Зов

— Я некромант, никакие духи или энергетические вампиры не могут вселиться в меня, как бы они того не хотели.

— Но это не значит, что ты неуязвим. Я тут чуть с ума не сошла! Кроме того, из-за меня ты снова нарушил правило везде брать с собой ученика.

— И кто меня накажет? Я? Ну, если ты этого хочешь, то… плохой Ларгус! Непослушный! Нарушил правило! Теперь неделю мороженого не получишь!

— Довольно! — засмеялась я и шутливо щелкнула его пальцем по носу. Как этому человеку удается совмещать в себе такие несовместимые качества? — Когда ты уже перестанешь оставлять Тейна биться головой об стенку?

— Как только ты перестанешь влипать в неприятности.

— Бедный Тейн!

Видимо я разговаривала слишком громко, потому что спустя минуту заметила рядом Карила — судя по выражению лица, очевидно, разбуженного шумом.

— Слава Стихиям, Ларгус, вы пришли в себя, — вздохнул эльф, садясь рядом. — Как вы себя чувствуете?

— В общем неплохо.

— Это радует. Что ж, Алиса, теперь можешь идти спать, ты и так сильно устала.

— Не хочу, — ответила я, глядя на еще бледное лицо главы некромантов. — Я тут еще посижу.

— Не надо, Алиса, — улыбнувшись, прошептал Ларгус. — Тебе понадобятся силы, завтра снова нужно отправляться в путь. Иди поспи немного.

Интересно, неужели некроманты умеют контролировать сознание? А как еще можно объяснить то, что я так послушно встала и пошла спать?

Уже укрывшись одеялом, я мысленно начала давать себе подзатыльники за свое глупое поведение. Фамильярничала с главой некромантов, даже по носу его щелкнула!.. Кем я себя возомнила? Будь на его месте менее тактичный человек, и я бы уже получила длинную морально-этическую лекцию о правилах поведения в обществе. Да еще и подкрепленную запретом приближаться к культурным людям! Как в моем возрасте можно быть такой дурой?

Закусив губу, я с головой накрылась одеялом, зарылась носом в подушку и через несколько минут уже храпела.

…Правда, спалось мне почему-то неспокойно. Не то чтобы мучили кошмары, просто снилось нечто хаотичное, жуткое.

* * *

Тело Ларгуса было слишком истощено после борьбы с континтардой, так что в ближайшие дни лучшим для него было воздержаться от телепортации. Поэтому некромант принял наше с Карилом приглашение отправится в Фетесарин вместе.

Волшебники ехали рядом. Похоже, эти двое неплохо нашли общий язык, потому что постоянно о чем-то болтали. А я тем временем плелась чуть позади, присматриваясь к природе.

Хотя континтарды уже не было, но животные, похоже, никак не могли избавиться от ощущение ее присутствия. Впрочем, может, они так встревожились из-за прорехи? Я еще на раскопках заметила, что птицы какие-то настороженные — будто суслики, которые ожидают нападение хищника, и единственное спасение видят в своевременном побеге. Вот только спасет ли он от врага, цель которого — уничтожить все? Если прореху поскорее не сшить, спасения не будет ни для кого.

Я почувствовала легкий порыв ветра, который оказался удивительно холодным. Из кустов на горизонте сорвалась и улетела стая мелких птиц. Ветер немного усилился. Но вдруг я поняла, что дует он только на меня, потому Ларгус с Карилом даже не почувствовали того порыва! Он напоминал целенаправленную стрелу… которая должна нанести смертельный удар!

Сила ветра не изменилась, но загробный холод пронял до костей. Будто взбесившись, мой конь заржал и внезапно встал на дыбы. Я чудом удержалась в седле, но, похоже, что ненадолго! Не успела я понять, что происходит, когда лошадь забрыкалась, заржала, словно в агонии, снова встала на дыбы и начала падать на спину. Я выпала из седла и полетела к земле прямо на то место, куда падал конь. Но неожиданно какая-то сила оттянула меня в сторону, и за доли секунды я уже лежала в трех метрах от коня. Все это произошло так быстро, что в моей голове не осталось ничего, кроме хаоса и страха.

Не успела я и глазом моргнуть, как возле меня уже сидел Ларгус.

— Алиса, ты как? — спросил он.

— Вроде живая, — проговорила я, хватаясь за голову, которая сильно закружилась. — Что случилось? Все было спокойно, как вдруг лошадь будто взбесилась.

— Ты не почувствовала ничего необычного? — спросил маг.

— Какую-то жуткую энергетику. А еще легкий порыв очень холодного ветра.

— Ясно, — вздохнул некромант и помог мне встать. — На тебя, похоже, напал какой-то степной дух. Но магическая сила дает тебе определенную защиту, поэтому весь удар приняла лошадь.

— Кстати, о лошади, что теперь с ней будет?

Когда я обернулась, вопрос исчез: животное неподвижно лежало на земле, рот был полон кровавой пены, а покрасневшие глаза напоминали стекло.

Что ж, на фоне этого сломанный позвоночник, который угрожал мне минуту назад — перспектива вовсе, оказывается, неплохая!

— Минуточку, а как я оказалась здесь? — удивилась я, поняв что сама пролететь такое расстояние никак не могла.

— А у Ларгуса всегда была хорошая реакция, — заверил Карил и подошел к мертвой лошади, чтобы забрать с нее вещи.

— Ничего, — отмахнулся некромант. Почему-то его взгляд остановился на моей руке.

Взглянув на нее, я поняла, что на той не очень глубокая, но длинная рана. Видимо, рассекла ее, когда падала.

И только сейчас я обратила внимание на то, что она у меня очень сильно болит. Я сразу достала из кармана платок и вытерла кровь, но особого облегчения мне это не принесло.

— Дай, — сказал Ларгус. Взяв мою руку, он приложил к ране ладонь и несколько секунд неподвижно простоял. Когда я снова посмотрела на рану, кровотечение прекратилось. Боль также прошел. Тогда Ларгус достал из своей сумки бинт и перевязал мою руку.

— Спасибо.

— Ничего особенного. Что ж, если ты осталась без коня, садись на моего, поедем вместе. Заодно и расспрошу тебя про ваш мир, — улыбнулся некромант.

Через несколько минут я сидела впереди него. Время от времени наша сугубо научная дискуссия о сходствах и различиях двух миров прерывалась загадочными явлениями, которые попадались по дороге… или просто веселым разговором.

Теперь я была совсем даже не против прибыть в Фетесарин несколькими днями позже!

ГЛАВА 6 Осколки будущего.

Когда мы подъехали к Фетесарину, я почувствовала себя героиней фильма ужасов: меня снова ждало студенчество! Возможно, такая антипатия к нему возникла потому, что я никак не могла назвать эти годы своей жизни лучшими. В самом деле, что хорошего в том, чтобы живя в одиночестве, зарабатывать на жизнь и обучение, бороться с ракрами, а вдобавок еще и успевать готовиться к парам? И так четыре года мучений, когда просыпаться с красными глазами после трех часов сна стало для меня привычным делом, а все ради корочки бакалавра.