За полвека
Шрифт:
Что мне за дело — мы правы, не правы ли?
Мне б только рёбра успеть застегнуть.
Март 1973 г.
49.
Из варяг в греки — звоните:
Пути нет.
Но и телефонные нити
В паутине.
Как ладьям, где у реки — ни волока?
Пути нет,
Только провода, сволочи, -
По плотине.
В тряпки парус выкинул,
Сломал весло.
Неуютно викингу:
"Херсонес, алло!"
"Не туда попал ты!" —
Кричит век.
Мокрые
Вместо рек…
"Наберите снова!"
…Где там челнам —
Не пройти и слову
От вас к нам…
Облака навалены
На провода.
"Не туда попали вы!"
— Не т о г д а…
1971 г.
50.
ОПРИЧНИНА
(Цикл из шести обрывков истории,
которая, как известно, повторяется…)
Павлу Антокольскому
"И нет ничего нового под солнцем…"
Экклезиаст
1.
ОПРИЧНИКИ ЕДУТ
За Москва-рекою зарева
Вдалеке.
Скачут люди государевы
Налегке, налегке,
Только филин где-то ухает,
Конь храпит, конь храпит,
Только глина тяжко плюхает
От копыт, от копыт.
Пляшут тени в свете месяца
На Руси,
А за заборами-то крестятся:
"Пронеси, пронеси!"
Ох и страшен вид их праздничный
В час ночной!
Ну, авось на этот раз ещё
Не за мной, не за мной!
(Память — пятна факельные вдоль Москва-реки,
Мотоциклы фарами прощупывают потолки…)
На запор ворота добрые
От греха —
Ну а вдруг, как пустят огнивом
Петуха, петуха?!
Их начальник смотрит радостно
На разбой, на пожар.
А ведь он, опричник Вяземский,
Из бояр!
Верно, всё именье начисто
Прогулял, прокутил,
Что в опричное палачество
Поступил!
Над попоною богатою
У седла —
Пёсья голова косматая
И метла, и метла:
Чтоб измену чуял скверную
Аки пёс,
Чтоб царю Ивану верную
Службу нёс.
Память — копоть факельная да звериный страх:
Мотоциклы фарами шарят в мозгах
Справедливо ли, облыжно ли —
Всех мети, грех — не грех!
А какой злодей из книжников —
Паче всех, паче всех!
Хоть боярин, не боярин ты —
Виноват?
Виноват!Православный ли, татарин ты —
Всем подряд, всем подряд
И хоромы будут дадены,
И земля, и земля:
Два столба, что с перекладиной,
Да петля.
Память — пепел факельный, да вороний грай.
Мотоциклы — фарами: "вот вам — дорога в рай…"
2.
АНДРЕЙ КУРБСКИЙ У ЕГУМЕНА КОРНИЛИЯ
…К ночи прибыл в Печоры Курбский.
Вот и город последний русский.
И князю сказал егумен:
"Мудр ты, княже, да неразумен:
Хоть и грозен Иван Васильич,
Только он ведь не вся Россия!
У России широки плечи,
А Иван, он как мы — не вечен.
Ведь помрёт — быть великой смуте:
Не управиться псу-Малюте.
Рубят лес, да топор-то ржавый!
Разве страхом сдержать державу?
Там тебе, князь, велел постель я…"
И отправился Курбский в келью,
И задумался Курбский крепко:
"Лес-то рубят, да я — не щепка:
Под топором закрыть глаза мне —
Не гоже!
Хоть княжья шапка дорога мне,
Башка — дороже…"
3.
СУДЬБА КОРНИЛИЯ
— Эй, бояре — не бояре, все мутители,
А на плаху на Пожаре
Не хотите ли?
На торжище псковском готова
Корнилию матушка-плаха.
У палача молодого
Кровью горит рубаха.
А в судьях — Малюта Скуратов,
Да Федька бесстыжий Басманов —
Продаст он хоть свата, хоть брата
Он — шут в терему у Ивана
………………………………………………………….
Железом изрезаны ноги.
Хоть поп ты, хоть нехристь, хоть выкрест —
Иди! Ведь на этой дороге
Смешались Христос и Антихрист!
4.
У СТЕН ПЕЧОРСКИХ
Вечером Баторий
злой —
Утром под Печорами
бой.
Вечер — вздох густой
травы,
Вечер — строй литой
Литвы.
Вечером мечи
блестят:
Что там чей-то щит —
пустяк!
Вечером — седлай
коней!
Утром и коням
конец…
Вечером — копыт
поток,
Утром — ни стремян,