Чехова, 16

Дервуш поспешно затушил дымящийся рукав и крикнул:

– Сеня, кольчуга!

Сеня тряхнул головой. От удара все плыло перед глазами, а во рту скопилась вязкая слюна. Простонав, он заставил себя встать и потянуться к сумке.

Едва он развязал узел, как кусок королевской брони сам выпрыгнул наружу и прилип к кристаллу. Кольчуга вспыхнула золотом, а место, куда она попала начало медленно темнеть.

Отдуваясь, Сеня утер с лица пот и оглянулся на друга.

Дервуш петлял по начищенному мозаичному полу, как полоумный кузнечик. Горстка потрепанных призраком монахов гналась за ним, то и дело спотыкаясь о полы собственных одежд. Надо заметить, нагские послушники не отличались ни проворством, ни выдающейся силой, присущей воинам-змеям. Зато эти сушеные ящерицы были весьма сведущи в магии. Изредка они швыряли в мальчишку сгустки заклинаний, но попасть в него им никак не удавалось.

– Дьявол… – Сеня осмотрелся, пытаясь сообразить, как выбраться наружу.

Аура гигантского кварца была полностью замкнутой, оставался лишь один вариант – полый булыжник, наполовину торчащий из купола. Рельсы алтаря сильно погнулись, и вытолкать заколдованный камень обратно не представлялось возможным. Но Сеня все же попытался. Уперевшись спиной в пьедестал, он постарался сдвинуть жертвенник с мертвой точки. Шарниры заскрежетали по плиткам, но так и не встали в колею.

Едва Сеня ослабил напор, чтобы отдышаться, как перед камнем очутился Дервуш:

– Ну, ты уже закончил?

Сеня оглянулся на кристалл. Тот неспешно покрывался темно-синими сгустками, словно стакан чистой воды, в которой по капле добавляют густые чернила.

– Э-м-м, – затянул он, – процесс пошел.

– Круто… – фыркнул Дервуш.

Прямо за его спиной возникла коренастая фигура облаченного в алый балахон монаха. Он оскалился и вскинул тяжелый посох с набалдашником в виде змеиной головы.

– Берегись!!! – рявкнул Сеня.

Дервуш среагировал мгновенно. Наверное, он и сам не успел понять, что произошло, а машинально подчинился порыву и вжался лицом в алтарь.

Воздух взорвался ослепительными искрами. Нечто, похожее на огромный бенгальский огонь, пронеслось над камнем, вмиг проплавило защитную ауру кварца и ударилось в золотой пьедестал. Бусины расплавленного металла, шипя, разлетелись в стороны.

Не ожидавший такого, Сеня успел лишь чуть податься в бок, но именно это и спасло ему жизнь. Невыносимый жар лизнул его раскаленным языком и опрокинул на спину. Левое плечо отозвалось жгучей болью, в пояснице что-то нехорошо хрустнуло.

Удар об пол выбил весь воздух из груди и сдавил легкие спазмом. Пока ошарашенный мозг пытался вспомнить, как дышать, Сеня поднялся на четвереньки и взглянул на мальчишку.

Дервуш оказался цел и невредим. Разве что волосы на затылке встали дыбом и задымились.

– Ух ты! – просипел он, посмотрев на жезл. – Я тоже такой хочу!

Сквозь рваную дыру в магическом поле было прекрасно видно, как использовавший оружие монах кинулся в рукопашную атаку. Вскинув посох, он попытался сдавить мальчишке горло, но тот вовремя перехватил древко и уперся в алтарь локтями.

Откашливаясь, Сеня взглянул на кольчугу и смачно выматерился севшим голосом. На месте древнего артефакта теперь красовалась клякса расплавленной стали, лениво стекавшая вниз тонкими струйками. Блокирующая магия Грока сходила на нет, и кварц постепенно начинал возвращать себе прежнее сияние.

Эта новость быстро привела Сеню в чувство. Он взобрался по еще горячим обломкам пьедестала и осмотрел место удара. К его удивлению, одна из чешуек брони уцелела и вонзилась в кристалл, оставив в нем крохотную трещинку.

– Сеня… – позвал Дервуш, силясь отнять посох от своего горла. – Ты там не очень занят?

Думал Сеня недолго. Выхватив меч, он что было духу ударил балансиром по торчавшей чешуйке. Кварц хрустнул. Толстый пролом, словно молния в безоблачном небе, пополз по кристаллу вверх, разделяясь на десятки более мелких трещин. А сам исполинский артефакт замерцал, как сломанная неоновая лампа.

Вид разваливающейся на куски святыни поверг монахов в ступор. Даже душивший мальчишку здоровяк с посохом застыл с открытой пастью.

Сеня воспользовался этим моментом. Рыбкой нырнув через дыру в ауре, он оттолкнулся от жертвенника и полоснул монаха клинком по горбу. Тот взвыл от боли и ослабил хватку. Дервуш вывернулся и ударил противника ногами в грудь, прихватив при этом магический жезл.

Поднявшись, ребята прижались спина к спине, выставив перед собой оружие. Медленно приходящая в себя монашеская братия постепенно зажимала их в кольцо.

– А чего мы стоим-то? – не оборачиваясь, спросил Дервуш.

– Э-э-э… – протянул Сеня, рассматривая оскалившихся врагов. – Я просто хотел убедиться, что пора бы бежать.

– Я думаю, пора, – отозвался мальчишка.

А в следующее мгновение храм хорошенько тряхнуло. Кристалл угас, осыпаясь громадными стеклянными глыбами. Своды зала надломились, роняя куски камней, а мозаичные полы разошлись крупными разломами. Огромная нефритовая плита, отколовшаяся от стены, с грохотом погребла под собой оказавшихся рядом с ней змеев. Стоявшие в опасной близости монахи с криками бросились врассыпную.

Вмиг просторный молитвенный зал превратился в кашу из мелькающих змеиных тел, сверкающих остатками магии кварцевых осколков и осыпающихся пылью камней.

– Бежим! – гаркнул Дервуш.

Сеня отбросил ставший бесполезным меч и кинулся вслед за мальчишкой сквозь оглушительный грохот и град обломков. Перепрыгивая через широкие трещины в полу, ребята помчали к большой темно-зеленой арке, ведущей к парадным дверям.

До выхода оставалось каких-то пятнадцать метров, как вдруг в центр зала обрушилась многотонная золотая пирамида, всего пару секунд назад венчавшая макушку храма. Плиты, на которых покоились полы, встали на дыбы, резко набирая угол наклона.

Сеня и Дервуш ускорились, стремясь как можно раньше добраться до края, но каменный пласт кренился слишком быстро.

– Прыгай! – скомандовал Дервуш и оттолкнулся от уходящей из-под ног опоры.

Не понимая, что делает, Сеня подлетел в воздух, с ужасом глядя, как плита разваливается на куски и стремительно тонет в клубах пыли. Сеня поднял взгляд и увидел Дервуша, хватающегося за тонкую подвесную лампу, висящую на почти незаметной леске.

Мальчишка вцепился в люстру одной рукой, успев при этом подать Сене вторую.

Визжа от переизбытка эмоций, ребята несколько мгновений болтались в воздухе, а затем ухнули вниз. Лопнувшее на разрушенной стене крепление заставило светильник описать широкую дугу над залом и зашвырнуть друзей прямиком в витражное окно.

От брызнувших во все стороны цветных осколков Сеня крепко зажмурился. Люстра неожиданно выскользнула из рук и осталась где-то позади.

Под звон бьющегося стекла и неимоверный грохот опадающего свода, Сеня и Дервуш покатились по брусчатке, набивая на локтях шишки и синяки.