Аполлония

– Да не любит он меня! Это совсем не то, к чему он привык. Я его просто заинтересовала. Ты же видел, как держится с ним Аполлония. Он растерялся. Но он любит ее!

– И тебя, – мгновенно откликнулся Бенджи.

– Ух! – прорычала я, складывая руки на груди. – Если твой бред и правдив, это не имеет никакого значения!

– А если имеет? Тогда он в любой момент может посадить тебя в свой корабль и увезти! От меня! Ты хоть представляешь, что я чувствую? У кого-то есть такая власть, такая сила, чтобы… уничтожить тебя?

– Мой отлет тебя бы уничтожил? – спросила я, в упор глядя на Бенджи.

Брови Бенджи сошлись у переносицы, все его лицо напряглось от гнева и тревоги. Он понял наконец, что такое прощание навсегда и как оно способно изменить человека. Изменить все вокруг.

– Я ведь вроде как люблю тебя, – призналась я.

Отчаяние на лице Бенджи сменилось удивленной улыбкой.

– Это правда?

Новые взрывы встряхнули горизонт. На этот раз ближе.

Доктор Зет провел по лицу дрожащей рукой:

– Они скоро доберутся до колледжей. Мы должны их предупредить. Я… мне нужен «Сильвер».

Я повернулась к профессору:

– Они слышат, что происходит. Но большинство людей из городка уехали на каникулы. А остальные успеют эвакуироваться до того, как вы туда доберетесь. А вы никогда себе не простите, если не убедитесь лично, что Брамбергера нет в этом здании. Или что он здесь.

– Я никогда себе не прощу, если студенты погибнут, не успев сбежать вовремя.

Профессор попятился на несколько шагов.

– Погодите! – воскликнула я, вскакивая.

Он повернулся ко мне спиной и зашагал к мопеду.

– Вас же убьют, доктор Зет! Доктор Зет, я с вами говорю! – закричала я.

Все равно в складах никто меня не услышит сквозь вой сирен.

– Позаботься о ней, Бенджи!

Он припустил почти бегом, хромая, и, как только исчез в высокой траве, новый взрыв, в два раза мощнее предыдущих, осветил небо так ярко, что я попятилась и прикрыла глаза рукой.

– Доктор Зет! – закричала я. – Вернитесь, черт побери!

В это время до нас долетела взрывная волна воздуха, трава пригнулась к земле, и я увидела, как доктор Зет толкает мопед к дороге.

– Ого! – воскликнул Бенджи. – Думаешь, они взорвали Кемптон?

Я покачала головой:

– Не могу сидеть здесь и ждать. Мы должны что-то сделать. Постараться остановить папашу Аполлонии, помочь Саю. Что-нибудь!

– Но мы ведь не можем просто помахать ручкой перед кораблем Хамока, если с нами не будет Сая или Аполлонии.

– Не уверена, что Сая будет достаточно.

– Почему?

– Потому что мой отец ничуть бы не успокоился, увидев тебя вместо меня.

Бенджи, похоже, это понравилось.

– Значит, бежим к складам?

Я сделала несколько шагов к двухэтажному бетонному зданию. Земля вздрогнула, отозвавшись на взрыв в нескольких милях от нас.

– Если бы в них стреляли, мы бы услышали даже сквозь сирены, – предположила я.

Бенджи вздохнул:

– У меня осталось немного патронов, но только скажи словечко…

– Говорю.

Мы побежали к складу, пригибаясь, устремились к боковому входу. Это была та самая дверь, в которую я проскочила, разыскивая Сая, – почти двое суток назад. Невозможно поверить, что прошло всего около сорока восьми часов. Казалось, я уже многие месяцы бегу, пытаясь спастись.

Я потянулась к дверной ручке.

Бенджи остановил меня:

– Слишком легко. Что-то не так.

– Могу поспорить, они оставили всего несколько человек при чертовом камне, а остальные отправились выяснять, что это за взрывы. Наверняка думают, это мы устроили, и даже представления не имеют, что столкнутся с Хамоком.

Бенджи оглянулся, посмотрел на огонь за деревьями:

– И никто не вернется…

Взрывы зазвучали ближе и стали чаще, все это больше напоминало приближавшуюся грозу, чем межпланетную войну.

– Кажется, нам нужно было отправиться с доктором Зорбой, – проговорил Бенджи.

– Но мы можем остановить Хамока отсюда, – возразила я.

Я повернула дверную ручку и потянула дверь и тут же застыла, потому что моего носа коснулся ствол пистолета.

– Спокойнее, – сказал Бенджи.

Его автомат ударился о землю.

Женщина, державшая пистолет у моего лица, прищурилась на меня, потом яростно уставилась на Бенджи.

– О! У тебя большие неприятности, – сообщила она.

– Заткнись, Брин.

Я брезгливо поморщилась:

– Это еще кто?

Бенджи вздохнул:

– Моя сестра.

Брин выпятила нижнюю губу, потом схватила меня свободной рукой за куртку и втянула внутрь, прижала спиной к металлической стене.

– Я сказал, спокойнее! – крикнул Бенджи и вошел за нами в склад.

Брин перевела пистолет к моему виску:

– Отец уже потерял все то уважение, что завоевал в «Великой дюжине» за двадцать с лишним лет, Бенджи. Так что не сходи с ума из-за этого дерьма!

На Брин был зеленый солдатский комбинезон и такого же цвета кепка, золотистые волосы связаны на затылке в хвостик. Высокие скулы и миндалевидные глаза делали ее похожей скорее на супермодель, чем на солдата. Ее безупречные зубы были такими же, как у Бенджи, и я задумалась: это наследственность или, будучи вторым поколением тайного подразделения ЦРУ, эти ребята созданы с помощью генной инженерии? В наши дни всякое возможно.

– Эй, со мной все в порядке, – сообщила я им обоим.

Брин улыбнулась:

– Да ты вообще ничто. И после этого дня можно считать, что ты никогда и не существовала. Так что будь хорошим призраком и заткнись, черт побери. Ты уже натворила достаточно, чтобы разозлить меня.

Я чуть сдвинулась с места, складывая вместе ладони, и одновременно выхватила у Брин пистолет и направила дуло ей в лоб.

– Ого! – воскликнул Бенджи, едва успев среагировать. – Это что такое?

Брин в первое мгновение попыталась ощутить в руках оружие, а потом выпучила глаза, осознав, что пистолета у нее нет, и тут же подняла руки.