Чехова, 16

– Порядок? – прошептал он, нависая над ней.

Выпучив глаза от страха, девушка закивала. Ее лицо было вымазано сажей, на лбу кровоточила ссадина.

Сеня схватился за эфес ее даги, вытащил клинок и подмигнул:

– Я щас. Никуда не уходи.

Он выпрямился и достал палаш свободной рукой.

– Ну, здравствуй, Нагарджуна! – крикнул он, выходя на дорогу.

Царь резко повернулся на оклик. Золотая маска, скрывающая его лицо, теперь застыла в гневной гримасе. В прорезях для глаз мерцали красные точки.

– Наивный мальчишка, – хохотнул он металлическим голосом. – Я разорву тебя на куски, как и всех, кто пошел против короны.

– Попробуй!

Первое заклинание расплавило каменное крошево в том месте, где мгновение назад стоял Сеня. Второе обожгло щеку и подпалило волосы на виске.

Сеня перекувыркнулся и попытался пронзить противника дагой, но Нагарджуна парировал удар латной перчаткой. Сеня замахнулся палашом, но лезвие словно погрязло в чем-то вязком. Тогда он отпустил эфес меча, перехватил дагу двумя руками и силой полоснул тонким клинком снизу-вверх. На золотой маске тирана появилась глубокая царапина.

Поведя головой, Нагарджуна зашипел, схватил Сеню за горло и поднял над землей. Сеня почувствовал, как захрустели шейные позвонки, отдаваясь дикой болью.

– Довольно! Все закончится прямо сейчас… – прошипел разъяренный голос из-под маски.

Тяжелый удар едва не сломал Сене грудину и заставил упасть на землю. Осев на колени, он с ужасом почувствовал, что сердце останавливается. Он не мог ни вздохнуть, ни пошевелиться, только смотреть перед собой и ощущать, как колючий холод заполняет тело.

– Сеня! – вскрикнула Сэл, выбегая из-за стены.

Невидимая рука подхватила девушку и припечатала ее к развалинам магическими путами.

– С тобой я разберусь позже, лучница… – бесцветным голосом прокомментировал Нагарджуна.

Он вновь повернулся к Сене, втянул в себя еще одну порцию волшебной силы из сферы и сплел в ладони сгусток изумрудной шаровой молнии.

– Обещаю, – прорычал царь, – тебе будет очень больно.

Он замахнулся. Сеня закрыл глаза и выдохнул последние оставшиеся в легких крупицы воздуха. Сознание вновь стало кристально чистым, мысли исчезли, заполнив безмолвное пространство теплым светом…

Сеня вдруг вспомнил себя, бредущего по темной улице в одном мокром свитере. Без денег, без крыши над головой, без какой-либо надежды. Неясный силуэт дома с проржавевшей табличкой «Чехова, 16» тускло освещен далеким уличным фонарем. Вокруг лишь холодная ночь, мерцающие в чернильной выси звезды и теплый желтый огонек, поблескивающий в запыленном окне. Сеня улыбнулся этому воспоминанию и тут же осознал, что готов без страха и сожаления отпустить свою жизнь. Радостное спокойствие заполнило разум и медленно растеклось по телу.

Вдруг сзади послышался нарастающий гул, сопровождаемый каким-то странным треском.

– Что за… – успел произнести Нагарджуна.

Глава 47

Объятая разноцветным пламенем и разваливающаяся на лету рыбацкая лодка с грохотом врезалась в золотой паланкин, разлетелась напополам и грянулась оземь. Пылающие головешки покатились по камням, высекая яркие голубые искры. Огонь живо подпалил шелковые занавесы беседки, превращая искусно расшитые ткани в пепел.

Несколько мгновений ничего не происходило, только потревоженная пыль клубилась над обломками, да трескалась горящая древесина. А затем послышался стон и звук возни.

– Чтоб я еще раз с тобой в одну лодку сел… – донесся из-за борта ворчливый голос.

Рыжая шевелюра Дервуша выглянула над пылающими досками.

– Цирк приехал! – протянул мальчишка. – Встречайте клоуна!

Тонкая белесая линия молнией скользнула по воздуху и ткнула царя в грудину.

Сеня услышал, как от силы заклинания сминается нагрудник и трещат кости. Сообразив, что сейчас произойдет, он развернулся спиной и прикрыл голову руками.

Звонкий хлопок разметал камни, протащил Нагарджуну пару метров и заставил упасть на одно колено. Алый шар выскользнул из его рук и покатился по песку.

Придя в себя, Сеня повернулся и увидел смуглого парня в грязных шутовских шароварах и старых кроссовках с дыркой на большом пальце. Он узнал его мгновенно. Волна радости и ликования подступила к горлу и едва не вырвалась победоносным криком.

Собрав остатки сил, Сеня дотянулся до эфеса валявшейся рядом даги и замер, готовый к выпаду.

Виджей вышел вперед, гневно сжал кулаки. Воздух вокруг него начал плавиться от скопившейся магии.

Золотая маска на лице царя подернулась рябью.

– Не может быть… – просипел он, с трудом выпрямляясь. – Призрак прошлого явился. Виджей…

– Ну, здравствуй, старый друг! – крикнул Джей, напряженно дыша. – Я ждал этой встречи тридцать лет!

– Ты… ты совсем не изменился, братец, – замотал головой растерянный Нагарджуна. – Как будто мы виделись только вчера. Как будто вчера я…

– Хватит! – рявкнул Виджей, собирая силу в заклинание. – Ты знаешь, зачем я здесь. Пришло время расплаты.

Царь усмехнулся:

– Так вот ради чего погибло столько людей! Лишь потому, что ты захотел отомстить за отца, да, Джей? Я уже говорил тебе, он напал на меня, я защищал свою жизнь.

– Ты перестарался, – сцедил Виджей.

Первым атаковал Нагарджуна. Яркие световые шипы градом посыпались на Виджея, но тот смел их магическим щитом и выпустил во врага разряд серебристой молнии.

Та с треском ударила царя в живот, оставив на покореженных доспехах черные следы. Нагарджуна согнулся пополам, едва устояв на ногах. А когда он попытался поднять руку, чтобы выпустить новое заклятие, Джей уже оказался рядом, ловким захватом выкрутил кисть противника и с размаху влепил ему по лицу.

Золотая маска рассыпалась желтыми осколками. Нагарджуна вскрикнул, беспомощно падая на землю. Он хотел дотянуться до лежащей в пыли Жемчужины, но Виджей пресек это движение ударом ноги. Царь застонал, притворившись побежденным, но в тот же миг ловко поднялся и ткнул Джея локтем в грудь, принудив того отступить.