Я вернусь

– Хорошо, - кивнул я ещё раз и пошёл разбираться с нашим интендантом, оставляя девушку один на один с древним детищем протеан. А уже вечером она взахлёб рассказывала мне историю войны протеан с Жнецами, не забывая, впрочем, со скоростью "поросячьего визга" набивать простыни текста. А я сидел и умилялся, так это всё соответствовало моим планам. Правда, некоторое чувство тревоги меня, всё же, гложило. Слишком всё тихо и всё гладко идёт, не к добру.

Три дня, столько потребовалось Лиаре, чтобы освоить основной пакет информации, и подготовить определённые выводы. И самое интересное, она смогла дознаться, куда делись все те миллиарды населения с планеты, оставив нетронутой развитую инфраструктуру.

– Это был эксперимент, самый масштабный эксперимент протеан, система портальных врат по той же технологии что и ретрансляторная сеть, они готовились совершить портальный прыжок через экспериментальные врата с поверхности Ила на Цитадель. Спрогнозировать сто процентный успех и предусмотреть все последствия этого эксперимента они не могли, были даже предположения о возможности локального схлопывания пространства, в случае неудачи, и образования короткоживущей "чёрной дыры", что было бы фатально как для самой планеты, так и для её населения. Вынести врата в космос они не могли, для них нужен источник питания планетарного типа, поэтому перед началом эксперимента, в течение полугода, всё население было эвакуировано. На момент эксперимента, все источники энергетических помех, кроме стазис-поля, были отключены. Им не хватило совсем чуть-чуть времени, как началось нашествие Жнецов.

В наступившей тишине я посмотрел на замолчавшую азари.

– Значит вот почему их не нашли: режим полной изоляции. А стазис-поле далеко не фонит...

– Да, ближний космос, даже с соседней орбиты уже ничего не засечёшь, - подтвердила Лиара.

– А сколько находилось на планете учёных?

– Два десятка.

– Н-да, не густо, - я задумчиво покачал головой.

– Да уж, - девушка невесело хмыкнула.
– А там война, короткий приказ не высовываться, затем потеря связи и триста лет криосна, пока не затихли последние шевеления в галактике. Только вот проснувшись, никакого повода для радости уже не оставалось, цивилизация протеан была уничтожена раз и навсегда, и те два десятка ничего тут изменить уже не могли. Они могли только одно, хоть как-то помочь тем, кто придёт после них. Они закончили эксперимент, смогли переместиться на Цитадель и перепрограммировать Хранителей. Эти квазиживые механизмы, обслуживающие станцию, именно они по команде извне, активировали суперретранслятор которым оказалась сама Цитадель, и открыли путь тысячам Жнецов.

– А что с самими учёными произошло?
– после недолгого молчания спросил я.

– А что с ними за сорок тысяч лет могло произойти: обратились в пыль веков, имеющуюся технологию криосна больше нескольких столетий организм не выдержит. ИИ вскользь упомянул, что разработки стазис-капсулы с теоретически бесконечным сроком сохранения живого организма велись и вроде бы небезуспешно, но не на Иле.

– Это интересно, - я озвучил свою мысль: - Может повезёт, где-то и живого протеанина найти.

– Да, - мечтательно протянула девушка.
– Было бы неплохо. Пожалуй, пойду, прямо сейчас ИИ растрясу на подробности.

– Давай, - я привстал, разминая затёкшую спину.
– А я пойду, пожалуй.

Азари усвистала на лифте вниз, а я, кивнув двум турианцам из охраны, вышел на улицу. Ещё четверо турианцев располагались снаружи, хотя от кого тут охранять, посторонних тут нет, а сквозь орбитальную группировку пролезет разве что муха. Челнок должен был прибыть через полчаса, забирая меня на флагман для отправки ежедневного отчёта.

Так что было время прогуляться и неторопливо всё обдумать. Попинав толстую, с руку толщиной, лиану, я прогулочным шагом направился вдоль улицы. Вот и вылез пресловутый "Канал", малый ретранслятор с Ила на Цитадель. Взорвать его от греха? А зачем? Диверсионную бригаду забросить Сарену уже не получится, там дивизия полнокровная сидит, группу любой численности быстро локализуют и уничтожат. В связи с этим ценность Ила в глазах, или в чём там у него, Жнеца, должна была упасть до нуля, а значить ждать его здесь не стоит. Что ещё приходит на ум, разве что кинжальный прорыв сквозь турианскую группировку к Цитадели, но без поддержки изнутри она успеет закрыться. А если жнец в непосредственной близости от неё сможет активировать какой-нибудь аварийный протокол открытия? Вопрос, но логичный, вдруг там штекер какой снаружи, подсоединился к нему физически и вскрыл. А значит, главное не дать злым турикам дорваться до тела, какое-то время, раскрыть и влезть в Цитадель. Другие варианты пока в голову не идут.

Тут на грани восприятия мелькнул какой-то силуэт. Чуть не запнувшись, я остановился, сосредоточенно оглядываясь. Показалось или нет? Что-то царапнуло взгляд, вот только что? Достав пистолет, вдоль здания я побежал обратно, если это действительно кто-то чужой, то его цель угадать не трудно.

Добежав, я выскочил на площадь перед зданием и тут же перекатом ушёл назад, уходя с открытого места. Трупы и кровь на месте четырёх турианских солдат. Уничтожены практически мгновенно, никто даже выстрела не успел сделать, иначе я бы услышал. Чёрт, чёрт, чёрт. А турики-то не голые были, в броне, как положено. Чем их вообще, столько крови огнестрел не оставляет. Ножом что ли? А где такие ножи дают, что режут броню как бумагу?

А там Лиара, достать её, когда она на этой мыслесвязи, проще простого. Вот же гадство.

Аккуратно выглянул из-за угла. Тишина, как в морге и антураж соответствующий. Раз, два: броском преодолеваю пустое пространство, прижимаясь к стене у входа. Изнутри ни звука, похоже, тех двоих внутри тоже можно списать со счетов. Турики передо мной во всей красе, и оптимизма не добавляют ни на йоту. У ближайшего сквозная дыра в грудине, кулак свободно пролезет, у другого, чуть дальше, напрочь снесена голова с рукой, одним ударом... Мне поплохело, это какой силы удар, и чем?

А лезть придётся, там Лиара, а без неё, план может пойти по женским половым органам.

На цыпочках, не дыша, подползаю к проёму, тихонько заглядываю и почти утыкаюсь в раскроенный шлем солдата внутри. И тут морг, и кровища, словно на скотобойне.

Собрав всю волю в кулак, по стеночке, тенью отца Гамлета, скольжу к проёму во второе помещение, где лифт и Лиарино барахло с лэптопом. Есть шанс, что чужак заинтересуется им, и возможно получится подловить его на этом.

Плавно, не дыша, я сместился, поведя стволом перед собой, но так и замер в проёме, а в груди словно ухнула резко возникшая пустота. Да, чужак был здесь, склонившийся над компьютером Лиары, но заставить себя выстрелить я уже не мог. Потому что эти короткие рыжие волосы, я бы не смог не узнать.

– Здравствуй, Джон, - в голосе, которым она поприветствовала меня, слышалась теплота.

– Сара...
– устало и опустошённо, не веря в происходящее, произнёс я. Пистолет опустился в моей руке, я встал с колена, но не смог заставить себя зайти, переступить порог, застыв на месте.

Она, развернувшись, чуть улыбнулась мне. В лёгкой броне Альянса, только шлем лежал тут же на столе.

– Значит это ты, - тихо произнёс я не то вопрос, не то утверждение, глупое, в данной-то ситуации, но сосущая пустота внутри...

– Я, Джон, - просто ответила она, и улыбка её стала чуть грустной.

– Зачем?
– с болезненным мазохизмом, продолжил я задавать глупые вопросы.

– Так надо, - а во взгляде её появилось странное выражение, словно бы жалость.

– Тебе?

– Нет, "Церберу", - она ответила, а мне почти физически стало больно.

– Ты с ними?

– Да.

– Почему?

– Ты хочешь знать?
– она пытливо спрашивает, ловя мой взгляд.

Я киваю: