отдельно. И ничего не могло помочь преодолеть эту незримую черту. Наша вина. Сколько бы Гилберт нас ни убеждал, что бы ни говорил... Перед глазами - гостиная дома, дядя полулежит на подушках, бледный, рука мнет грудь... Какие-то капли на столике... Снаружи толпа, пришедшая за мной и Робертой. Если бы не мы, ничего бы не случилось, с этого дня часы начали тикать...

Все снова повисло на волоске, но Гилберт во всей красе проявил свой железный характер, встав во главе компании. Мы с ним тогда практически поселились на фабрике, я занял при нем место, которое он сам занимал при дяде. Какая уж тут эргономика, мы тогда и думать забыли об усовершенствованиях, выжить бы в обычном режиме. Мы справились, и с нами плечом к плечу сражалась Ольга, сменившая ушедшего на покой Лигета. Ольга Трамбал... Такое впечатление, что ликургское общество было уже подготовлено к ее браку с Трейси всеми предшествующими событиями. Ольга Мещерская? Невеста Трейси Трамбала? Подруга Роберты Грифитс? Аа, ну, от этой компании всего можно ожидать... А на свадьбу пойдем, это будет очень любопытно, вас тоже пригласили?

Их роман совершенно неожиданно начался в тот самый день, когда ирландцы осадили дом Грифитсов. Языческий хоровод на лужайке, где я на глазах у всех убил Тимми Мак-Эванса, их соединённые руки. Роберта когда-то спросила Джил - вот так просто, вечер, поездка в автомобиле... И любовь? Чувство Ольги и Трейси родилось так же мгновенно и просто. Хотя, конечно, обстоятельства были куда драматичнее... Осада, опасность, ледяной голос Ольги, пистолет в ее руке. Выстрел из окна. Трейси отчаянно боялся, но остался тогда с нами внизу, зная, что погибнет, если толпа ворвётся. Добрый, мягкий, рассудительный сын адвоката, решивший умереть. Полюбивший девушку, готовую убивать.

– Я люблю его, Клайд. Сегодня он сделал мне предложение.

Она приподняла руку и задумчиво посмотрела на мерцающее кольцо. Я улыбнулся, кивнув на него.

– Судя по колечку, ты согласилась.

Ольга кивнула, четко очерченные губы тронула улыбка.

– Он был такой... Не знал, куда деть руки... Боялся. А мне стало так хорошо, Клайд... Почему ты смеёшься?

– Как вы уживетесь с Джил?
– мне отчего-то стало весело, как представил новоявленных сестричек вместе.

Ольга тоже усмехнулась и беззаботно махнула рукой.

– Джил и Гертруда уже знают, осталось сообщить мистеру Трамбалу.

– И как они приняли эту новость?

– Без всякого удивления, они все давно уже поняли, Трейси ведь совершенно не умеет скрывать свои чувства. А ещё адвокат...

Они вполне сошлись характерами, холодноватая чуть высокомерная Ольга и порывистая, решительная, не признающая компромиссов Джил. И между ними - моя Роберта, с которой все и началось. Она непостижимым образом объединила всех нас. Тех, кого в Ликурге иногда называют ''чайным клубом''. Всех. Кроме одного. Сирил, Сирил...