125 rus
Шрифт:
сложно обстоит с религией. Бабушка всегда переживала по этому поводу. У бабушки в
сумке всегда были конфетки на случай, если мне захочется сладенького в дороге. То были
невероятно солнечные дни. Бабушка была врачом. Она видела Андрея, моего брата,
которого я не видела никогда. Я любила бабулю, она умерла, когда мне было тринадцать
лет.
Иисус Христос. Небо. Да что вы так смотрите на меня, это же просто мое
воображение! Я тащусь по Иисусу. Он был таким великодушным, жертвенным и
суперзнаменитым. Всё, чем я восхищаюсь, в одном флаконе. Он повелевает ангелами и
другими крылатыми созданиями. Журавли-журавушки. Бабочки. Огромные гражданские
и военные самолеты. Стюардессы и пилоты – вот истинные монахи ордена Христа. Про
космонавтов я вообще молчу. Иисус благословил Юрия Гагарина. А так как Джизус – сын
божий, то различие совсем явно. Люди не умеют летать. Только дети во сне. Кстати,
мне недавно снилось, что я лечу, что это значит, доктор? Неужто до сих пор расту, ха-
ха? О черт, о да, так и есть.
Второе: земля. Ее хранитель – Дерсу Узала. Вы что, Арсеньева не читали? А кино
хоть смотрели? Да, Акира Куросава режиссер… Так вот! Дерсу – воплощение самого
духа тайги. Лес, соболи, женьшень… Он маленького роста, гольд. Помните гномов,
добывающих драгоценные камни и золото? Вот и я о том же. Гномы – подчиненные
мистера Узала. Владимир Арсеньев, «капитан» - тоже верховный жрец самой стихии.
Вы считаете его романы очерками путешественника? Как вы все недальновидны! Да это
же летопись таежной жизни.
Вода. Тут я неоригинальна. Пусть будет Посейдон. Ну люблю я греков, ничего не
поделаешь. У Посейдона в услужении чудища-кальмары, гигантских размеров, могут
потопить любой корабль… Так как моря по планете до черта, он назначает некоторых
18 В. Арсеньев. По Уссурийскому краю.
приближенных эдакими начальниками отделов. Вот, мой брат – администратор
Японского моря. Там он живет и работает, под морем. Брату повезло, мы к тому же
часто видимся, но по разную сторону волн…
А кто управляет огнем? Ну… Тут я слегка смущаюсь. Мне всегда казалось, что это
Мира. Ружья, патроны, все дела… Миру легко встретить на выжженных солнцем полях,
на расплавленном асфальте проселочных шоссе, на пылающей летним жаром и пылью
грунтовой дороге. Мира невероятно добрая, но если вы – злой человек, тогда все
закончится плохо. И у нее нет подчиненных. О да, черт возьми… Она часто выносит мне
мозг, но я все равно люблю Миру».
Получается, что я сегодня гостил в лесных шатрах, благословенных Дерсу Узала,
телеграфным богом-хранителем стихии земли. Однажды его повстречал в тайге Владимир
Клавдиевич во время своего похода, и они стали добрыми друзьями. Акира Куросава снял
фильм, посвященный дружбе этнографа-путешественника и маленького гольда-охотника,
фильм срубил «Оскар». Снимали неподалеку от Арсеньева.
Арсеньев – город-тезка исследователя. На тамошней высокой сопке стоит памятник
Владимиру Клавдиевичу – каменный, он держит в руке свои заметки и с гордостью
взирает с высоты на раскинувшийся в долине город. Рядом с этим памятником красуется и
другой, куда более экспрессивный – из гранитной глыбы четкими редкими линиями
вырезан лик Дерсу, природного человека, безошибочно определявшего погоду на завтра
по приметам и знавшего повадки всего живущего поблизости зверья.
Будучи душой таёжной до мозга костей, Узала обладал сугубо практичным взглядом на
вещи. Услышав «Сказку о рыбаке и рыбке», гольд расстроился: «Шибко жалко старика.
Его был смирный люди. Сколько раз к морю ходи, рыбу кричи, наверно, совсем стоптал
свои унты»19. Сам Владимир Арсеньев, уроженец Санкт-Петербурга, бредивший Дальним
Востоком, был нраву куда более романтического. Отсканированные и найденные мной во
всемирной паутине его записи как нельзя лучше демонстрировали это: «Ты мой учитель,
мой утешитель и друг – ты мой храм и моя родина – шумящий, шелестящий и тихий лес!»
Закончилось все грустно: Владимир Клавдиевич перевез постепенно терявшего зрение
Дерсу к себе в город, к своей семье в Хабаровск (туда Арсеньева перевели после
Владивостока), однако, «телеграфный хранитель стихии земли» не смог приспособиться к
городскому ритму и, в конце концов, попросил «капитана» отпустить его в сопки. Спустя
пару недель после ухода Дерсу пришла весть о том, что он найден убитым неподалеку от
станции Корфовская, что с южной стороны хребта Хехцир. Грабители не нашли у гольда
денег и забрали винтовку, убив Дерсу.
А вот что написал в своем завещании Арсеньев: «Просьба! Убедительно и горячо
прошу похоронить меня не на кладбище, а в лесу и сделать следующую надмогильную
надпись: «Я шел по стопам исследователей в Приамурском крае. Они все давно уже