Вьюнок для Евы

С противоположной от клеток стороны на полу лежала моя сумка — видимо, малыш-Чудик забрался в неё ещё в кабинете в управлении, а когда здесь выбирался, случайно уронил со стола.

Больше ничего полезного я не нашла. На всякий случай ощупала арку портала — стандартная, только маленького размера, и стоит внутри каменного круга с рунами по периметру. Похоже, эти руны гасят магическую волну при активации портала, и не дают его засечь стражам. Я попыталась стереть руны — бесполезно, выцарапаны прямо на камнях. Оглянулась на стол.

— Малыш! Всё, что бьётся, разливается и может быть опасным, тащи сюда и кидай в этот круг!

Не думаю, что Родрика остановит, если он наступит на одну из своих пробирок, но, может, хотя бы на пару секунд задержит.

Я встала в нишу у стены. Сейчас всё вокруг выглядело точно так, как во сне. Я села на пол, как на тренировке, закрыла глаза и попыталась почувствовать растения.

Сначала отклика не было. Я продолжала мысленно тянуться наружу, туда, где должен быть заросший сад, и чувствовала, как по щекам текут слёзы. Я должна справиться! Должна!

И корни откликнулись. Были сорняки, много — их я ощущала совсем слабо, как какой-то шум. И, к своему удивлению, внезапно поняла, что среди них есть куст розы, и вот его, если сосредоточиться, я могла ощутить чётко. Было что-то знакомое в его энергии, словно мы с ним уже встречались, будто в нём была капля и моей магии. Словно очень издалека куст розы пожаловался, что между мной и ним большая преграда, не пробить. Ясно. Толстые стены и, похоже, какой-то магический экран, чтобы то, что происходит в подвале, никаким образом не фонило на улицу. От отчаяния я стукнула по стене и зашипела от боли. Самой мне не выбраться.

Мелард, ты должен, просто обязан меня найти!

На последнем слове я словно споткнулась. Найти. И я могу помочь, чтобы он нашёл быстрее. Нужен знак! Я говорила, что мне снились розы. И если вдруг у какого-то дома розы внезапно вырастут выше крыши, это точно заметят. Не слишком надёжная примета, но делаю, что могу.

Я сосредоточилась и, как делала с инспектором на первой тренировке, заставила энергию внутри корней течь к стеблям и листьям, уговаривая их расти быстрее.

Куст расти не хотел. Жаловался, что сорняки его душат, и что сейчас не видно солнца, и дождя давно не было. И всё же, понемногу, по чуть-чуть, он рос. Слишком медленно, время утекало, Родрик мог вернуться в любую минуту.

***

Сначала я решила, что от напряжения перед глазами заплясали искры, звёздочки и белые круги. И только когда арка портала явно засветилась по краю, поняла, что моё время закончилось.

Родрик появился через несколько ударов сердца, и он был взбешён. Волосы растрёпаны, лицо красное от гнева, глаза сверкают. Я слабо ему улыбнулась, помахала рукой и с кривой ухмылкой сползла по стеночке.

Всё. Что могла, я сделала. Пришла пора расплачиваться за попытку сбежать.

— Ты! Ради какой драной горгульи ты превратила мой двор в цветник?! — рявкнул Родрик и сделал шаг, не глядя под ноги.

Что-то хрустнуло. Родрик посмотрел вниз и резко побледнел.

— Что?..

Малыш, шурша листочками, запрыгнул Родрику на штанину. Честное слово, если бы зелёный чудик мог кричать, то огласил бы подвал боевым кличем.

Родрик не ожидал нападения в собственном логове. И вообще не понял, кто его царапает, оплетает ноги и пытается уронить. Он нелепо брыкался, размахивал руками, а потом додумался пальнуть огненным заклинанием.

Полыхнули и штанина, и Малыш.

Я с ужасом смотрела, как маленький зелёный защитник, объятый огнём, всё же отпустил ногу Родрика и полетел в сторону. Он в последний раз выпустил побеги, зацепился за каменный бортик арки, словно она могла ему как-то помочь. Листья и веточки чадили и обугливались, скукоживались.

— Ах ты… — Родрик развернулся, уставился на меня, направил на собственную штанину воздушное заклинание и сделал шаг.

Снова хрустнуло.

Подхваченные «сквозняком», от ткани полетели искорки и упали на пол.

Вспышка была очень яркой. Грохотало так, будто рухнули стены. Закричала дриада, что-то упало.

Когда я проморгалась, Родрик лежал на полу между мной и аркой, зло шипел и баюкал ногу.

— Дура… Зачем арку было взрывать?! Ты хоть понимаешь, что только что убила нас всех?! Отсюда нет выхода. И нас никогда не найдут. Мы медленно умрём от голода! Но я буду последним. А ты, отрыжка лысой баньши, умрёшь первой…

И он, встав на колени, пополз ко мне, стараясь не задевать обожжённую ногу. В меня полетело воздушное заклинание и прижало к стене, не давая возможности убежать.

Вот теперь стало по-настоящему страшно. От ненормального злобного взгляда, которым меня прожигал Родрик, от его дикой ухмылки, от вида рухнувшей арки портала, от крика дриады, от вони и гари, от пепла, что теперь летал вокруг. И от ощущения собственного бессилия.

Я дергалась и извивалась в попытке уйти от заклинания, но оно держало крепко. Родрик уже был совсем близко. Я снова дёрнулась — и почувствовала, что в кармане что-то есть. Точно! Кое-как извернувшись, я запустила руку в карман и нащупала пробирку.

Родрик остановился, чтобы достать из прицепленных к поясу ножен желтоватый кинжал с зазубренным краем, неловко оперся на раненую ногу и зашипел от боли. На долю секунды он потерял концентрацию, давление ветра уменьшилось, и я выдернула пробку и бросила пробирку в Родрика.

После взрыва арки я ожидала какого угодно эффекта, но не того, что Родрик, закатив глаза, тихо упадёт на бок и замрёт. Ветер стих.

— Он умер? — спросил дриад с надеждой в голосе.

Дриада перестала кричать, и в повисшей тишине раздался сочный переливистый храп. Кажется, я кинула в Родрика пробиркой с тем зельем, которым он меня усыпил в карете.

Меня трясло. Я хотела уйти к дриадам, подальше от чокнутого мага, но сил хватило только на то, чтобы, опираясь на стену, встать. Шаг — ноги подогнулись, и я упала, больно стукнувшись локтем. Больше не сдерживаясь, зарыдала в голос. Всё напрасно, нас никогда не найдут, а Родрик, когда проснётся, просто убьёт нас всех!

— Сестра, не плачь, мы выберемся! — пытался утешить меня дриад.

От его слов я почему-то расплакалась ещё сильнее. И понимала, что не время и не место, но остановиться не могла. Ничего. Сейчас пореву, успокоюсь и поищу, чем связать этого гада. Может, в свитках найдётся инструкция, как лишить его магии? Ну или вдруг отыщу какой-нибудь яд на столе? В крайнем случае — залью в пасть этому… гаду всё, что найду, пусть от несварения скопытится!

Истерика пошла на спад. От слабости казалось, что пол шатается. Я обняла себя, посмотрела на пустую пробирку и брызги на лице Родрика и вспомнила, что со стола взяла не только эту пробирку.

Корешок по-прежнему был в кармане. Горький, терпкий, но очень полезный, особенно для магов. Кривясь от противного вкуса, я заставила себя жевать его. Хотелось плеваться. Кажется, я понимаю, почему этот корень считается бодрящим — от этой горечи я скоро на стену полезу! В голове прояснилось, но пол всё ещё шатался.