Черные псы

– Кто бы сомневался, - ехидно вставил Бельмов.

– Но не до такой же степени, чтобы всякие имбецильные фантомы перед глазами курсировали и потом исчезали неизвестно куда!
– возмутился Казаков.

– И где это?

– Да вот он, куст.
– Костя показал на заросли черной смородины на краю небольшой лужайки.
– Вон оттуда он шел, со стороны Волги. А там исчез.

Мы подошли к месту предполагаемого исчезновения "фантома".

В небольшой ложбинке, усыпанной пожухлой прошлогодней листвой, на земле виднелись нечеткие, полустертые, но, несомненно, собачьи следы. И отпечатки были огромны.

– Так, - процедил Селиверстов, - похоже, эти твари всю землю утоптали. Чего это?

– Дима, посмотри вот на этот пригорок прямо перед ложбинкой. Ты в нем ничего странного не видишь?

– А что в нем должно быть необычного?

– А то, что в центре трава зеленая, а вот тут какой-то обвод желтого дерна по краям.

– Да?
– Селиверстов схватился обеими руками и дернул. Пласт земли отвалился, и мы увидели ржавую железную плиту и изъеденную коррозией ручку.

– Чер-ррт!
– вырвалось у нас, а Кузнецов и Бельмов выразились покрепче.

Словно ледяным холодом повеяло от ржавого железного люка... Казаков коснулся ручки, но тут же боязливо отдернул руку и посмотрел сначала на меня, а потом на Диму.

– Гляди, чего я нашел в траве, - сказал Кузнецов и протянул мне золотую печатку с треугольником, составленным из мелких бриллиантов.

– Вот это да!
– воскликнул Бельмов.
– Сдается мне, я уже видел нечто подобное на руке одного нашего общего знакомого.

– Аметистова, так и говори, - холодно произнес Селиверстов, - это его печатка.

– Вот оно, логово зверя, - взволнованно пробормотала я.

– Не поддается!
– Дима злобно пнул железный люк.
– Наверно, закрыт изнутри. Тань, давай сгоняем в город за взрывчаткой?

– Серьезно у тебя все, - покачала я головой.
– В общем, так, Дима. Сейчас мы ничего делать не будем. У меня есть основания предполагать, что кое-кто попытается повторить позавчерашний кошмар.

– Почему сегодня?

– Потому что завтра Баскер уезжает в Тарасов на заседание совета директоров "Парфенона", а кое-кому не хочется, чтобы он туда попал.

– И Баскера?
– воскликнул Селиверстов.
– И его хотят убить? Ты уже знаешь заказчика и исполнителя?

– Что касается исполнителя, то он находится за этим люком вместе со своими тварями.

– Я говорю о вменяемых исполнителях, - покачал головой Дима.

– У меня есть одна версия, - сказала я.
– Но она не из тех, чтобы обнародовать ее немедленно по возникновении. Дима, оставайся здесь, а я пришлю к тебе Гарика и Марика.

Селиверстов некоторое время колебался, а потом уселся на сухое бревно и ухмыльнулся.

– Только обойдись без демонтажа люка, - сказала я, выразительно поглядывая на "узи" в руке охранника и "магнум" сорок пятого калибра, заткнутый за ремень его брюк.
– А то ты с таким арсеналом разнесешь и люк, и бедных собачек с их неразумным хозяином.

Селиверстов пренебрежительно произнес:

– Ладно.

– Вот и чудно, - сказала я, - пошли, орлы.

* * *

На парадной лестнице баскеровской дачки я увидела Вавилова. Он задумчиво стоял, с силой облокотившись на каменные перила.

– Тань, да это тот самый ублюдок, что обгадил мою машину, - прошипел Кузнецов.

– Знаю.

– А что это он тут делает? Погоди.., да это ж тот "мусор", что должен расследовать убийство Аметистова.

– Вспомнил наконец, - произнесла я укоризненно.
– Нам сейчас не стоит попадать ему на глаза, у меня нет желания беседовать с капитаном Вавиловым.

Хотя, посмотрев на Вавилова внимательнее, я подумала, что и у него, вероятно, не вызовет восторга перспектива общения с частным детективом Татьяной Ивановой.

Что же могло погрузить капитана в состояние столь глубокого раздумья?..

Гарика и Марика я нашла, как и предполагала, у бассейна. Впрочем, легче было сказать, кого я здесь не нашла, потому что тут собрались все временные и постоянные обитатели виллы.

В центре внимания по обыкновению находилась чета Солодковых: Фил кривлялся на трамплине и вышке, падал в воду, вздымая тучи брызг, а Лена выкрикивала в адрес благоверного разного рода эпитеты, забавно его характеризующие, Фил продолжал кривляться, никак не реагируя на жену, тогда она, схватив кобуру сержанта Васягина, швырнула ею в мужа. Кобура под хохот и выкрики окружающих угодила сначала в живот Фила, а потом в бассейн. Вслед за ней туда плюхнулся и сам архитектор, скрючившись от удара, в кобуре по необъяснимой случайности оказался пистолет.

Лена всплеснула руками и, оценив масштабы содеянного, возопила:

– Ну вот, всегда так!.. Господи, какая же я кретинка! Филечка, миленький, прости меня.
– Она стала гладить муженька по голове и по плечам.
– Ну, я не хотела...

– У-У-У...
– на одной ноте тоскливо выл Фил, закатив от боли глаза.

– Че, покалечила беднягу, мымра?
– нелюбезно поинтересовался Бельмов.

– Да пошел ты!..
– отмахнулась Лена.
– Идиот!

– Он-то, может быть, и идиот, но идти ему никуда не стоит, дотронулась до Фила я.
– Уйдем мы. Филипп, у меня к тебе несколько важных вопросиков. Извини, конечно, что порчу тебе отдых...

– Да уж...
– переводя дыхание, пробормотал Солодков и инквизиторским взглядом покосился на подругу жизни.

– Где мой пистолет?
– раздался дикий вопль сержанта Васягина, только сейчас хватившегося табельного оружия.

– А он утоп, - радостно сообщил ему сержант Семенов.

– Как - утоп?!

– Как топор - с поверхности на дно, - с готовностью пояснил сержант.

– Пойдем, - и мы с Филом и его женой покинули бассейн под аккомпанемент диалога двух бравых сержантов.

* * *

Мы вышли за пределы дачного участка и медленно побрели по асфальтовой дороге.

– Я хотела спросить тебя, - повернулась к Филиппу я, - когда ты строил дачу Баскера, какие подземные коммуникации ты оборудовал?

Солодков явно не ожидал такого вопроса, заморгал и с откровенным испугом уставился на меня. "Конспиратор недоделанный", - с досадой подумала я.

– К-какие к-коммуникации?
– спросил он заикаясь.
– Чего?

– Подземные. Которые идут к Волге. Я не знаю - водопровод, еще что.., канализация.