Анна Фаер
Шрифт:
Мне захотелось читать, но ещё я хотела потратить немного времени на моего пока ещё безымянного питомца. В итоге, он уснул у меня на коленях, пока я читала книгу. Роки смотрел на нас внимательно со стола.
Так приятно читать с котёнком на коленях! Мне было удивительно хорошо и спокойно! Если у вас на коленях спит кот, то ваши мысли никак не могут быть тревожными. Коты навевают спокойствие. А я нуждаюсь в спокойствии. Возможно это не случайность, что его спасла именно я. Он нуждался во мне, а я нуждалось в нём. Мне всегда нужен был кот, который бы меня успокаивал.
К вечеру котёнок проснулся и принялся изучать комнату.
Я привязала к ниточке фантик из-под конфеты и начала шуршать им прямо перед носом котёнка. Тот уставился на него внимательными глазами. Зелёными! Чёрт возьми! Я только сейчас заметила, что у этого котёнка глаза совершенно зелёные! Не знаю с чем их можно сравнить! Их можно сравнить, разве что, только с изумрудными глазами Макса. Я потрясла перед ним фантиком, а он устало зевнул и ушёл к тёплой батареи.
Меня вдруг осенило. Я растворила окно и принялась швырять в окно Макса камнями. Бедный Роки. Он не должен этого видеть.
Макс открыл.
– Макс! Райман! Райман!
– Что?
– Райман! – повторила я с восторгом.
– Что Раймон? Чего ты хочешь?
– Я назову его Райман!
– Кого? – Макс, кажется, совсем не понимал, о чём я говорила.
– Котёнка! Ведь он так на тебя похож! У него глаза зелёные! Не жалкое подобие, а по-настоящему зелёные! И ведь его шерсть чёрная, как и твои волосы! А когда я начала с ним играть, он зевнул и, развернувшись, ушёл спать! Это кошачий вариант тебя!
– Ты просто мстишь мне из-за того, что мою собаку зовут Фаер,- улыбнулся мне Макс.
– Нет!
Подул сильный ветер, и я поняла, что замёрзла. Я взяла ветровку, лежащую на кровати, и накинула её.
– Холодает. Зимой мы не сможем так разговаривать,- сказала я.
– Точно,- согласился Макс.
– Можешь мне сыграть что-нибудь?
– Тебе разве грустно?
– Да. Немного грустно.
– Ладно,- он добродушно улыбнулся, как всегда улыбается мне Дима, и ушёл за гитарой.
Вернувшись, Макс уселся на подоконник, бросил на меня выжидающий взгляд. Я молчала. Он вздохнул и спросил:
– Что тебе сыграть?
– Ту самую песню. Без названия.
– Самая худшая песня из всех, которые я умею играть.
– Может быть, но зато её написал ты сам, а не кто-то другой.
Он расплылся в довольной улыбке.
Кончилось тем, что Макс играл эту песню снова и снова, пока я не почувствовала, что мне не так уж и грустно. Я спустилась с подоконника. В этот момент подул сильный северный ветер.
– Спокойной ночи и до следующей весны,- поёжившись от холода, сказала я.
Нам придётся воздержаться от таких разговоров целую зиму.
– До весны,- усмехнулся Макс.
Я закрыла окно. Мне больше не было грустно.
Присев на пол, рядом с маленьким, задремавшим котёнком, я тихо сказала:
– Спокойной ночи, Райман. Уверена, что ты будешь хорошим котом.
========== Часть 19 ==========
Я пила отличный апельсиновый сок и чувствовала себя счастливой, а ещё немного несчастной. Счастлива я была из-за того, что передо
мной сидел Алекс. Несчастна я была по той же причине.Он пил тёплое молоко и рассказывал мне о том, что его бесит. Я внимательно слушала и с ужасом замечала то, как всё, что бесит его, начинает бесить и меня тоже.
– Бесит система, ужасно бесит, до пены изо рта,- говорил Алекс раздражённо. – Но ничего, мы ещё посмотрим, кто кого. Но самое худшее – это то, что пока мне нужно затаиться и тихо сидеть. А так хочется действовать!
– Да! – подхватила я оживлённо. – Ты говоришь, что что-то уже готово, но я ничего не вижу! А так хочется поскорее начать!
– Начать что?
– Не знаю! Но мы ведь что-то начинаем!
– Войну с системой?
– Назовём это так! – согласилась я.
– Война с системой,- Алекс произнёс это задумчиво,- а потом вдруг вскочил со стула. – Пойдём! У меня есть отличная идея! Ты занята этим вечером?
Я хотела посвятить сегодняшний вечер Диме и тригонометрическим задачам, которые я так и не научилась решать, но все мои планы тотчас отменились.
– Совершенно свободна! – сказала я, предвкушая веселье. – А что? Что ты задумал?
Ничего страшного нет в том, что я отменила все планы. Ведь Дима даже не был в них посвящён. Хуже было бы, если бы он, например, меня ждал вечером, а я не пришла. О! Он бы так разозлился, когда узнал, что я заменила вечер с ним на вечер с Алексом!
– Станем вандалами на один вечер,- улыбнулся мне Алекс, доставая из коробки баллончик с краской.
Потрясающе! Это именно то, что мне нужно!
Чёрт возьми, как же я люблю Алекса! Он ведь такой потрясающий! Знаете, это очень здорово, когда ты восхищаешься кем-то, с кем знаком лично. Я всегда знала, что это ужасно глупо, восхищаться персонажем книги или героем фильма. Какими бы замечательными персонажи и герои не были, но всегда есть один существенный минус. Они ненастоящие. Я ещё понимаю, когда восхищаются известными личностями, это уже имеет хоть какой-то смысл. Но, поверьте мне, самый лучший вариант, - это когда вы в восторге от кого-то, с кем можете поговорить. В восторге, как не странно, от обычно человека. От человека, который в целом мире не значит ничего. Человека, как и вы сами.
– Круто,- ответила я Алексу задумчиво и спокойно.
– Я ожидал более бурную реакцию.
Но реакции не было, я на него даже не посмотрела. Мне неожиданно стало совершенно не до этого. Сегодня я впервые была в комнате Алекса и только теперь догадалась, что нужно всё хорошенько рассмотреть. В углу у двери, там, где в комнате Макса обычно стоит гитара, у Алекса была бита. Бита!
– Это же так круто! – я взяла её в руки. – Всегда мечтала о бите!
– Зачем тебе бита? – он как-то снисходительно, словно к ребёнку, усмехнулся мне.
– Но ведь у тебя она есть!
– Так я ею периодически пользуюсь,- у него на лице появилась жестокая улыбка.
– Ну, уж нет! Я всегда мечтала о бите тоже! С битой и мир лучше, и жить проще!
– Как знаешь,- он снова усмехнулся.
Я ещё немного поразмахивала перед собой отличной и замечательной битой, а потом бросила её на кровать. Мне надоело.
– Так что мы будем делать этим вечером? – мы вышли из его комнаты.
– Знаешь, у нас в центре стоит здоровенный памятник Ленину. Меня это всегда раздражало. Напишем на нём что-нибудь.