Чёрный лёд

Проснувшись посреди ночи, он больше не ложился спать. Через несколько часов он поведет двадцатитысячную армию в бой. Когда война будет окончена, и все кхроки с груками истреблены, вот тогда он сможет выспаться. Он был в этом уверен.

***

Три разведчика продвигались впереди целой армии. Их троих было достаточно, чтобы все многотысячное войско могло двигаться вперед уверенно, не беспокоясь об угрозах, что ждали их подо льдом или с воздуха. Никаких других мер предосторожностей не было принято. Топот должен был привлечь внимание кхроков заранее. Роно знал это, и наслаждался этой мыслью. Пусть слышат, как смерть марширует.

Как истинный предводитель своего войска, Роно шел первым. За ним шли все остальные. Гурры построились в четыре колонны. В первых рядах шли войны — главная боевая единица армии. Они были облачены в защитные накидки и несли с собой духовые иглы с запасом шипов каны. Каждый был способен всадить в кхрока добрую сотню ядовитых шипов.

За ними шли охотники постарше. Защиты и оружия у них не было. Они довольствовались тем, чем снабдила их природа и были готовы пустить в ход свои длинные острые когти, чтобы добить кхроков, которым не посчастливится упасть на лед рядом с ними.

Следующими шли, медленно переставляя лапы, старейшины. Если бы они могли, то с радостью послушали бы рассказы о войне от своих соплеменников после ее окончания, но их мнения никто не спросил.

В последних рядах шли матери с детьми. Их взяли на войну по двум причинам — создать массовость и внушить кхрокам страх и чтобы они могли лично наблюдать триумф своего племени. В итоге каждый до последнего гурр вышел на войну в тот день.

Первый в цепочке разведчиков остановился и поднял хвост вверх. Идущие за ним остановились и сделали то же самое. Роно поднял хвост вверх, призывая всех остановиться. Инертная волна торможения прошла по толпе и та замерла. Вдалеке раздался крик:

— Приближаются! Они приближаются!

Кхроки не стали оттягивать неизбежное и на полном ходу приближались к войску противника.

— Приготовиться! — отдал команду Роно.

Стоящие за его спиной солдаты зарядили духовые иглы и направили их в небо. Они наполнили легкие воздухом и на время забыли о том, что такое дышать.

— Ждем! — выкрикнул Роно. Он знал, как важно выбрать подходящий момент для атаки.

— С ними ребенок! — закричал фронтовой разведчик.

— Выстрел! — скомандовал Роно, и сотни ядовитых шипов со свистом взмыли вверх и стали вонзаться в планирующих кхроков. Их раскрытые тела были отличной мишенью.

— Заряжай! — отдал еще одну команду Роно и только теперь своими глазами увидел, что в лапах одного из Кхроков был его сын.

— «Эти твари сначала похитили моего сына, а теперь они будут использовать его как щит. У вас ничего не выйдет» — внутренний голос полный ярости разжигал Роно изнутри.

— Целься по флангам. В центр не стрелять! Выстрел!

Поток шипов разделился на две части, минуя центр, где находились Моа и Ксаф.

Еще одна дробь шипов угодила прямо в кхроков. Тела их вздрагивали и пульсировали от пронзительной боли. Они с трудом поддерживали себя в горизонтальном положении, но продолжали спускаться. Костяных игл не было видно.

— Не расслабляйтесь и продолжайте стрелять. Мы не знаем, что они задумали! — обратился к солдатам Роно.

Гурры видели, что кхроки не оказывают никакого сопротивления и колебались. Однако длилось это недолго. Очередной приказ развеял все сомнения, и духовые иглы засвистели снова. Последняя очередь вывела из строя нескольких кхроков. Не дотянув самую малость до льда, они попадали на лед, не в силах больше терпеть боль и сопротивляться восходящим потокам воздуха. Те, что остались висеть в воздухе, делали это неуверенно, раскачиваясь из стороны в сторону, готовые перевернуться на ребро в любой момент и рухнуть вниз.

Сииэ опустила Моа на лед, и они вместе с Ксафом рванули в направлении своих.

— Стреляйте в центрального! — раздался приказ Роно.

Бурный поток из шипов обрушился на Сииэ. Обмякшее тело ее повисло на двух тонких лапах. Кхроки были парализованы и не представляли больше угрозы. Однако все были напряжены. Они ожидали вторую волну нападения в любой момент.

— Не трогайте их! — кричал изо всех сил Моа. Его жалобный голос пролетел над целым войском, — Не надо! Они ничего вам не сделают! — он кричал умоляющие, пока солдаты окружали павших кхроков с флангов.

— Моа, я рад тебя видеть. Я думал, что ты умер… что кхроки тебя убили, — Роно подался вперед, чтобы поприветствовать сына, но импульс его разбился о холодное равнодушие.

— Не подходи ко мне! Ты чудовище!

— Что ты говоришь такое? Я чудовище? — не веря своим ушам Роно пошатнулся, — Я спас тебя из лап нашего врага. Почему ты зовешь меня чудовищем?

— Ты что сделал? Какого врага? Они ничего плохого мне не сделали. В отличие от тебя! — Он показал на шипы, торчащие у него в задних лапах.

Солдаты наблюдали за разразившейся семейной драмой, и Роно знал об этом. Он чувствовал всю тысячу острых взглядов на своей спине.

— Тише! — он крикнул на Моа с такой силой, что уши того вжались в череп, — Ты сам не понимаешь, что ты говоришь. Они что-то с тобой сделали. Мы это еще выясним. А пока что успокойся. Ты в безопасности. Все остальные, будьте начеку. Возможно, это засада!

— Нет! Нет никакой засады. Кхроки что сюда прилетели это все кхроки что есть. Их больше нет. Мы довели их до этого. Их почти не осталось. Они на грани вымирания, понимаешь? А груки это те же самые кхроки, но только они не умеют летать и ползают по льду. Кхроки и груки это один и тот же вид! — Моа трещал, тщетно пытаясь втолковать своему отцу, что кхроки не представляют опасности.

— Я вижу, что ты помешался, сын мой, — взгляд Роно сделался жестким и каким-то чужим, — Это ты его надоумил? — он бросил этот вопрос с силой в адрес Ксафа.

— Он говорит правду, Роно. Кхроки и гурры единое целое, они разумны и не хотят причинять никому вреда. Они хотят мира. Тебе стоит послушать своего сына и забыть о своей гордости.

— Да что ты говоришь. О, великий защитник кхроков, прошу прощения. Ксаф, значит. ПРОШУ ВСЕОБЩЕГО ВНИМАНИЯ! СЛУШАЙТЕ ВСЕ! — Роно заорал так сильно, что все существо его сотрясалось. Мне наконец все стало понятно. Долго я думал, почему предок внезапно спустился с черного льда. Вся эта история с создателями и Оро, которое у нас они могут забрать. Глупцу ясно, что все это лишь фальшивая игра. Все гурры знают уже тысячи лет, что предки — вот наши единственные настоящие создатели. Никаких других создателей быть не может. И вот появляется он, Ксаф, что считает себя умнее других и говорит так, как будто знает все на свете, говорит, что нас создал кто-то другой, говорит что есть другие носители Оро. ГОВОРИТ ОТКРОВЕННУЮ ЧУШЬ! ЗАДУМАЙТЕСЬ! Почему он оказался здесь? Не потому ли что другие предки выгнали его из черных льдов за его вздорные мысли? ЗАДУМАЙТЕСЬ! Он не посланник черных льдов. Он изгнанник! ВОТ ОН КТО! Его выгнали из черных льдов, лишили вечной жизни, а теперь он пытается убедить нас в том, что нас тоже ждет такая участь. На мой взгляд, внимать словам этого безумца и лицемера все равно что предать собственный род. ЧТО ВЫ СКАЖЕТЕ?

Тысячи гурров молотили хвостами лед, давая понять, что они согласны со своим правителем. Все до единого.

— Ты слышал их, Ксаф? Тебе не удастся нас обмануть, больше не удастся. И ты не будешь больше дурачить голову своими выдумками моему сыну. Моа, иди сюда!

— Не пойду! Отец, ты не слышишь сам себя. Твой ум затуманен. Ты не видишь ничего кроме своей ненависти. Кхроки разумны, как и мы, и они не заслуживают смерти. Пожалуйста, не совершай ошибку и не убивай их. Скажи всем, чтобы они оставили их и ушли. Они не собираются воевать.