Башни Эквеллора

— Если я знаю что-то нужное для тебя, Моррайт, я с радостью расскажу, — эльф церемонно склонил голову, хотя Мист сильно подозревала, что он чувствовал себя ничуть не более в своей тарелке, чем она сама.

— Ты тер-Ианде, недоучка, то есть, — Мист сложила руки на груди, чувствуя в них остаточный гул магии. — Ничего особенного по части знаний я от тебя не жду. Однако, ты тут прочно окопался, замок строил, народ морочил, ЛЛоединн поклонялся…так что мне нужны факты.

— Да, Моррайт, — с готовностью и некоторой опаской отозвался эльф, а Торрен важно покивал, тоже складывая руки на груди. — Что ты хочешь узнать?

— Ты сказал, что лед призван именем ЛЛоединн. Артефакт имел к ней отношение? Кстати, а как правильно, Меката или ЛЛоединн?

— Меката это титул, — объяснил Эрил, сложив руки вместе на уровне талии и трепетно заглядывая в глаза Мист. — Милостивая. ЛЛоединн, это имя великой богини Смерти, что обитает в Домене Холода за гранью мира.

— Кажется, мы все таки отыскали справочник, — крякнул Торрен. — Вот как называется это сучье место, где мы чуть не сдохли! Домен Холода.

— Какие еще есть… домены? — спросила Мист, внутри себя уже прикидывая ответ из догадок.

— Эй, нет, нас не это сейчас волнует, — перебил открывшего было рот эльфа Торрен. — Нас волнует артефакт. А научные изыскания подождут.

— Ага, подождут, до тех пор, пока источник знаний опять окочурится каким-нибудь неестественным образом? — возмутилась Мист, но, соглашаясь с прагматичным подходом Торрена, вздохнула. — Ладно, артефакт. Откуда он, что он делал и каким образом?

— Это был жезл, видимо, принадлежавший ар-Дэйдрэ ЛЛоединн, — скованно, словно ученик на уроке, рассказал Эрил, переводя взгляд с одного на другого и не понимая, кажется, с одной стороны, почему он испытывает необходимость подчиняться, а с другой — горя желанием помочь. — Он приоткрывал врата Домена, рассекая свет и ветер, выпуская стужу.

— Уже интересно, — покивала Мист, делая мысленную заметку. — И убирал следы мороза тоже.

— Тоже, — подтвердил эльф.

Мист задумчиво потерла подбородок.

— А ЛЛоединн отвечала на твои, гм, молитвы? Ты же обращался к ней здесь?

— Ее демонесса отвечала, — с некоторым внутренним сопротивлением ответил Эрил.

— И чем демонесса не угодила?

— С ней трудно иметь дело, — признался эльф. — Она знала, что я не маг и не дэйдрэ, и могла меня выдать. Кроме того, это сильно истощало посох, требовалось потом много жизней, чтобы его зарядить. Поэтому я берегся, и вызывал ее только тогда, когда нужно было явить чудо для подкрепления веры.

— Вот по поводу веры я б с тобой еще поговорила, проповедник ты наш, — сурово сказала Мист. — Вызывай ЛЛоединн, или демона, или кто там у тебя. Ты хотя бы имя ее знаешь?

— Нет, — покачал головой эльф, обводя взглядом зал, словно впервые и делая неуверенный шаг к центральной части со шпалерой и ледяным пъедесталом. — Я зову Мекату ЛЛоединн, но она никогда не покидает своего Домена, как и остальные хранители, поэтому вместо нее на зов приходит ее слуга. Так всегда было.

— Так и та, с глазами, — подтолкнул Торрен локтем подругу. — Жаба. Да? “За строками я скрыта”.

— Да, та точно так же. Только она служит Дее Дилинге, — отозвалась девушка, наблюдая за тем, как Эрил с крайне сосредоточенным лицом поддергивает рукава своей хламиды, тщательно подвязывая их веревочками, и кладет голые запястья на острые выступы на пьедестале.

Его лицо сделалось отрешенным, он надавил вниз, и по ледяным выступам заструилась кровь. Торрен открыл рот, произнес какой-то неопределённый звук, но передумал комментировать, сказал только:

— Надеюсь, у тебя есть в запасе трюки по обращению с демонами холода.

— На Мист надейся, но сам не плошай, — посоветовала девушка, старательно снаряжая Вейларисов наследный арбалет. Она далеко не была уверена в том, что болты и секиры хоть как-то смогут повредить местному аналогу Камии. Вернее, она была уверена в обратном, и куда больше полагалась на свои обрывочные знания и прошлый успех, чем на верную сталь.

Тем временем кровь эльфа продолжала течь, обрисовывая узор на пьедестале, состоящий из тонких переплетенных линий, похожих на сетку вен и сосудов, пока не заполнила все лакуны целиком, достигая пола. Эрил, словно чувствуя это, в ту же секунду воззвал к ЛЛоединн, произнося нужные слова на эльфийском, и узор на секунду вспыхнул розовато-голубым огнем.

— Эх, тетрадочки-то нет, записать! — посетовал Торрен, занимая стратегическое положение рядом с Мист и с интересом наблюдая, как угасают линии узора. — И что? — спросил он, наконец, подустав ждать чудес. Пьедестал погас, но Эрил не менял своего положения, что намекало на то, что, возможно, не все еще потеряно и чудо, все-таки, свершится. А потом он медленно осел на пол, словно тряпочка, и Мист, дернувшись к нему, выругалась:

— Пепел в душу, опять? Я ж говорила, сдохнет он, опять ничего спросить не успею!

— Спроси … меня, — раздался сбоку приглушенный, насмешливый голос и приключенцы, не слышавшие оттуда никаких звуков до того и не видевшие движений, оба резко развернулись, а Торрен, кажется, даже икнул от неожиданности.

Там стояла, окруженная бледными летающими снежинками, бледная дама в длинном, стелющемся по полу черном платье, с изысканным меховым рыжим воротником, того же цвета, что ее волосы и глаза.

— Глядь, ну ничего себе, они их специально, что ли, отбирают на мужскую погибель? — не удержался от комментария Торрен.

— А ты как думал-то? — огрызнулась Мист, которую занимали более важные вопросы, чем внешний вид демонессы, которая явно забавлялась их диалогом.

— Уж не головой, — охотно признал парень, не слишком вежливо пялясь на званую гостью.

— Кто звал меня, ослаб. Но он звал для тебя, не правда ли? — спросила та, обращаясь к Мист и воротник упал с одного ее плеча, изгибаясь и застывая, подрагивая, так и не упав ниже.

— Не воротник, — сказал Торрен.

— Ни разу, — согласилась Мист и обратилась к демонессе. — Он звал для меня. Это мне нужно знать, как убрать отсюда, скажем так, благословение ЛЛоединн.

Демонесса выгнула бровь — и свой лисий хвост, тоже, и смерила Мист насмешливым взглядом, улыбаясь ей краешком алых губ.

— Я могу. А что ты дашь мне? Этого, — она указала на бесчувственного Эрила, мешком лежащего на полу. — Не возьму. В нем Тьма из мест дальше, чем мой дом. А тот, — демонесса сморщила изящный носик, изучая Торрена. — Пахнет Багровым магом. Ни один уважающий себя демон не станет жрать такое.

— Что, такие невкусные? — приободрился Торрен, подувявший было под пристальным оценивающим взглядом. Его даже не напугала сентенции о тьме и необходимости искать другую жертву.