Бездна

— Пошли, — сказал он, — все уже ждут, — и первым двинулся к лестнице.

Когда Джон поднялся по ней, люк над его головой, среагировав на датчики движения, открылся, а после того, как оба мужчины оказались на втором уровне, закрылся за ними. Здесь было автоматизировано каждое действие, и все это было направлено на обеспечение максимальной безопасности. Все секции были изолированы друг от друга, и люки открывались лишь тогда, когда на лестнице между ними оказывался кто-то из членов экипажа. В случае возникновения экстренной ситуации или сбоя в работе системы жизнеобеспечения люки автоматически блокировались.

Выбравшись из люка, Фердинанд с гордостью оглядел свои владения. На втором уровне располагались лаборатории: климатическая, биологическая, геологическая, медицинская и даже археологическая. Здесь же находился и крохотный медицинский пункт. Выше, на третьем уровне, размещались спальные отсеки, кают-компания, комната отдыха и ванная.

Фердинанд никак не мог согнать улыбку с лица. Наконец-то «Нептун» готов к работе, и на нем уже появились первые обитатели! Кортес заглядывал в лаборатории и принимал поздравления работавших там ученых. Он улыбался, раскланивался и продолжал идти к собственной епархии — геофизической лаборатории. Джон шел рядом с ним.

— Не можешь и минуты отдохнуть? — спросил он.

— Нам не до отдыха, — ответил Кортес, — особенно сейчас, когда зануда Спенглер куда-то убрался. Он не давал мне спокойно жить с момента нашего появления здесь. Теперь, когда мы хотя бы ненадолго отделались от этого засранца, нужно воспользоваться представившейся нам возможностью.

Фердинанд сел на привинченный к полу стул перед гладкой консолью, нажал на кнопку, и металлическая поверхность разделилась на две равные части, которые раздвинулись и беззвучно убрались в боковые продольные пазы, открыв взгляду ученого целый набор компьютеров, мониторов и прочих электронных устройств.

— «Персей» — около кристаллической колонны? — спросил он.

— Да. Лейтенант Брентли находится там около часа и уже начинает нервничать. Он даже собирался самостоятельно взять образец материала, мы его едва отговорили.

— Правильно сделали! Я должен сам наблюдать за этой операцией.

— Аудиосвязь с Брентли — по четвертому каналу, видеоизображение подается на третий.

Фердинанд активировал соответствующие каналы и вывел изображение на центральный монитор.

— «Персей», говорит «Нептун». Вы меня слышите?

— Да, «Нептун», — откликнулся лейтенант Брентли, — слышу вас четко. Охлаждаю двигатели.

Фердинанд отрегулировал видеоизображение на экране и удивился его четкости. Мини-субмарина находилась примерно в десяти ярдах от кристаллической колонны, граненая поверхность которой заполнила теперь весь экран. На гладких гранях отчетливо виднелись странные серебристые письмена.

— Вы сняли на видео всю колонну? — Да, все отснято и записано. Готов приступить к отбору образца.

В голосе пилота подлодки слышалось возбуждение.

— Я ценю ваше терпение, лейтенант. Мы тоже готовы, поэтому давайте начинать. Постарайтесь взять образец материала таким образом, чтобы не повредить надписи.

— Есть, сэр. Я хорошо изучил колонну. На ее верхней части надписей нет. Взять образец оттуда?

— Да, это было бы великолепно!

Фердинанд наблюдал затем, как «Персей» начал по спирали подниматься к верхней оконечности сорокаметровой колонны.

— Я попытаюсь взять кусочек материала с самого кончика обелиска, — раздался голос пилота.

По мере того как подлодка приближалась к колонне, в динамиках все более назойливо слышалось шипение помех.

— Будьте осторожны!

Видеоизображение тоже стало ухудшаться, по экрану побежали волны, возник так называемый эффект белого шума.

— Осторожнее! — снова предупредил Кортес. — Мы не знаем, насколько хрупок этот шпиль.

В ответ послышалось всего несколько разрозненных слов, прерываемых шумом помех:

— Странно… дрожит… не слышу… Джон прикоснулся к плечу Фердинанда.

— Вероятно, связи мешает излучение кристалла. Помнишь, о них сообщал в своих отчетах пилот субмарины того спасательного судна?

Фердинанд кивнул. При мысли о том, что сделает с ним Спенглер, если с военной подлодкой что-нибудь случится, по его коже пробежал холодок.

Титановый манипулятор потянулся к верхушке колонны, намереваясь отколоть от нее кусок кристалла. Все происходило как в замедленной съемке.

— Первое в истории человечества подводное обрезание, — пробормотал Джон.

Фердинанд пропустил шутку друга мимо ушей. Он почти не дышал.

Клешня манипулятора сомкнулась на конце кристаллического шпиля, и из динамиков неожиданно отчетливо послышался голос Брентли:

— По моему, у меня…

Видеоизображение замерло, словно кто-то при воспроизведении записи нажал на кнопку паузы. Ученые недоуменно переглянулись. Фердинанд постучал по экрану. На долю секунды ему показалось, что подлодка на нем исчезла и тут же вновь появилась. Так же внезапно видеоизображение на экране ожило, и голос Брентли договорил незаконченную фразу:

— …получилось.

Субмарина дала задний ход и стала пятиться от колонны. В ее титановой клешне был зажат обломок кристалла.

— У него получилось! — ликуя, произнес Фердинанд.

— И черт с ними, с глюками! — со счастливым видом добавил Джон.

Помещение огласили радостные вопли других ученых, наблюдавших за происходящим, но они разом умолкли после того, как станция начала содрогаться. Захлопали двери, с полок посыпалось оборудование.

— Землетрясение! — крикнул Джон.

Из других лабораторий тоже послышались испуганные вопли. По стеклу монитора разбежалась паутина трещин, и изображение «Персея» пропало.

Джон метнулся к иллюминатору.

— Если разойдутся швы…

Фердинанд осознавал степень угрозы. Давление на глубине шестисот метров составляло полтонны на квадратный дюйм. Стоит появиться хоть одной трещине на корпусе, это будет означать мгновенный конец.

Взвыли сирены тревоги, повсюду замигали красные лампы, предупреждающие об опасности.