Боевики

Вздохнув, Витольд и Тадеуш поднялись и, взяв за ручки опустевший ящик, поплелись в сторону мастерской. Им даже пистолетов или револьверов не хватило, но каждый из друзей припрятал уже по ножу за голенище сапога – на всякий случай, в глубине души мечтая о том, как заколет при случае зазевавшегося немецкого…

– Черт, что происходит с этим миром?!. – взявшись за голову и понурившись, сказал Джейсон. – После того, что произошло в Чикаго, все как будто вмиг перевернулось. Если честно, я, Анна и Кэтлин до сих пор не можем отойти от шока. Каждый день мы слышим по радио, что оживших мертвецов становится все больше,…

– Здорова, Пашка! – хриплым голосом и с улыбкой до ушей сказал толстяк, обдав хозяина перегаром. Затем он обнял Павла обратив внимание на ружье. А ты чего друзей с ружьем встречаеш? – Времена, Женя, нынче такие, из рук не выпускаю. – Что есть, то есть – хихикнул толстяк проходя в помещение. Остальные…

Целительный поток чакры разливается по телу, затягивая раны. Из глаз уходит туман и, кажется, его больше не качает из стороны в сторону. Конечно, такой малый заряд не залечит все раны, но это неплохое начало. – Чем я заслужил, великий господин? – ему плевать, он готов упасть в ноги и целовать крючковатые…

– Сказано тебе, стой и жди! – рявкнул Ванта, замахиваясь копьем. Вытянуть правую ногу вперед, подставить ладони вверх так, будто ловишь падающее дерево. Спружинить коленями, не бороться с весом, прочувствовать тяжесть, напрячь плечи – и тут же расслабить. Напрячь спину и толкнуть ногами, заворачивая…

Я пришел в себя практически сразу. На моих щеках до сих пор высыхали слезы. Бездыханное тело Хуча лежало рядом, но оно, словно выдохнувшее всю жизнь до последней капли, съежилось и закостенело. Я вздохнул, пригладил шерсть Волка Смерти на растрепанной голове и поцеловал его в лоб. Только отпрянув назад…

Войдя в дом и обнаружив, что ничего не изменилось, я бросила сумку и принялась звонить Мандей с телефона возле лестницы. Может, этим летом она была так занята присмотром за своими младшими братишкой и сестренкой, что не хватило времени написать мне… Какова бы ни была причина, я не хотела даже думать…

Мы толпимся в прихожей и оценивающе рассматриваем обстановку. Планировка первого этажа классическая, с изолированными комнатами. Все кажется каким-то казенным, неприветливым. Я отвлекаюсь, разглядывая изогнутые ножки обеденного стола. Стоящий на нем потускневший канделябр. Пожелтевшую обивку стульев.…

В очередной раз, как при прошлых встречах с материализующейся сейчас Тенью, я не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, частичную подвижность сохраняли только лицевые мышцы. – Зачем призвал меня, разумный? И я не чувствую эманаций «Алой сферы черного пламени», а значит, ты не внял предупреждению! На первый…

Ну да, с Каменского станется, сказывают же, что у него связей хоть отбавляй в самых верхах. Как-никак из сиятельных господ он сам и с нужными людьми всегда знается. Да и перед командующим армией генерал-фельдмаршалом Румянцевым хорошо умеет Михаил Федотович выслужиться. Еще и подать себя ретивым исполнителем…

Сказал он более тихим, но угрожающим голосом. – Я не понимаю, о чем вы. Едва ли вымолвила я, из себя выдохнув весь воздух. – Я прострелю тебе башку, если ты продолжишь играть в эти игры. – Я не играю, о Боже… я не понимаю о чем вы… Я все еще сжимала в руке папки и ремешок сумочки, настолько…

– Пожалуйста, не стреляйте! – взмолилась она в смертельном испуге и только потом, увидев, что он вооружен только ножом ойкнула. – Я только прячусь здесь, я не хочу ничего украсть! Не убивайте меня! – взмолилась она. – Прячешься? – настороженно спросил Марк. – От кого? Незнакомка всхлипнула. Она…

Во всей этой умопомрачительной канители, с привкусом радиоактивного разложения собственного носа, существует бесконечное множество историй, которые стоит рассказать. Все они несут преимущественно приключенческий характер, в них будет не мало «местного» реализма, который вовсе не должен соответствовать…

– И что делать дальше?– проговорил я, осматриваясь вокруг, дорога слева и с права поднималась на холмы. Повернув налево , стал подниматься по дороге на холм, поднявшись увидел голубую ленту реки, за ней виднелся лес, слева и справа степь и выцветшая трава, местами виднелись небольшие рощицы. Налюбовавшись…

– Почему, Боже мой, почему? Сведя челюсть, спросила я. Ненависть перестала быть ненавистью, мне было жаль ее, но злость и не справедливость к Алрою не давала забыть. – У Томаса мой брат. Он нашёл меня однажды через моего знакомого и предупредил, что убьёт единственного, родного мне человека. – И…

– То ли ты не знаешь, на что способна Ассэт – прищурился он – нет гарантии, что уже сейчас сюда не летит их вооруженный до зубов отряд. У них завязался спор по поводу того, что опаснее этой ночью – искать при закатных лучах убежище в пригороде, в нахождении которого успех вероятно мал, или же остаться…

Фланна пыталась стать актрисой, закончила краткий курс актёрского мастерства и мелькнула в двух-трёх эпизодах на заднем плане каких-то малоизвестных картин, поставленных начинающим режиссёром, бывшим её приятелем. Собственную до сих пор неудавшуюся кинематографическую карьеру она объясняла кознями двух…

Та, которую он должен был беречь, обещала, что придет в девять, сюда, в лобби. И вот уже почти десять, а ее все нет. – Еще один, – попросил Альваро девушку-бармена, явно из местных. Пока она смешивала еще один «дайкири», Альваро задумался о ее внешнем виде. Вроде бы не такой уж и респектабельный…

Но всё это пришло позднее, а вначале все говорили и писали лишь о консерватизме, традициях, особом пути. Эти взгляды нашли отражение в политике. Сначала робко, а затем и всё громче зазвучал на межсистемной арене хор голосов: «Все равны, но мы равнее!», «Одна нация, одна вера, один путь!», «Арес или Сарана…

*** Старый маг стоял возле высокого дубового стола. Седая борода, заплетенная в тугую косу, прилежно лежала на немаленьком брюхе. Вплетенные в косу серебряные обереги, и амулеты блестели в свете тысячи свечей озарявших кабинет магистра. Видавший времена и получше, выцветший до неопределенного оттенка,…