Прочие Детективы

– Я помню, – тихо ответила Лика. – Я не забываю и не забуду никогда… – Шестнадцать лет прошло, ты уже взрослая совсем. Образование получила, и мы все тобой гордимся. А ведь все это заслуга Ташеньки… Господи, шестнадцать лет прошло! Тетка замолчала. Вероятно, заплакала. – Шестнадцать лет прошло,…

В тот день Чума ушла на раздел территории с вокзальными. Это была негласная встреча, только между вожаками. Подопечную пришлось запереть в коморке, зная, что никто не посмеет вскрыть замок. Но ненависть к Блаженной за это время еще больше возросла, ей нужен был выход, и вот подвернулся подходящий случай,…

– Ты хочешь заказать что-нибудь сама или доверишь мне? – спросил у жены Владимир. – Пожалуй, ты сделаешь это лучше! – согласилась Анна, уже обретая душевное равновесие. – В таком случае, будьте добры, две солянки по-крестьянски, кабанину в кляре, ассорти из дичи, перепелов в апельсиновом соусе, –…

Девочка и понятия не имела, что она – хороший человек. Но если главной красотке класса, три дня тому обсмеявшей Марго-Риту за её затасканные старые боты, сегодня нужно фигурной гладью заштопать прожжённую в фартуке дыру – она заштопает. Потому что главную красотку сперва соцприслужница, а затем и мама…

Их раздражение объясняется тем, что МЧС построена на принципиально иных основах, чем все остальные силовые ведомства. Система внутренних взаимоотношений в структурах МЧС во многом определяется неписаным Кодексом первых спасателей, которые и организовывали эту службу, думая прежде всего не о централизме…

Так было заведено. И если бы не переданная писателем папка с «нетленкой» Виктор, вернувшись домой, сварганил бы себе пельмешки, умял бы их под бутылочку пивка и завалился спать. Но по дороге домой в пустом трамвае Виктор открыл рукопись и стал читать. Сначала там было про каких-то бандюков, собиравшихся…

Из окна водителя как сплюнули: — Сука! Я отвернулась. Мне не хотелось видеть эту «чужую» сцену. Она была предназначена лишь для этих двоих, не поделивших свое право на алкоголь в эту дождливую ночь. Я ускорила шаги. — Ты, сука… — Это уже заговорила девушка, пытаясь догнать меня. Я слышала цокот…

— Я так и думал, — кивнул Пурлиев, — поэтому и искал такого известного эксперта, как вы. Практически все знакомые прокуроры и следователи уже здесь, в Москве, уверяли меня, что вы самый лучший сыщик. — Давайте более конкретно, — предложил Дронго. — Конечно. Вам будет гораздо легче понять, что именно…

Но человек, сидевший напротив меня, был не так прост. Ползать передо мной на пузе ему не хотелось. Конечно, в отличие от меня, спецшкол Толмачев не заканчивал, но манипулировать собеседником, само собой, умел — иначе он не был бы мэром. Так что Толмачев резко встал, отошел к окну и пару минут постоял…

Приказчик кооператива поднимался на палубу, чтобы выгрузить свои ящики и бочки, почтальон сваливал на тачку корреспонденцию, туристские семьи делали фотоснимки и уходили вслед за слугой в гостиницу Сто шестьдесят восемь раз! «Под страхом смерти», как говорил Жюль! Рядом с местом,отведенным для стоянки…

Черт, да если они собираются заставлять меня подчиняться этой перемигивающейся разными цветами железяке, я лучше буду ходить пешком. Или останусь дома. Будут знать, как издеваться над людьми! Все изменилось, разумеется, сентябрьским утром, когда два самолета врезались в башни-близнецы Всемирного…

— Не надо. Ты уже все сказал, время слов прошло. На их лицах были маски. Разные… У кого-то — платки, намотанные до самых глаз. У кого-то — закрывающие все лицо балаклавы. Некоторые даже пришли в масках, расписанных под лики демонов. И лишь один человек обошелся без маски. А действительно, какой толк…

– Оно самое! Дело, видите ли, в том, что у этого полотна плохая история. Давным-давно, много лет назад, эту картину обманом отняли у ее законной хозяйки. А она очень ею дорожила… было у нее связано с ней что-то очень личное… вот в гневе и прокляла тех, кто это сделал. – Но ко мне-то это какое имеет…

Но в тот раз у Джорджа начинался грипп, а потом Милдред решила промолчать. Она спустилась в кухню и стала вытаскивать из духовки пирожки, как вдруг в дверь позвонили. Подумав, что Агнесса вряд ли в состоянии открыть, Милдред сама пошла в холл, однако, к ее удивлению, горничная успела первой. В дверном…

Несомненно, самой большой его ошибкой было свернуть в безлюдную улицу. Его тело смято натиском моего гнева, а у меня в голове не смолкают крики моих любимых… Еще и еще… Я поднимаюсь, меня колотит дрожь, глаза налиты кровью и залиты потом, но в темноте этого не видно… Что я наделал? Срываюсь с места…

Поезд шел почти неслышно. Временами на фоне черноты летней ночи за окном появлялись огоньки, и Лина провожала их глазами. Нужно было лечь, хоть немного поспать, а она все смотрела в темное окно, стоя в коридоре. Вагон СВ был почти пустым. Решение провести отпуск в бабушкином доме пришло неожиданно,…

Спина под драным пальто зачесалась особенно сильно, как будто гневный бабий крик разодрал не только вечернюю тишину, но и зудящие струпья под лопатками. Петрович оглянулся, спешно выдернул руки из жаркой вонючей пасти контейнера, ссутулился и заторопился прочь, приволакивая ноги в разбитых башмаках.…

И он окинул рукой вестибюль шато, сплошь, от пола до потолка, украшенный рогами оленей, косуль и разных прочих рогатых животных, которые водились в окрестных лесах и отстрелом которых развлекались в свободное время графы Талле, а также гости их сиятельств. Писательница огляделась. Она одна задержалась…

Игорь Петрович недовольно сморщился. Нехотя он поднялся на ступеньки, припорошенные снегом, помог вытащить коляску и спустил её на тротуар. Он понял, что ребёнок – это была девочка лет восьми – болен. Она не шла, а висела на матери, в уголке рта накопилась слюна, скрюченные ручки дёргались. Игорь Петрович…

Звонившим оказался вовсе не «телепат-вредитель», а моя подруга – Ленка-француженка, постоянно безденежная учительница французского языка, трудившаяся за сущие гроши в одной заштатной школе Тарасова. Ленка была невероятно болтлива, но сей недостаток с лихвой окупался ее уникальным, если не сказать, патологическим…