Я. Ты. Мы. Они

— Да, заминка вышла, в последний день кишечку подхватила, пришлось в больничке поваляться, буэээ, — кривляюсь я, изображая приступ рвоты.

Анюта смеется. — Зайди к нам как-нибудь, там родители презенты передали.

— Обязательно…

Дальше между нами наступает неловкое молчание. Обязательная часть диалога была выполнена, а о чем разговаривать дальше, было непонятно. У окна слышится смех, и я вновь смотрю в сторону парня.

— Это Чернов, — с ухмылкой поясняет Анюта. Можно подумать, что мне это интересно, хотя…

— Кто?

— Саша Чернов, он в 11 А. Они с семьей переехали в наш район летом, тебя как раз уже не было. Между прочим, местная звезда, футболист, правда, говорят, что бывший. Но наших это не останавливает, вся школа по нему страдает. С моего класса у девок прям крышу рвет.

— А он?

— А он… — тянет Анюта. — А он вроде как с Сомовой твоей.

— Она не моя, — морщусь я.

— И слава Богу, скажу я тебе. Давно пора.

Мы еще какое-то перемываем косточки Карине и разбегаемся по кабинетам.

После окончания последнего урока медленно выхожу из школы, и в качестве доказательства Анютиных слов, на выходе из школьных ворот вижу обнимающихся Чернова и Сомову.

— Бууууэээ, — из вредности изображаю я рвотные позывы. Благо стою в отдалении от них, и никто этого не должен заметить.

— Еще какое буууэээ, — кто-то вторит у меня за спиной. Да что это за манера у людей подкрадываться ко мне! Поворачиваю голову, там стоит Алена и тоже смотрит на обнимающуюся парочку. Вот у кого действительно такой вид, как будто ее стошнит. Потом она подрывается и быстрым шагом вылетает с территории школы, хорошенько толкнув Сашу плечом у самых ворот.

Смотрю ей вслед и обреченно бреду в сторону ворот, где стоит та самая парочка. Стараюсь не смотреть, но любопытство все равно берет вверх. И к моему стыду, глаза сразу же натыкается на прямой Сашкин взгляд, и, конечно, я спотыкаюсь, привлекая внимание Сомовой. Идиотски лыблюсь. Я всегда тяну улыбку, когда мне неловко. Может поэтому у меня такой большой рот?

— Чего тебе, Быстрицкая? — шипит Каринка. И опять мне нечего сказать.

Свою новую соседку по парте я еле догоняю уже на подходах к дому.

— Ален, подожди, — зачем-то зову я. И она останавливается. Смотрит на меня с непониманием, но хоть без той неприязни, которую открыто демонстрировала утром.

— Я спасибо сказать хотела. Ну, что ты Сомову сегодня осадила. Я бы и сама справилась, у нас с Каринкой долгая история отношений, но все равно спасибо.

— А я не ради тебя старалась…

— Да это понятно, просто приятно осознавать, что не одна я не вхожу в клуб фанатов Карины Сомовой.

Алена какое-то время обдумывает мои слова. Впрочем, я не даю ей много времени и вновь протягиваю руку:

— Саша. Быстрицкая.

Та наконец-то хмыкает и протягивает свою в ответ:

— А ты настырная, Быстрицкая. Алена. Чернова.

Очень хочется спросить о ее родственных связях с Сашей, но я себя сдерживаю.

Домой мы идем вместе.

Глава 13

На крики Кирилла и девочек в коридоре появляются Рома и Дамир. А вот Стаса не видно. С моего положения в кухне мне не ясно, что происходит там. Замечаю лишь Ромку, привалившегося к стене и прячущего руки в карманы. Какое-то время до меня доносятся радостные голоса, Кристина с Викой наперебой что-то рассказывают отцу, Кирилл тоже вставляет что-то свое, пока наконец-то не звучит Сашкин вопрос:

— Мама где?

— На кухне, — быстро поясняют ему. И судя по тому, что в дверном проеме появляется счастливая мордаха Кристинки, она готова тащить отца ко мне. Но чья-то рука перехватывает ее и голосом Дамира командует:

— А ну, быстро по комнатам.

Пусть мне только кто-нибудь скажет, что дети ничего не понимают!

И вот, вместо Кристины в дверях появляется Сашка. Я тут же отворачиваюсь, стараясь на него не смотреть, и нервно начинаю поправлять салфетки и тарелки на кухонном столе. А сама внутренне настраиваюсь на стойкость, держаться до конца! Не поддаваться ни на какие уговоры или мольбы! Но вместо извинений слышу недовольный рык:

— Ты совсем сдурела, сюда детей тащить?!

— Я что…?! — непонимающе уточняю я, от возмущения поворачиваясь к нему лицом, забывая о своем настрое держаться до конца.

— Саня, какого хера вы из дома ушли?

— А вот такого, видимо! — рычу я ответ и сама офигиваю. Так кто из нас тут накосячил? Чего я-то защищаюсь?

Сашка смотрит зло и раздраженно. Вот теперь его ярость точно на меня направлена. Обалдеть можно!

— Опять ты сама все за всех решила!

— Я? Можно подумать, это я тебе изменила.

— Я сейчас не про это.

— Не про это?! Зато я именно про это. Как ты вообще смеешь спустя две недели приезжать и еще меня в чем-то обвинять?!

— Потому что вас еще найти надо! Скажи спасибо своей Кудяковой, она до последнего утверждала, что вы отдыхать улетели. Я бы вас еще недели три прождал. Тебе же просто так не позвонишь. Благо, мать твоя подсказала!

Ну, мама, ну удружила! А Ленка вот молодец. Я ж ей ничего не сказала, лишь написала, что уезжаем временно, а она вон, надежно тылы прикрывает.

— Приезжаю домой — вас нет, — продолжает он свою отповедь. — В школу сунулся, а там оказывается, Александра Сергеевна уже документы забрала. Звоню вам, а вы все недоступны. Да, черт возьми, я сделал тебе больно, но вы все еще моя семья! И если ты забыла, то и дети тоже мои! Почему я должен находить вас в другом городе?!

Про школу и звонки я бы поспорила, он же не знает, при каких обстоятельствах я документы забирала. А вот последний довод оказывается неожиданно весомым, и тяжелым грузом начинает давить на совесть. Но обида все-таки перевешивает.

— А что я должна была делать?! Сидеть и ждать тебя?! Спасибо, дождалась уже, — перехожу я на крик.

— Не ори, — вдруг холодно отрезает Сашка. — Дети слышат.

И если честно, холод его бьет куда сильнее, чем все сказанные до этого обвинения.

______

Так, совершенно неожиданно для нас всех, завязалась моя дружба с Аленкой. Она умела быть вспыльчивой и беспардонной, но в отличие от Сомовой, всегда честной и прямолинейной. Да, скажем, сочетание так себе. Но к чести Алены, она знала себе цену, и ей никогда не надо было самоутверждаться за чей-либо счет.