Башни Эквеллора

— Нет, — ответила демонесса коротко, и ее хвост дернулся вверх и вниз.

— А что ты приемлешь в качестве жертвы? — спросила Мист, просчитывая что-то в голове. Меката ЛЛоединн была богиней холода и физической смерти, и вряд ли хотела бы в подношениях что-то живое.

— Плоть и кровь, — демонесса облизнула алые губы алым кончиком языка, выжидающе глядя на приключенцев.

— Дохлики годятся? — тут же деловито уточнил Торрен. — А то у нас их много. Не соврать бы, двадцать четыре, что ли.

— Давайте, — милостиво разрешила она, сопроводив слова легким кивком аристократической головы. От этого движения Торрен впервые обратил внимание на то, что за искусно уложенными на висках волосами отсутствуют человеческие уши, зато в кудрях высокой прически прячутся кончики рыжих лисьих ушей.

— Здесь кушать изволите, лэри Лиска? — уточнил он.

Демонесса выгнула бровь и сдержанно хихикнула, принимая шутку.

— Нет, заберу с собой, для маленьких и больших лисят, — сказала она. — А то вы, ваэрле, слабонервны до неприличия, и пристойная лисья трапеза может вас смутить так, что не оправитесь.

— Иди, — подтолкнула Мист Торрена, готового препираться до бесконечности. — Тащи сюда Пушковых жертв.

— Раскомандовалась, сама бы дохлятину и таскала, — пожаловался в пространство Торрен, но понуро двинулся на выход.

Мист глянула на все еще неподвижного Эрила и твердо посмотрела на демоницу.

— С ним все в порядке? Он каждый раз так отключатся?

— Этот темный вызывал меня в первый раз. До того был другой, но похожий на вкус. Его звали Келэб, Эрил из рода Рахиллар, и его кровь был пресной, как у всех, лишенных какой-либо силы.

— Этого зовут так же. И, в общем, это тот же экземпляр. А что, “на вкус” он другой?

Демонесса покачала головой.

— У него может быть память того, прежнего, и его лицо, но по сути, нутром, и, да, вкусом он другой. И это твои следы на нем, ты его пожрала и, переварив, выплюнула обратно в мир новым. В этом он твое дитя, и дитя той Тьмы, что за пределом.

Мист ужасом посмотрела на свою собеседницу и снова на бесчувственного Эрила.

— Каникулы еще толком не начались, а я уже кругом пересолила, — с явно различимым сарказмом сказала она.

В этот момент Торрен, пыхтя, приволок первые два тела, держа их за ноги, и, кинув на полу, укоризненным взглядом смерил тунеядцев. Однако, совесть ни у кого не проснулась, так как один из тунеядцев был без чувств, вторая — демоном, а третья — Мист. Осознав вопиющую несправедливость мира и свою неспособность с ней бороться при текущих обстоятельствах, парень со вздохом отправился в новый рейс.

— А как твое имя? — нарушая молчание, воцарившееся вслед визиту Торрена, сказала Мист.

— Демоны не открывают имен просто так, — кокетливо ответила ее собеседница, поправляя яркий рыжий локон на груди белоснежной рукой с острыми и длинными черными когтями. — Но ты можешь догадаться.

— Ясен свет, могу, — согласилась Мист. — Если ты можешь дать подсказку.

— Могу. Но хочу ли?

— Вы, демоны, любите играть в загадки и догадайки, — фыркнула Мист, складывая руки на груди. — И я тоже люблю.

— Это потому, что ты Багровый Маг. А я сама — магический трюк.

— Да уж. Кто больший трюк, чем демоны? — мягко фыркнула Мист, наблюдая, как сопящий Торрен возмущенно втаскивает в храм очередную пару трупов, бесцеремонно тягая за конечности. — Тор! Эй, отвлекись. Зарядку для мозгов хочешь?

— А? Глядь, я на что-то еще тебе гожусь, кроме как трупы таскать?

— А то.

— Ну, давай, — он отряхнул руки и встал, упираясь кулаками себе в бока и потягиваясь всем телом.

— Переведи на эльфийский “магический трюк”.

— Э…Маэлисс, что ли? — он начал перекатываться с пятки на носок, покачиваясь, но лицо его застыло в напряжении, выдавая мучительную работу мысли.

— А если точнее?

— Амаэриллис, — наконец, гордо вспомнил он. — А это ты к чему, стесняюсь спросить?

Демонесса на секунду распространила вокруг себя облако разгневанного холода, но моментально успокоилась, Торрен, стоявший подальше, даже не успел покрыться инеем, а Мист только непроизвольно стряхнула тонкую белую снежную крошку с рукава.

— Это была насмешка, — укоризненно сказала демонесса своей собеседнице. — Дескать, даже тер-Маэрэ, недоучка, угадает мое имя.

— Это просто подсказка была жирная. Не надо считать ваэрле глупее, чем они есть, — отозвалась Мист. — Может, сама соберешь тела по замку, Амариллис?

— Так это тебя, лэри Лиска, так зовут? — радостно догадался Торрен. — Вот зря ты Моррайт моей подсказки даешь. Всем своим так и передай — подлая подземная колдунья угадает любое ваше имя с одной подсказки, будьте осторожны. И все такое.

— Моррайт? — демонесса выгнула брови. — Значит, ты — Моррайт?

— Нас таких много, — уклончиво ответила Мист.

— Нет. Моррайт — одна, в прошлом и будущем, — Амариллис свела свои рыжие брови, ярко выделяющиеся на бледном лице и приподняла руку, украшенную темными прочными когтями вместо ногтей. От нее потянуло замогильным холодом ее Домена, и притащенные Торреном тела стали, подрагивая, обрастать коркой льда, а из распахнутых дверей в основную часть замка подул сильный ветер, полный ледяных колючих снежинок. Мист поежилась, и Торрен передернул плечами, а Эрил на полу заворочался, приходя в себя. — Неси мне мертвых, что мне обещаны, ветер, — проговорила демонесса, заставляя ветер усилиться, и через буквально несколько биений сердца Мист едва не подпрыгнула, потому что в дверной проем, переваливаясь, неловко, нелепо, стали вламываться остальные трупы, многие — с безвольно болтающимися головами, все — покрытые следами от торопливого перекуса Зубов Тьмы. Они медленно шли, на ходу обрастая льдом, и ветер, врываясь в пустые рты, свистел в связках и легких, порождая нечеловеческий, мертвый вой.

Мист старательно стояла, не делая ни шагу назад, понимая, что взгляд демонессы обращен на нее, и это именно ее стойкость и уверенность она оценивает таким образом.

— Отличный способ транспортировки, — похвалила Мист сдержанно.

— Бери на заметку, Моррайт. Жертвы должны приходить сами, а враги — превращаться в слуг. Таков завет ЛЛоединн.

— Только вот Багровые маги живут по своему, — уверенно сказала Мист.

Трупы начали валиться один на другой, не дойдя до стоящих у пьедестала демонессы и девушки, и тоже начали стремительно зарастать коркой льда.

— Это правда, — немного отсутствующе согласилась демонесса. — Мейли именно так и говорил.

— Ты его знала, — пожевав губу, сказала Мист, пытаясь отвлечь себя от неаппетитного зрелища смерзающихся в голубой и серый лед останков.

— Все жители Доменов знали его, — уклончиво ответила она. — Знали и уважали, и раз ты теперь Багровый маг вместо него, тебе следовать его стопам и новый путь прокладывать туда, куда его пепел не носил.

— Или носил, — проворчала Мист, кривясь. — Что я наделала с тем эльфом? — она махнула рукой на слабо шевелящегося Эрила.