Черные орхидеи

– Пантера… – пробормотала Мейка. – Похоже, я на правильном пути. Кто же такой Нергал?

«Нергал – хтоническое и астральное божество аккадской мифологии; владыка преисподней, бог смерти, мора, войны и разрушения; олицетворение губительной силы палящего Солнца и персонификация планеты Марс».

– Бог смерти?! – истерично хихикнула Мейка, вспомнив, как во сне на поле боя жнец собирал души.

«Традиционный символ Нергала на кудурру – жезл с навершием в виде головы льва. Известно изображение Нергала на печати старовавилонского периода из Ларсы, где бог возлагает столу на поверженного врага; в правой руке Нергала – львиноголовый жезл, в левой руке – серповидный меч».

Трясущимися от страха, смешанного с волнением, руками Мейка ткнула в картинку Нергала, которую предлагал гугл. Та открылась в серо-зелено-черных тонах. На голове бога смерти в разные стороны вились шесть рогов, когтистые лапы чудовища были украшены шипастыми наручами, как у Росомахи из фильма «Люди Икс», массивные наплечники, экзотическое обмундирование, в руке – огромный меч с него ростом. А лицо, то есть морда, в чешуйчатых складках, со злобным взглядом исподлобья. Никогда прежде Мейка не интересовалась демонами, не знала, как их рисуют люди. Некоторое время она невидящим взглядом смотрела в окно, забыв о торте, пока он не сдвинулся с места… Слегка… Она вздрогнула и, поддавшись назад, едва не упала со стула. Часто дыша, она с ужасом смотрела на торт, ожидая от него чего угодно, но ничего не происходило. Облизав пересохшие губы, она спросила:

– Ты Нергал? – Ничего не произошло. Тишина. – Если да, подвинь торт так же, как мгновение назад.

Блюдо шевельнулось и на сантиметр придвинулось к Мейке. В глазах защипало, сердце сдалось до боли. Это конец! Она старалась дышать, чтобы не разреветься, но все же отчаянно всхлипнула.

– Ты – бог смерти? – дрожащими губами спросила Мейка.

Еще шажок в сантиметр.

– Я умру? Ты пришел меня забрать?!

Прижав пальцы ко рту, она с ужасом смотрела на торт, ожидая положительного ответа, но торт больше не шевелился. Неужели он ее не убьет? Неужели позволит жить и дальше?! Или ему стало скучно беседовать и он просто проигнорировал вопрос?

– Зачем же ты пришел? – боясь услышать ответ, спросила она.

В центре торта появился черный шарик, будто бутон на веточке вишневого дерева ранней весной. Он увеличивался в размерах, как при ускоренной съемке растет цветок, затем раскрылся лепестками изумительной орхидеи. И снова казалось, что цветок смотрит на Мейку. Как это понимать?! Что же ему нужно?! Возможно, для него черная орхидея имела некий сакральный смысл?

Забив в гугле «орхидея символика», Мейка прочла: «В Китае цветок орхидеи символизирует: изысканность, элегантность и покровительство, богатство, дружбу, любовь». Про черную орхидею гугл ничего не знал. В мыслях девушки осели слова: «покровительство» и «богатство» – ведь это именно то, что давал Дарнизам дьявол Бэхимата.

Вздрогнув, она выхватила орхидею из торта и спрятала за пазуху. В кухню вошла Сандрина. Мейка изо всех сил делала вид, что крайне увлечена украшением торта. В голове крутились мысли о Звездном принце, Дарителе орхидей, который оказался жнецом Нергалом, и о дьяволе Бэхимата, с которым в полночь состоится венчание. Кто есть кто? Их трое или все это одно и то же существо?! Хотя нет! Бэхимата не имеет никакого отношения к смерти, он – демон коварства. А Звездный принц… ах, вот глупая! Это же он во сне указывал на созвездие Лебедя! Значит, Звездный принц, Даритель орхидей и Жнец – это одно существо. А Бэхимата… бабушки говорили, что никогда его не видели.

– Нергал, – забывшись, прошептала Мейка.

– Что? – спросила Сандрина, собираясь заняться салатами.

– Что? – не поняла Мейка.

– Я спросила, что ты там бормочешь, деточка, – улыбнулась бабушка.

– Ах… так, задумалась, – вымученно улыбнулась Мейка.

– Устала? Иди, поспи. Всю ночь, небось, с Лексом болтала? Или с Аленом Моро? – подмигнула Сандрина.

– Нет, я спала. И я не устала.

Пока Доминика готовила петуха в вине, остальные занимались салатами. Торт отнесли в холодильную камеру, где в самом дальнем углу Мейка спрятала немного измявшуюся орхидею. Потом ей вручили насос и воздушные шары и отправили в гостиную. Улыбаясь, она ворчала:

– День рождения у меня, и припахали тоже меня! И шары надувай, и торт делай… Что за день рождения?!

– Вот так оно, в семье-то, – усмехнулась старая Катарина, поправив указательным пальцем на переносице очки.

За весь день именинница, и правда, умаялась. Отправившись в спальню за какой-то мелочью, о которой тут же забыла, Мейка прилегла на любимую подушку и моментально отключилась. Проснувшись в семь вечера, она поняла, что настроение совсем не праздничное. Окно было открытое, и она слышала, что Лекс с отцом уже пришли. Когда Мейка спустилась на первый этаж и через гостиную направилась в холл, то едва не закричала с испугу, потому что кто-то в темноте схватил за руку.

– Эй, Мейк, это я! – смеясь, зашептал Лекс.

– Лекс, блин! – рассердилась она. – У меня едва инфаркт не случился!

– Прости, мне пришлось улизнуть от твоих бабушек, потому что из Марселя я привез несколько интимный подарок… Не знаю, как они отреагируют…

Отпустив руку Мейки, Лекс полез за диван. В темноте она почти ничего не видела, только общие очертания мебели и друга.

– Вот, Мейк. Это тебе. С Днем рождения, конфетка!

По голосу друга она слышала, что он улыбается. В руках она почувствовала довольно увесистую коробку, источающую волшебные ароматы.

– Лекс, что это? – шепотом спросила Мейка.

– Набор эфирных масел для ухода за телом. Ты, наверное, знаешь, что Марсель славится своими оливковыми рощами и цветочными плантациями?

– Да, я что-то такое слышала, – кивнула Мейка. – И что… это считается интимным подарком? – хихикнула она.

– Ну… да, – смутился Лекс.

– Почему?

– Мейк… я потом все объясню, ладно? Отнеси подарок в спальню и возвращайся. Буду ждать тебя вместе со всеми за праздничным столом. Кстати, я привез розовое вино «Cotes de Provence». Начинать пить спиртные напитки следует с самых нежных и вкусных, ты не считаешь?

– Да, наверное, – пожала плечами Мейка. – Спасибо за подарок, Лекс!

Спрятав коробку с эфирными маслами в шкаф, Мейка заглянула в мобильный. Что, если Ален позвонит прямо перед Лексом? Сбросить вызов, а потом увиливать от прямых вопросов? А если она выключит звук, не услышит звонка или эсэмэски, а он будет ждать ее у ворот и обидится? Ведь предупреждал, что придет. А если не придет? Все предположения пугали одинаково сильно. До жути хотелось, чтобы пришел, и в то же время подсознательно она искала возможность избежать этого. В итоге верх взяла мысль «У меня день рождения! Я хочу увидеть его и получить мой подарок!» Ах, вот бы Ален пришел в то время, когда все внимание родных и Лекса будет отвлечено от нее!

Сидя за столом, Мейка старательно улыбалась всем, пыталась выглядеть беззаботной. Бабушка поглядывала с пониманием, как будто заметила нервозность внучки, но, судя по всему, списывала все на предстоящее венчание. Лекс пользовался успехом у бабушек, каждой из них он привез наборы, в которых были собраны самые популярный сувениры Марселя. Катарина благодарила за самую лучшую в мире ароматическую соль «Fleur de Sel Camargue». Доминика радовалась лавандовому меду. Быстрина смущенно молчала, часто хлопая ресницами, а Сандрина сдержанно улыбалась и теребила пачку сигарет. Иногда она отходила к скалам покурить, чтобы не тревожить родных и гостей, и Мейка несколько раз ходила с ней, потому что от волнения не находила себе места.