Прочие Детективы

Эдик сжал папку онемевшими пальцами и ссутулился. Но почему?! — Ба! Эдик! Опять сценарий принес? — Эдичка! Когда же мы увидим твое новое шоу? — Эдуард, да вы неисправимый романтик… Опять вы здесь, опять вы с нами. И наконец: — Эдик, что-то ты слишком часто ходишь по нашему коридору. Штирлицем…

– Значит, уезжаешь? – на той же низкой ноте произнес Мастер, обращаясь скорее к самому себе. – Переводят, Мастер, – сказал Михеев чуть ли не в оправдание. И без этого можно было обойтись, никто не тянул за язык. Но он стоял перед Мастером и разводил руками. – Ну-ну... – помолчав, выдавил Мастер…

– Прекрати, Карл, – повернулся к нему Мориц. – Ты хотя бы сейчас можешь быть трезвым? – Я всегда трезв, – заявил старший брат. – И не забывай, с кем имеешь дело, извращенец! – Ах, не рассказывай сказки, – протянул Мориц, поправляя изящной рукой волнистые мелированные волосы. – Всем известно, что…

В квартире стояла такая жара, что приходилось открывать не форточки, а полностью окошко и даже балконную дверь: только тогда становилось легче дышать. Сплит-система, конечно, работала, но она лишь снижала температуру в комнате, а от духоты не избавляла. Приходилось держать все настежь. Ну а компьютерный…

— Не бойтесь, не бойтесь, она не кусается! — кричала Людочка гостям, когда белая болонка начинала прыгать вокруг них и противно тявкать. Манишка и в самом деле не кусалась, но даже люди, вхожие в дом Сальниковых, ее сторонились. Особенно женщины, поскольку безобидная Манишка покушалась именно…

Напоследок поросенок жалобно пискнул. И тут он почему-то очень ясно понял, что девушка не прятала под мостом свой велосипед. Во, всяком случае, не бросала в ручей ухоженную и явно любимую машину марки «Пантера». Не говоря уже о поросенке. Велосипед не прятали под мост — его просто выбросили с глаз…

Гвардейцы дисциплинированно погрузились в вагон, бесцеремонно вышвырнув оттуда остатки багажа — чьи-то тюки, чемоданы… (Служащий компании немедленно подозвал помощника — проследить, чтобы имущество пассажиров осталось в целости и сохранности, — а сам отправился в контору, полечить нервы крепкой травяной…

– Слушай, – восхитилась Таня. – Я вот, честно, не помню, когда тебя в платье видела. Только в джинсах. А ты в платье совсем другая. Ну, такая... Не скажу, что в нем есть что-то особенное... Просто всего в меру, не банально, не чересчур, хороший вкус, цвет чудесный. И ты в нем – такая нежная, как цветок.…

– Я говорю, мужик… Только… – А ну, тащи наверх чемодан! – приказал Струмилин, чуя что-то недоброе. Бомж сумел лишь немного приподнять чемодан. Струмилину пришлось спуститься в ров и вместе с бродягой вытащить груз наверх. Баобаб трясущимися то ли с перепоя, то ли с испуга руками отстегнул…

– Граждане, не толпитесь, картина преступления должна сохраняться в неприкосновенности. Здесь могут быть следы и отпечатки пальцев. «Все, моя песенка спета», – решила я, тоже о следах подумав. Приедут менты с собакой и прямиком явятся в мою квартиру. Заревев от отчаяния, я отправилась в ванную. Появиться…

Я не могу сказать, что питаю особую любовь к владельцу нашего холдинга. Но и не могу сказать, что его не люблю. Я, как уже говорила, люблю Викторию Семеновну, а по сравнению с нею всякие любители блондинок меркнут. Хотя владелец нашего холдинга – на самом деле талантливый бизнесмен, не самодур, и с ним…

Сенцов перевел взгляд на Азарова. Порыв и движение… Из него выйдет толк. Всего во втором рейсе, а ведет себя, как старый звездолетчик. Пока, правда, выдержки не хватает. Вот и сейчас… Действительно, Азаров не мог вынести столь долгого молчания, беспокойно заерзал в кресле. — Вот… — сказал он. — И…

За все мои усилия в этот вечер я был вознагражден бритвенным лезвием в яблоке. Я знал, что это жульничество, потому что был знаком с пареньком, Бобби Джеймсом. Он все время оглядывался на толпу позади себя. Старшие братья Бобби, неудачники, подначили его. Богом клянусь, мне претило участие в этой чуши.…

— Почему вы так считаете, товарищ Ашаев? — вкрадчиво обратился к нему Спицын. — Так до выборов осталось несколько недель всего. Конечно, есть силы, которым законный президент в Чечне не нужен. — А вам, значит, нужен? — Он всем нужен! — запальчиво вскрикнул чеченец.…

Я исподлобья смотрю на оленегорскую пассажирку. – Что уставился, алкаш смердящий? – грубо спросила она. – Ты мне наливала? – Еще чего захотел? Таким, как ты, и без меня неплохо наливают! – Каким это таким? Ты меня знаешь, чтобы так говорить? – озлобленно огрызнулся я. – На рожу свою небритую посмотри,…

– Вау! – просиял он. Колина мать смущенно произнесла: – Ну, куда такой громадный! Не заслужил он… И добавила торопливо: – Вы не волнуйтесь, Юленьке вашей тут хорошо будет. И действительно: девочка с удовольствием надела на ручку браслет – пропуск в лабиринт – и уже через минуту увлеченно бомбардировала…

Теперь, когда я смотрю на чуть раскачивающиеся качели, в горле возникает и растет комок. Я сую руки в карманы и быстро перехожу дорогу. Направляюсь к автобусной остановке — знаю, она недалеко, по-другому и быть не может. Но, обогнув угол и выйдя на Лоррейн-стрит, я внезапно слышу завывание сирен. И…

Самой стойкой оказалась полная женщина. Она достояла до конца, убедилась, что последний уголек сдал свои позиции, и, удовлетворенно кивнув, твердой поступью направилась домой. Пожар был полностью потушен. Опасаться, что огонь перекинется на другие строения, больше не приходилось. В нескольких километрах…

Диана поблагодарила официанта. Затем директора, упитанного пожилого мужчину, которого звали Пепе. Он стоял возле стойки бара и посылал ей воздушные поцелуи. Диана не сразу поняла, чем вызван такой интерес к ее персоне, пока не заметила, что ветер раздувает не только ее волосы, но и пышную юбку. Усмехнувшись…

Расстреляют меня так, полузаснувшего, ночь к чертовой матери. Сказал жене – сходи, пригрози, что в полицию пожалуемся, как раз закон насчет шума вышел. Жена говорит, может, не надо в полицию, все-таки мы совсем рядом, а вдруг они нам что, никакая полиция не поможет… Тут я, правду сказать, рявкнул на…