Алиби (Том 2)

– Почему.., почему ты ничего им не сказала?

– О чем? О том, что ты тоже был у Петтиджона накануне убийства?

– Да...

– Потому что когда меня допрашивали в первый раз, я думала, что ты... Что это ты убил его.

– Ты думала...

– Я не могу объяснить все сейчас, - быстро сказала Юджин.
– Это слишком сложно. Кроме того, ты сейчас не в том состоянии, чтобы слушать. Тебе будет трудно.., сосредоточиться. Давай отложим подробности на потом. Сейчас же я просто скажу, что сначала солгала, чтобы спасти себя. Потом, когда я узнала, что Петтиджона застрелили, я продолжала лгать, чтобы спасти...

Хэммонд несколько раз моргнул и удивленно посмотрел на нее.

– ..Тебя, - закончила Юджин.

Он хотел что-то сказать, но в это время кто-то позвонил в дверь, и Юджин выпустила его пальцы.

– Это доктор, - сказала она быстро.
– Я пойду открою.

***

Он проснулся от звука знакомого имени. Юджин! Не сразу он понял, что сам позвал ее. Придя в себя, Хэммонд вспомнил, что хотел сказать ей что-то важное - что-то такое, что стояло между ними и мешало им.

– Юджин!
– позвал он снова и сам испугался, услышав свой хриплый, надтреснутый голос, "Что со мной?" - пронеслось у него в голове. Пошевелившись, Хэммонд попытался сесть, но правая рука не слушалась. Он совсем не чувствовал ее и удивился, что могло с ней случиться. Но, увидев аккуратную, профессионально наложенную повязку, он сразу все вспомнил. Все, или, по крайней мере, главное.

Он лежал в своей собственной постели. В комнате было темно, единственным источником света служил небольшой ночник в изголовье его кровати.

– Юджин!

– Я здесь...

Она появилась возле его кровати неожиданно и бесшумно, словно привидение. Склонившись над ним, Юджин легко дотронулась до его плеча.

– Не хочешь принять еще одну таблетку болеутоляющего?
– спросила она.

– Нет, мне уже лучше.

– Хочешь пить?

– Нет.

– Тогда спи. Тебе надо спать.

Она поправила у него на груди одеяло и хотела отойти, но он успел поймать ее за руку.

– Который час?

– Начало третьего ночи. Ты спал всего два часа.

– А.., а что за врач ко мне приходил?

– Он мой старый знакомый. Мы вместе учились.. Ему можно доверять. Скажем так: он был кое-чем мне обязан. Такой вариант тебя больше устроит? Кстати, он настоятельно советовал отправить тебя в больницу, но мне удалось убедить его не делать этого.

– А что ты ему сказала?

– Сказала, что тебе очень не хочется иметь дело с полицией.

– И его устроило такое объяснение?

– Ни в коем случае, потому что он видел Смайлоу и его шайку, когда они приехали обыскивать мой дом. Он знает, что здесь что-то не чисто, но ничего конкретного я ему не сказала, и в конце концов он уступил. Если бы твои раны действительно оказались серьезными, я бы первая побежала звонить в больницу. Мой друг - прекрасный врач, и он очень быстро тебя подштопал. В больнице ты бы еще целый час ждал, пока до тебя дойдет очередь. Ну а если серьезно, то ты легко отделался. Ногу даже не пришлось зашивать. Дуг сделал тебе укол против столбняка и накачал тебя антибиотиками. Он оставил еще необходимые лекарства и болеутоляющее - "Дарвоцет".

Хэммонд посмотрел на свою забинтованную руку, которая лежала на подушке.

– Странно, - сказал он, - рука словно свинцом налита, но совсем не болит.

– Местное обезболивающее, - со знанием дела пояснила Юджин.
– Скоро его действие закончится, и боль вернется. Завтра ты будешь рад, что Дуг оставил тебе "Дарвоцет".

– А когда можно снимать швы?
– поинтересовался Хэммонд.

– На следующей неделе. До тех пор рука будет на перевязи. Хэммонд пошевелился, пытаясь улечься поудобнее, но даже это легкое движение заставило его поморщиться.

– Болит?
– встревожилась Юджин.
– Я дам тебе таблетку. К тому моменту, когда она вернулась, Хэммонд уже дремал. Юджин вложила ему в рот таблетку, потом подсунула под голову руку и поднесла к губам стакан с водой. Хэммонд проглотил лекарство, но, когда она попыталась опустить его голову обратно на подушки, приподнялся еще немного и ткнулся головой в ее мягкую грудь.

– Тебе нужно поспать, - прошептала она, осторожно укладывая его обратно.

Хэммонд протестующе заворчал, но глаза у него слипались, и он подчинился. Уже засыпая, он почувствовал, как она легко поцеловала его в лоб. Потом ему на лицо упала капля, затем другая, и, с усилием открыв глаза, Хэммонд увидел, что Юджин плачет.

– Ты плачешь из-за этого проклятого отчета, который мне передала Лоретта?
– спросил Хэммонд.
– Из-за этих дурацких бумажек? Или.., из-за того, что я тебе сказал? Господи, Юджин, прости меня! Мне очень жаль, я вел себя как настоящая скотина, - сказал он с чувством.

Юджин покачала головой.

– Ты спас мне жизнь. Из-за меня тебя ранили. Если бы не ты...

– Ш-ш-ш!..
– Здоровой рукой он коснулся ее щеки. Она схватила его ладонь обеими руками и несколько раз поцеловала костяшки его пальцев.

– Я так испугалась, Хэммонд...
– Теперь Юджин прижала его ладонь к своей горячей, мокрой от слез щеке.
– Тебя едва не убили из-за меня, но это еще не все. Я боюсь, что тебе придется еще долго, долго страдать...

Хэммонд изо всех сил старался не поддаться сну. Он знал, что должен сказать ей что-то очень важное.

– Юджин... Я люблю тебя.

Юджин выпустила его руку с такой поспешностью, словно она вдруг стала нестерпимо горячей.

– Что?
– переспросила она чуть ли не с испугом.

– Я люблю тебя, - повторил он.

– Нет, Хэммонд, нет! Не говори так. Ведь ты меня даже не знаешь!

– Я знаю тебя.
– Он на несколько секунд закрыл глаза, чтобы собраться с силами и сказать ей то, что хотел сказать.
– Я полюбил тебя.., еще тогда, начал он.

"...С того дня, с той самой минуты, когда впервые встретил тебя. Когда я увидел тебя в ресторане, я сразу понял, что это ты..." Ему не хватило сил, и эти слова он произнес уже мысленно, но Юджин, похоже, поняла его. Поняла и улыбнулась печально.

– О боже, ну почему все должно было быть именно так?
– вздохнул он.

Кончиком языка Юджин слизнула слезу в уголке губ. Должно быть, ей было не легче, чем ему, ведь он влюбился впервые в жизни по-настоящему именно тогда, когда любовь была ему совершенно ни к чему. Любовь к Юджин не просто мешала ему - их чувства друг к другу могли уничтожить обоих, и Хэммонд это отлично понимал. Понимал, но изменить что-либо он не мог и не хотел.

Он хотел сказать еще что-то, но голос не повиновался ему, и Хэммонд просто похлопал рукой по матрасу слева от себя. Юджин отрицательно покачала головой: