Алиби (Том 2)

– Я уже говорила, что его отец был священником. Он тоже был воспитан в духе религиозной морали, поэтому об аборте не могло быть и речи. Впрочем, ему это даже не пришло в голову. Он женился на этой девице. Наверное, это звучит странно, но именно тогда я любила его больше всего. Мне ужасно хотелось родить ему ребенка, но.., это было невозможно. И самое обидное заключалось в том, что я понимала: во всем, что случилось, виновата только я сама.

Хэммонд молчал, желая удостовериться, что она закончила. Только когда Дэви пошевелилась и поднесла к губам бокал с коктейлем, он спросил:

– Ты знаешь, что с ним было потом?

– Да.

– Он все еще женат?

– Нет.

– И ты.., виделась с ним?

Дэви резко обернулась и посмотрела на него.

– Да. Например, вчера, на похоронах Люта. Он сидел в одном из последних рядов рядом с этой.., со Стефи Манделл.

Хэммонд даже не сразу понял, кого она имеет в виду, а когда понял, то не смог скрыть удивления.

– Ты имеешь в виду Смайлоу? Дэви невесело рассмеялась.

– Насколько мне известно, ты его недолюбливаешь. Но, как говорится, на вкус и цвет товарищей нет. Хэммонд в волнении провел рукой по волосам.

– Неудивительно, что он так сильно ненавидел Люта. Сначала его сестра, потом - ты...

– Ну, на самом деле все было не совсем так, Хэммонд, ведь Лют женился на Маргарет не так уж давно. Рори переехал в Чарлстон гораздо раньше, когда ему предложили место старшего детектива в полицейском управлении. Я узнала об этом из газет. Сам понимаешь, мне ужасно хотелось связаться с ним, но гордость не позволила...
– Дэви немного помолчала.
– Девица, на которой он женился, произвела на свет мертвого ребенка и скончалась сама. Родители Рори умерли довольно давно, и у него не было на свете никого, кроме Маргарет, которую он вырастил и воспитал практически один. Она переехала в Чарлстон вместе с ним. Смайлоу нашел ей работу в судебном архиве округа, где она занималась документами о наследстве, о собственности на землю, о недвижимости и тому подобном. Там она и познакомилась с Лютом. Не удивлюсь, если их роман начался с какого-нибудь мелкого одолжения, о котором Лют попросил Маргарет.

– Меня бы это тоже не удивило, - согласился Хэммонд.
– Я слышал, что для сестры Смайлоу этот брак был настоящим кошмаром. Дэви покачала головой.

– Маргарет никогда не была сильным человеком. У нее был покладистый, мягкий характер, и Лют этим вовсю пользовался. В конце концов она просто не выдержала и сломалась.
– Дэви снова осушила бокал.
– Впрочем, сейчас речь не о ней, а о Рори... Несколько раз, когда мне удавалось справиться со своей дурацкой гордостью, я будто бы случайно встречалась с ним на вечеринках, на приемах, но он всегда смотрел сквозь меня, словно я - пустое место. Это чертовски обидно и больно, Хэммонд. Вот почему после самоубийства Маргарет я начала охоту на Люта. Я преследовала его до тех пор, пока он не женился на мне. Надеюсь, ты понимаешь, почему я так поступила? Рори разбил мне сердце, и я хотела отомстить. Мне казалось, что выйти замуж за человека, которого он ненавидел всей душой, будет лучше всего...
– Она криво улыбнулась.
– К сожалению, тогда я еще не знала, что месть - как бумеранг: возвращается и больно бьет тебя по голове.

– Мне очень жаль, Дэви...

– Нечего меня жалеть!
– воскликнула она почти сердито.
– Я все еще обаятельна и сексуальна, как черт знает что. Это...
– она показала ему пустой бокал из-под крепкого коктейля, - даже это не уничтожило маминой красоты. Ты и сам знаешь, что она пила, как лошадь, но, несмотря на это, мама до сих пор очень свежа и хороша собой. У нее почти нет морщин, и я надеюсь, что ее гены помогут и мне справиться с разрушительным воздействием алкоголя, сколько бы я ни пила. Кроме того, у меня полно денег, а после вступления в силу завещания Люта будет еще больше. Кстати, о Люте...

Она подошла к антикварному резному секретеру красного дерева и, отомкнув его затейливым бронзовым ключом, достала из ящичка отрывной блокнот.

– Вот, - сказала она.
– Чуть не забыла. Я нашла эту штуку, когда рылась в его бумагах. Датировано субботой, верно?

Дэви вручила блокнот Хэммонду. Он бросил взгляд на первую страницу и почувствовал, как от ужаса у него закружилась голова.

– Это почерк Люта, - сказала Дэви.
– Он написал твое имя и время - пять часов пополудни. Похоже, вы виделись с ним в тот день, и, как я понимаю, тебе бы очень не хотелось, чтобы кто-то об этом узнал.

Хэммонд бросил на нее быстрый взгляд.

– Это не то, что ты подумала, - сказал он.
– Это... Дэви рассмеялась.

– Хэммонд, милый, я скорее поверю, что какой-то новомодный крем действительно способен управиться с целлюлитом, чем в то, что ты прикончил Люта. Я не знаю, зачем вы встречались, и не хочу знать. Просто мне показалось, что будет гораздо лучше, если этот блокнот попадет к тебе в руки.

Хэммонд машинально перевернул страницу и вздрогнул.

– Здесь написано.., шесть часов, - начал он.
– Значит, в тот день Лют встречался еще с кем-то. Должен был встретиться... Ты не знаешь, кого еще он ждал?

Дэви покачала головой:

– Понятия не имею. Признаться, я заглянула в его настольный ежедневник, но там не говорится ни о тебе, ни о ком другом.

Хэммонд покачал головой. Совершенно очевидно, что в субботу Лют Петтиджон ждал к себе еще кого-то. Но кого? Состоялась ли эта встреча или его убили раньше? Или его второй гость и был убийцей?

Он убрал блокнот в карман.

– Вообще-то по правилам тебе следовало отдать этот блокнот Смайлоу.

– Ты же знаешь, я никогда не поступаю по правилам, - возразила Дэви и печально улыбнулась.
– Теперь я знаю, что Рори Смайлоу просто невозможно сделать больно, хотя - видит бог!
– я старалась.
– Ее улыбка погасла, и она закончила серьезно:

– Но это не значит, что я чувствую себя обязанной помогать ему.

Глава 25

– Вчера ночью он был здесь, со мной!..

Эти слова Элен Роджерс пришлось буквально прокричать, чтобы бармен расслышал ее за оглушительной музыкой.

– Мы сидели вон за тем столом и заказывали у вас шампанское и коктейли, добавила она, с надеждой глядя на него. Бармен - худой двадцатилетний парень с редкими, собранными в "конский хвост" волосами и с серебряной серьгой в правой брови - посмотрел на нее взглядом, какой яснее всяких слов говорил, что во внешности Элен Роджерс нет ровным счетом ничего запоминающегося.

– У нас каждый день бывает множество людей, мэм. Я не могу помнить всех. Элен без церемоний дернула его за рукав.

– Если парень, с которым я была здесь вчера, вернется, позвоните мне, пожалуйста, хорошо?

И она положила перед ним клочок бумаги с номером своего телефона в отеле, не особенно, впрочем, надеясь, что из этого что-нибудь выйдет.

– О'кей, мэм.

Бармен убрал записку в карман, и Элен невольно подумала о том, что он вспомнит о ней в лучшем случае через несколько дней, когда будет сдавать рубашку в стирку. Ну и черт с ним. Все равно она своего добьется.

И Элен твердым шагом вышла из бара.

Еще утром - более или менее справившись с пережитым потрясением - она приняла решение во что бы то ни стало выследить этого мерзавца и сдать его в полицию. Ради этого она была готова обойти все рестораны и ночные клубы Чарлстона.

Элен догадывалась, что была не первой его жертвой, уж больно ловко Эдди (имя, похоже, было вымышленным) обвел ее вокруг пальца. Не первой и не последней. Она почти не сомневалась, что негодяй, воодушевленный успехом, снова выйдет на охоту уже этим вечером. И совершит ошибку, ибо она будет искать его.