Чехова, 16
Шрифт:
«Да, дружище, – сказал он мысленно, – не знаю каким чудом, но мы сделали это. Погоди… А где Дервуш?»
Сеня оперся на подлокотник кресла, выпрямился, с трудом разогнув спину, и увидел своего друга лежащим на оттоманке.
«Он был очень плох, когда вы добрались, – Голос Джея в секунду лишился всяких красок и стал крайне серьезным. – Мальчишка потерял много крови. К счастью, рана хоть и значительная, но не смертельная…»
Сеня подошел поближе и осмотрел Дервуша с разных сторон. Его лицо было серым, как свечной воск, слипшиеся от пота рыжие волосы, падали на глаза. Нагская рубашка, подаренная стариком Гроком, вся бурая от запекшейся крови, оказалась задрана вверх.
«Я не очень силен в лечебной магии, – признался Джей. – Так что пришлось повозиться с заклинаниями. Думаю, через пару дней он уже встанет на ноги»
– Спасибо, – вслух сказал Сеня и похлопал себя по груди: – И за это тоже. Ты отлично справился.
«Пустяки, – отмахнулся Виджей. – Признаюсь, если бы не рыжий ловкач, лечить было бы некого»
Сеня нахмурился и перевел взгляд на камин. Из груды догоравших головешек торчали лоскуты синей жилетки Дервуша. Сеня напряг память, вспоминая последние мгновения на Пани-локе. И спросил:
– Что ты нашел у него в кармане?
Виджей глубоко вздохнул и ответил:
«Порой обстоятельства складываются таким образом, что невольно начинаешь верить в судьбу и удачу. Мы все должны были умереть в том проклятом лесу, но нам повезло. В потайной складке жилетки лежало тонкое проволочное кольцо с голубым камнем. Чья-то семейная реликвия, видимо. Артефакт. Этого заряда хватило, чтобы восстановить мои силы. Уж не знаю, где мальчишка его стащил, но если бы не он…»
Сеня вдруг вспомнил момент, когда они только познакомились к Гроком, и тот вел их через заброшенные дома к себе в особняк.
– Ах, ты ж рыжая морда… – прошептал Сеня, улыбнувшись.
«И еще… – неуверенно начал Джей, запинаясь. – Хочу поделиться с тобой для ясности картины…»
Сознание Сени уловило целый букет разрозненных эмоций – от радости и неловкости, до скрывавшегося где-то в глубине страха.
«Что-то не так?» – настороженно спросил он, мысленно коснувшись Виджея.
«Я просто… Просто не могу поверить, что это происходит. За долгие годы на Земле я потерял всякую надежду. И даже когда ты уговорил меня рвануть на Бекара-локу, я не думал, что у нас что-то получится. Я полагал, мы умрем где-то там, в песках, и на этом все – конец. Я не надеялся на чудо. Но оно случилось. И вот мы здесь, на берегу священной Ямуны, купаемся в золоте небес. Мы так близко к цели, что мне становится страшно. Понимаешь?»
«Я понимаю» – кивнул Сеня.
Джей немного помолчал и добавил:
«Ты уж прости, Сенька. За то, что не верил в тебя. Ты столько преодолел ради меня. Прошел через боль, страх, усталость. Ты рисковал жизнью, чтобы помочь мне, хотя даже никогда не видел мою физиономию вживую. И я… я наверно сам не осознаю, насколько благодарен тебе за все это»
«А я благодарен тебе, – мысленно поклонился Сеня. – За эти приключения. Ведь если бы ты не уговорил меня остаться в день нашего знакомства, я бы сейчас был никем, простым детдомовским мальчишкой. К тому же… – Он сконфузился и посмотрел в пол. – Тебе незачем извиняться, Джей. Ведь, честно сказать, я и сам не очень-то верил, что мы доберемся дальше следующего перекрестка по улице Чехова. Мной двигал лишь страх. Я скорее пытался убежать от ужасов своего прошлого, чем помогал тебе. Так что… мы квиты, друг»
Легкий порыв ветра шагнул в комнату через дыру в стене, принеся с собой запах реки и прогретого на солнце песка. Горка выпавшей из камина золы закружилась по половицам в грациозном фуэте.
Сеня
прочистил глотку, но избавиться от першения это не помогло. Теперь ко всему прочему у него зудело в глазах, а кожу стало как-то странно пощипывать.– Что за черт… – просипел он, почесываясь. – Мне чего-то нехорошо.
«Выйди на улицу, отдышись» – коварно усмехнулся Джей.
Сеня хмыкнул, но расспрашивать ничего не стал. Огибая завалы разбросанных вещей, он спустился на первый этаж и почти сразу наткнулся на толстую нагскую стрелу, торчащую в дверном косяке. Еще пара наконечников насквозь пробила и без того пострадавшую входную дверь. К счастью, на этом разрушения заканчивались.
Морщась от нарастающего дискомфорта во всем теле, Сеня вышел на крыльцо, потянул затекшие суставы и вздохнул полной грудью. А в следующий миг уже согнулся пополам от сильного кашля. Легкие будто бы разом наполнились битым стеклом. В глазах проступили крупные слезы, голова пошла в пляс.
– О-ой, – выдавил Сеня, падая со ступенек на землю.
«Спокойно! – скомандовал Джей уже серьезно. – Дыши, просто дыши»
Порядком напуганный происходящим Сеня, сначала запаниковал, но с подачи Виджея взял себя в руки. Он встал на четвереньки и постарался расслабиться. Небольшими глотками пробуя местный воздух, он постепенно выровнял дыхание.
«Отлично, – продолжил Виджей. – Вдох и выдох. Не торопись… Вот так…»
Сеня тонкой струйкой втянул в себя следующую воздушную порцию, подержал ее внутри и плавно выдохнул. Потом повторил то же самое несколько раз. Постепенно жжение в груди исчезло, хотя тело стало чесаться еще больше.
«На Сона-локе более тонкая архитектура пространства, – пояснил тем временем Виджей. – Так что, находясь здесь, ты будешь чувствовать все несколько… иначе. К этому восприятию надо привыкнуть»
– Угу… – простонал Сеня, утирая пот и слезы с лица.
Отдышавшись пару минут, он попробовал подняться и от неожиданности завалился на стену дома. Тело вдруг приобрело удивительную легкость. Мускулы наполнились силой и тонусом, а голова закружилась от притока обогащенной кислородом крови.
Сеня часто заморгал, а потом с удивлением обнаружил, что зрение обострилось до предела. Словно кто-то разом удвоил детализацию мира, заодно выкрутив ручку яркости на максимум. Картинка стала настолько живой и сочной, что мозг просто отказывался в это верить. Каждая песчинка на берегу, каждый блик на воде, каждый листок на деревьях – все виделось с одинаково превосходной четкостью и насыщенностью.
Выпучив глаза, Сеня отлип от стены, прошелся пружинистым шагом по усыпанному валежником песку до ближайшего дерева и засмотрелся на его ствол. Испещренная неровностями кора напомнила древнюю карту какой-нибудь гористой местности с проложенными среди скал торговыми путями.
Сеня улыбнулся этой мысли и поднял взор на листву. В белом свете солнца, зеленый цвет распадался на десятки оттенков – от нежно-салатового, до малахитового. Ленивый ветерок плавно запускал в крону свои невидимые пальцы и заставлял каждый листочек трепетать в уникальном танце, рождая потрясающую игру света и тени.
Насытившись этой картиной, Сеня закрыл глаза и погрузился в богатый мир местных звуков. Причудливо пели звонкоголосые птицы, искристо журчала река, сладко шептала потревоженная ветром листва, загадочно шелестел песок, гонимый волнами… Обостренное восприятие не просто усилило способность слышать, а неописуемо видоизменило ее. Звуки стали как будто бы полными, объемными – касаясь сознания, они приобретали вес и фактуру. Думалось, что до них можно дотянуться, потрогать их и даже попробовать на вкус.