Алмарэн

Я двинулся наперерез, и еще бы чуть-чуть и я добрался до нее, но выпад существа был слишком резким.

В последний момент она успела посмотреть на меня. Так спокойно, почти с улыбкой, словно ее жизнь сейчас не прервется

– Защити, - шепнула она, и я заметил, что пледа в ее руках уже нет.

Щелк.

Крик.

И молодое тело в синем платье оказалось перекушено пополам. Как безвольная кукла она болталась у монстра между ног, пока он не проглотил ее, как игрушку, подбросив вверх.

Тем временем, я остался последним человеком вблизи, и до чудовища это тоже дошло.

Повернув корпус, и обнажив свои клыки, он пошел на меня, осторожно ступая четырьмя когтистыми лапами, как здоровенная кошка. И очень голодная.

Я отступал, держа впереди копье, хотя оно ему, очевидно, не опасней зубочистки.

А за шею он мне отомстит.

За спиной оказались деревья. Бежать некуда.

Внезапно из-за меня выскочил Айден, и вцепился чудовище прямо в правый глаз. Тот взвыл, и с силой сбросил его с себя, поднимаясь на дыбы.

Волк с хрустом ударился об дерево, и безжизненно упал на землю.

Внутри меня все мгновенно сжалось, а в ушах зазвенело.

– Айден! – из моей глотки вырвался нечеловеческий крик, и я тут же оказался подле него. Он не двигался, не дышал. Я прижал серое тело к себе, пытаясь услышать биение сердца. Ничего. Тишина. С края его мордочки потекла еще теплая кровь. Серое тельце больше не двигалось, и обмякло на моих коленях.

О боже, друг.

– Нет, - моя рука зарылась в пушистой груди, - нет!

Одноглазый убийца ревел от ярости, истекал кровью, плюясь слюной, помчался ко мне. А я не мог сделать ничего, кроме как оплакивать моего маленького героя.

И тут небо разразилось громом.

Черная тень, впиваясь когтями, как коршун, атаковала сверху белого монстра. Ее челюсть вгрызлась ему в спину, выдирая куски плоти.

Но соперник был явно очень умен, и тут же опрокинулся на спину, тем самым придавливая Алму. Они соединились в черно-белый клубок, катаясь по поляне. Брызгала кровь, и слюна. Два огромных драконоподобых существа ломали деревья, давя и кусая друг друга.

Каким жалким я был среди этого. Не смогу даже защитить себя, не то, что Алму.

Но и бежать я не мог. Без нее я не уйду.

Белый отбросил Алму к деревьям, а сам поднялся на лапы, весь истекающий кровью.

Замерев, он сначала долго смотрел на выжидающую Алму, а потом на меня. Мне даже показалось, что он улыбнулся.

И не дав нам опомниться, взметнул вверх, поднимая за собой водоворот листьев.

Алма проводила его взглядом, но не стала преследовать. Вместо этого, она медленно пошла ко мне, печально склонив голову в бок, смотря на волчий труп.

Я обнимал его и не мог остановить слез. В голову лезло каждое воспоминание о нем. Как я нашел их с Клио, как растил.

– Я убил твою мать, - прошептал я ему на ухо, закрывая глаза, - я не достоин твоей жизни. Прости меня.

Несмотря на опасность, Алма обернулась человеком, и села рядом на землю, медленно поглаживая серый с белой кисточкой хвост тонкой рукой.

– Он сейчас в очень хорошем месте. Туда попадают все жители этого леса. Когда-нибудь там буду я. И тебя с собой заберу. Мы еще обязательно увидимся с ним.

Мне ее слова казались бредом.

– А сейчас, - я взглянул в уставшие синие глаза своей жены, - сейчас мне что делать?

Она положила голову мне на плечо, и тихо-тихо прошептала.

– Сделать его жертву ненапрасной.

Мне хотелось что-то ей возразить, как неожиданно из-за деревьев послышался детский плач. Мы с Алмой переглянулись, и поднялись. Я осторожно опустил Айдена на весенний ковер травы.

Дойдя до источника звука, я заметил тот самый бурый плед, который держала в руках девушка.

Шагая босыми ногами по земле, Алма достигла находки, и осторожно подняла ее на руки. Та не переставая кричала, и извивалась.

– Это был Кай, - тихо, не отводя взгляда от ребенка, проговорила она, - это Кай убил его родителей. Вкус этой крови, даже в другом теле, я не забуду никогда.

У Алмы был какое- то странное выражение лица.

Я уже думал, что надо бы спасать ребенка из этих рук, как вдруг она прижала его к себе, и он тут же успокоился и замолчал. А лицо Алмы стало таким блаженным, будто боль, мучающая ее, только что прошла.

12. Наша оборванная нить.

Хоронить Айдена пришлось одному. Резко начался дождь, и Алма поспешила в пещеру, чтобы ребенок не простыл. Меня немного настораживала ее увлеченность этим человеком. Но пока я старался не думать об этом. Надо было проводить в последний путь старого друга.

– Я и впрямь надеюсь, - серое тело опустилось на дно грязной ямы, - что мы еще встретимся с тобой. Передай привет моим родителям, если увидишь.

И засыпал могилу землей.

В пещере меня ждало нечто удивительное. Алма в форме человека сидела на моем месте у огня, укутанная в одеяла. Ее нежный взгляд был опущен вниз, на ребенка, который только-только замолчал, и, скорее всего, спал.

Я поставил у входа оружие, снял мокрую одежду и присоединился у огня к ней.

– Я думал, раз Кай объявился, ты пока не будешь принимать человеческий вид.

Мне даже сначала показалось, что она меня не услышала. Все мысли Алмы были заняты воркованием над спасенышем.

– Кусок его плоти валяется на той поляне. И пробито крыло. Он будет очень долго восстанавливаться.

Голос был куда спокойнее, чем должен быть. Даже лицо, и то, выражало безмятежность. Я что, тут один переживаю за наши жизни?

Невзначай мой взгляд упал на ребенка.

Мы ведь так и не осмотрели его.

– Алма, мне нужно проверить наличие ран. Давай его сюда.

Очень нехотя, она передала сверток мне, и я раскрыл его рядом с собой. Малышу это очень не понравилось, и он тут же закряхтел, а потом и заорал. Точнее, она.

– Это девочка, - улыбнулся я, - скорее всего ей около двух лет. Может чуть меньше. Да все-все, заворачиваю обратно, не плачь.

Как только кокон снова был образован, Алма снова отобрала ее у меня, и, как ни странно, ребенок успокоился.