Арена

— Ну, вперед? — вздохнула она, убирая руку с его плеча и чувствуя, что делать это ей совсем не хочется.

Первую машину вел Петр — и потому, что не хотел доверять свою «деточку» другому, и потому, что был отменным водителем. Во второй машине Женька, пару раз порывавшийся сменить Бориса, получил в лоб вопрос, хорошо ли он умеет держать баранку, и увял, уступив право порулить Трошину. В общем, когда прибыли на место, наиболее бодрыми оказались как раз Лика, мирно проспавшая почти всю дорогу, и Михаил. Одинцов изображал из себя бодрячка, но по нему было видно, что он еще не вполне отошел от смертельной раны: пусть от нее остался лишь свежий шрам, однако тело упорно желало считать себя дохлым. Лигов вообще не спал. Хотя его организм в корне отличался от земного, отдых ему требовался ничуть не меньше. Просто, кроме него, никто не мог разобраться в показаниях инопланетного прибора, помимо прочего служившего целеуказателем. Вот Дан и провел всю дорогу на переднем сиденье джипа, командуя Петру, куда именно ехать и когда сворачивать.

Покинув шоссе, они еще с час петляли, едва разбирая дорогу в темноте, по узким проселкам. Два раза джип садился в снег так, что вытаскивать его приходилось лебедкой при активном участии всех членов команды. В конечном счете, с первыми лучами солнца они были уже у цели.

Машины пришлось бросить — далее путь пролегал исключительно по бездорожью.

— Нам бы сейчас «Буран», — вздохнул Трошин, с тоской переводя взгляд с окружающих их сугробов на широкие охотничьи лыжи. — Четыре. Живо до места домчали бы.

— Ага, или вертолет.

— Это неправильное решение, — влез Лигов, пытаясь объяснить спутникам вещи, в объяснении не нуждающиеся. — Если воин услышит нас до того, как я блокирую управление его десантного модуля, он просто улетит. И поиски придется начинать с нуля. Вероятность того, что нам снова удастся его запеленговать, не слишком высока. По сути, саарт проявил неосторожность, позволив своим клонам выйти на связь до выполнения задания. Он себя демаскировал… И второй раз такую ошибку не повторит.

В ответ Трошин лишь пожал плечами. Все это уже было обсуждено, решение, хотя и неприятное, принято — теперь им предстояло тащиться один бог знает сколько километров по целине. Да еще волочь на спинах оружие, запас продуктов и аппаратуру Дана. Кстати, аппаратура порядком разочаровала: все предполагали увидеть перед собой диковинные миниатюрные приборчики, а на поверку оказалось, что установка для блокирования десантного модуля громоздка и похожа на результат деятельности какого-то Самоделкина. Теперь разобранный агрегат оттягивал рюкзаки мужчин, неспешно пробирающихся меж деревьев к одному Лигову ведомой точке.

Разумеется, Лика возмутилась такой дискриминацией — правда, никто ее слушать не стал. Трудностей хватало всем. Один лишь Борис, охотник со стажем, чувствовал себя в этих сугробах легко и свободно, чего никак нельзя было сказать об остальных. И все-таки постепенно они продвигались к цели.

Вчерашний день посвятили подготовке к полномасштабному наступлению. Местоположение десантного модуля прибор Лигова засек с точностью до нескольких метров. Максимум, что мог предложить Дан, — это обездвижить модуль. Что с ним делать дальше, никто не знал.

— Вашим оружием броню капсулы не пробить, — уверенно сообщил Дан, когда окончательно очнулся от спячки. Сон или медитация… в общем, то состояние, в котором он пребывал долгие часы, явно пошли ему на пользу. Вялость исчезла, он снова стал собранным, энергичным.

— А если его взорвать? — поинтересовался Малой. — Заложим десяток килограммов пластита… Можно небоскреб на воздух поднять.

— Небоскреб, пожалуй, можно, — согласно кивнул Дан. — А вот капсулу… Вы поймите, юноша, этот аппарат создан по стандартам, разработанным для боевых десантных модулей. К механическим повреждениям он устойчив почти абсолютно — кроме разве что атомной бомбы. У вас ее, случайно, нет?

— Совершенно случайно, — без тени улыбки ответил Евгений. — Если бы я мог попасть в лабораторию «Арены» на пару-тройку часов, что-нибудь подобное соорудил бы. Ну, не столь экологически грязное, но не менее мощное. Жаль, соваться в «Арену» сейчас нельзя.

— Вот именно… Я не представляю, что мы будем делать с саартом. Дело в том, что Служба не имеет права принимать решение о ликвидации инопланетного представителя без согласования с Центром. Даже в том случае, когда пришелец явно и нагло попирает основополагающие законы. Мы подаем заключение и рекомендации, далее в дело вступают совсем другие структуры, которые и принимают окончательное решение. Все, что у нас есть, — это оборудование для поимки, не более. А вызвать помощь из Центра я, как вы понимаете, не могу.

— Ваша база… та, основная — была единственной?

— В России — да. Есть еще две, но… я не могу с ними связаться. Коды и аппаратура для связи имелись только на главной базе, а там, думаю, не уцелело ничего.

— Непредусмотрительно, однако, — презрительно скривился Борис.

— Возможно, но поймите и нас. Сторожу маленького магазинчика не выдается на дежурство пулемет, спутниковый передатчик и два танка для поддержки. Вс.егда считалось, что Земля — захолустье, где никогда ничего серьезного не происходит. Я уже рассказывал Александру: события здесь случаются редко. В основном рутина, наблюдение, анализ, выявление тенденций, сухие рапорты… Или вы думаете, что наша жизнь сильно отличается от вашей? Никто не предполагал, что на планету прибудет десант Саарта.

— А ваши спутники? Вы же говорили, что каждый спутник имеет атакующие средства?

— Имеет, но он нам не подчиняется. Мы можем только получать с него данные, которые он сочтет нужным сообщить. Для пеленгации саарта я пользовался системой наблюдения спутника, но отдать приказ ему я не могу.

— А он, в принципе, может справиться с саартом?

— В принципе, он может вашу Луну на куски разнести, если его… мозг сочтет это совершенно необходимым. Но решения он принимает сам…

В общем, выдвигаться пришлось без плана дальнейших действий. Но что-то делать было все равно надо, поскольку нападений воин-саарт не прекратит. По крайней мере до той поры, пока не погибнет сам или не получит «отбой» от своего нанимателя. И восемь человек месили лыжами снег. Хуже всего приходилось, разумеется, Дану, который не отличался мощным телосложением, не имел должной физической подготовки и, кроме того, совершенно не умел ходить на лыжах. Поэтому расстояние, которое можно было бы преодолеть за пару часов, они шли все пять, порядком устали. Белые комбинезоны — Борис недолго думая поснимал их с трупов, которым бронекостюмы больше уже не нужны, и, немного поломавшись, все в них облачились — хорошо держали температурный баланс: в них было и не жарко, и не холодно. Но нервотрепка последних дней, сон урывками давали о себе знать.

Наконец Лигов остановил отряд — судя по его данным, до цели оставалось не более километра.

— Теперь следует двигаться особенно осторожно.

— А почему он вообще нас до сих пор не засек? — спросил Александр шепотом.

— Я вас прикрывал, — ответил Лигов, доставая из рюкзака очередную техническую диковинку. Как и большинство других предметов из его набора, прибор был на вид старенький, порядком потертый. — Эта штука создает помехи активным системам наблюдения. Но теперь мы достаточно близко, и саарт, если он принял все меры предосторожности, может нас увидеть или услышать.

— И что делать?

— Дальше должен идти кто-то один. Индивидуальная защитная система у меня, к сожалению, в единственном числе, и ее ресурс очень ограничен. Энергопакета хватит максимум на полтора часа.

С этими словами он, расстелив на снегу что-то вроде тонкого одеяла, выложил на него угловатую железку. Повинуясь команде, остальные тоже извлекли из рюкзаков части устройства-подавителя. Предполагалось, что, будучи включенным, оно сможет нейтрализовать всю электронику посадочной капсулы. Собирая прибор, Лигов попутно объяснял его происхождение — может быть, просто чтобы дело спорилось.