Декан Слизерина
Шрифт:
А Гарри знал, что он однозначно принадлежит к роду темных магов. Он мог быть талантливым ловцом и зельеваром, он мог быть сильным волшебником и Избранным, но, черт возьми, он был древом без корней! Расцветающим, молодым деревом, чьи ветви уже испытали на себе сокрушающие ветры перемен и войны... Он выстоял чудом, но твердая опора нужна и вековому дубу. А куда денешься, если в волшебном мире оная опора одна – род?
Поэтому-то Гарри молился всем богам и демонам, каких только вспомнил, чтобы зелье Глажганини-таки подействовало. Ему осточертело чувствовать себя круглым сиротой, знающим из всех родственников только семью тетки да имя-фамилию матери. А ведь хотелось, до боли хотелось гордиться каким-нибудь чудаком-предком, охотившимся на нарглов в джунглях Амазонки, или с чувством благоговейного восторга перелистывать лабораторный журнал средневекового Мастера Зелий... Хотелось подойти к зеркалу
Разумеется, одно возвращение статуса-кво душам не помогло бы выяснить ответ на животрепещущий вопрос «кто отец Гарри?», вот только у ученика времени на изыскания куда больше, чем у декана, зельевара и двойного шпиона в одном флаконе.
Особенно когда зельевар и двойной шпион ой как востребованы: Орден Феникса и Волдеморт как с цепи сорвались. На собрания Пожирателей Сева выдергивали минимум два раза в неделю, в кабинете директора он появлялся и того чаще. Свободное от уроков время было брошено на приготовления сложнейших составов, которые оба Ордена пользовали не то, что литрами – цистернами! Конечно, Снейп бы с ними управился куда быстрее, но Гарри в прямом смысле корпел над каждым варевом, дрожа от мысли, что что-нибудь сделает не так. Да, у него была определенная практика, да, у него был талант – и какой талант! – но все ж этого недостаточно для быстрого и качественного выполнения уймы заказов: Темная и Светлая стороны готовились к открытому противостоянию.
А жизнь тем временем продолжалась.
«Куда ты торопишься?!» - вопрошал кот, с чувством возводя очи горе. – «Совсем необязательно успеть прочитать все тринадцать томов «Квадратуры замкнутого круга» за сутки!»
– Так интересно же!
«Что интересно?! Поттер, ты ни черта не разбираешься в нумерологии, зачем тебе эта монография?»
Гарри лишь виновато улыбнулся. Он действительно ничего не понимал в алгебраических и астрономических выкладках Томаса Торквемады, который был по совместительству и Инквизитором, и ученым, но уж больно «вкусно» были написаны многочисленные лирические отступления. Собственно, из-за рассуждений о точности вычислений, истории нумерологии, применения оной на практике, чувстве юмора Судьбы и способах вычислить ведьму из толпы правоверных прихожан с помощью нумерологии же, «Квадратура» и растянулась на целых тринадцать томов. Сам Торквемада шутил по этому поводу, что количество книг «Квадратуры» есть тонкий намек провидения на то, что нумерология – дьявольская наука. «И неудивительно, - писал Инквизитор, - ибо изучить ее дьявольски сложно». Разумеется, магглы за такую ересь тут же сожгли бы Торквемаду, но поскольку Томас был сквибом, то у него была возможность опубликовать «Квадратуру» в волшебном мире, что он и сделал.
Книга была настолько интересной, что Гарри читал ее буквально запоем, то и дело фыркая или сдавленно хихикая над остроумными замечаниями автора. Но все веселье тут же прекращалось, стоило только зельевару увидеть в тексте описания пыток, эффективность которых Торквемада пытался высчитать нумерологически. Причем, пытки рассматривались не только маггловские, но и магические, что особенно заинтересовало Гарри: вот уже месяц он вынашивал план мести Джо О’Леннайну.
Почему он не бросился на викинга сразу же, как увидел, что о Джо сделал со Снейпом, Гарри и сам не знал. Видимо, так проявил себя здравый смысл, о чем декан ничуть не жалел. Помедли тогда он еще минут десять, и анимага было бы уже не спасти, а теперь, когда жизни Снейпа ничто не угрожало, можно было заняться и обидчиком.
Гарри сразу же отказался от подлитых в кубок О’Леннайну ядов. Это было неоригинально и малоинтересно. Круциатус, по мнению молодого профессора, отлично получался только у Лестрейнджей, но не тащить же викинга к Беллатрикс!.. Авада – слишком кардинально, проклятие – недостаточно эффективно... Уж если мстить, так мстить сразу за все: и за хамство, и за домогательства, и за Снейпа. И месть должна запомниться на всю жизнь, чтоб неповадно было! Словесные внушения, как Гарри уже убедился, на Джо не действовали, оставались физические. Прикинув в уме соотношение своих возможностей и желаний, декан решил, что и того и другого у него в достатке. Оставалось лишь выбрать способ реализации последних, и вот тут он обратился к непревзойденным палачам всея человечества: к Инквизиции.
Собственно, именно поэтому Гарри решился прочитать «Квадратуру»: ее автором был Великий Инквизитор Испании, имя которого до сих пор холодило кровь. Более тридцати тысяч сожженных и замученных в пыточных
камерах были на счету у Томаса Торквемады, безжалостного и жестокого, умного и расчетливого человека. Впрочем, как выяснилось по прочтению «Квадратуры», жестокость и расчетливость вполне сочетались с жизнеутверждающим юмором и оптимистичным взглядом на грешное бытие*. Аналогичное мировоззрение Гарри уже встречал среди Пожирателей Смерти: таким был балагур Эйвери. Это были страшные люди с фантазией, позавидовать которой мог любой палач... И именно их фантазия была сейчас нужна декану. Припомнив, что говорил Эйвери, прежде чем приступить к пыткам, Гарри добавил к оригинальной находке Пожирателя парочку приемов от Торквемады (кто бы знал, что дыба – такой многофункциональный предмет!) и полез в хроники Поттеров.Род отчима тоже порадовал некоторыми весьма интересными идеями. Особенно Гарри заинтриговало утверждение, что влитая в жертву после непродолжительного (sic!) Круциатуса порция Веритасерума вызывает у оной жертвы непередаваемые по интенсивности ощущения. Причем, для каждого эти ощущения свои, что делало пытку особенно страшной.
Выписав выбранные для О’Леннайна методы и пособия по вправлению мозгов на пергамент, Гарри с чистой совестью отправился варить сосиски в лабораторию, заодно прихватив с собой томик «Квадратуры». Снейп выразительно фыркнул.
«Поттер, объясни, ЧТО ты там нашел?» - потребовал он, вспрыгивая на стул.
– А ты разве никогда не читал Торквемаду? – несколько рассеянно отозвался Гарри.
«Ни разу. Нумерология меня никогда не интересовала»
– А как же ты заклинания выдумывал?! Методом научного тыка? – восхищение в голосе подопечного весьма польстило анимагу. – Ух ты!
«Для составления заклинаний знание нумерологии не требуется. А вот для создания новых ритуалов и артефактов – да», - пояснил Северус. – «А ты решил попробовать себя на поприще чародея?»
– Нет, - коварная улыбка как нельзя лучше смотрелась на лице декана Слизерина. – Но Торквемада основал Инквизицию...
«Леннон?»
– Именно.
Теперь мрачное предвкушение передалось и Снейпу. Он тоже не желал оставлять попранную честь без отмщения, хотя отвечать на месть демонов было... нерационально. Северус отлично понимал, что Джо поймал его лишь благодаря роковой случайности, но уж больно случайность была удачна: на удирающего от викинга кота рухнул тяжелый шлем от доспехов, и анимаг оказался в ловушке. Сопоставив некоторые факты, Снейп пришел к выводу, что «случайность», приведшая к его пленению, была подстроена разъяренной Гекатой. Все-таки на Самайн он просил помощи не у нее, а у Лилит, - уже преступление. В результате Лилит заполучила в адепты весьма неслабого и неординарного мага - Гарри. Чем не повод для ревности? И кто сказал, что демонессы не стервы? По паршивости характера и мстительности эти представительницы сильных не от мира сего ничуть не отличаются от земных женщин. Оставалось только благодарить провидение за то, что месть от Гекаты была чисто символической (по меркам демонов, разумеется). Все обошлось, все живы – здоровы, а пара часов мучений не считается.
Однако Северус был слизеринцем. Да, он собирался отомстить Джо, но вовсе не за пытки. О’Леннайн посягнул на его подопечного, подростка, в сексуальном плане далеко несовершеннолетнего. Причем, подростка, добровольно отдавшего Снейпу права на себя: по сути, Северус стал его неофициальным опекуном. А кому, как не опекуну, решать возникшие проблемы юного дарования?.. Вот именно. И ни о каких пытках речи и не идет, всего лишь вендетта.
Однако у кота намного меньше возможностей для отмщения, чем у мага. Сумрачница теперь была вне досягаемости, на кабинет Джо наложил мощные защитные чары. Был вариант подкараулить викинга и нагло отлить ему в ботинки, но где гарантия, что не прилетит под хвост этим же ботинком? Попытка подрать когтями О’Леннайну рожу была заведомо провальной, в чем Северус уже успел убедиться. Не зная, согласится ли Гарри на жестокость, пусть и обоснованную, Снейп не собирался втягивать подопечного в свои планы мести и хотел решить проблему сам, но, как выяснилось, они оба думали об одном и том же.
Джо О’Леннайна ждала страшная кара.
– А еще Торквемада очень интересно пишет, - поделился Гарри. – Причем, не только о формулах, законах и закономерностях, но и обо всем, что с нумерологией связано.
«И над этим ты хихикаешь вот уже третий день?» - заинтересовался анимаг. – «Надо будет взглянуть»
Гарри только ухмыльнулся. Он знал, что наставнику понравится «Квадратура», а значит, у них появится еще одна точка соприкосновения. Что может быть лучше?
Но предаваться мечтаниям времени не было. У декана назрело несколько вопросов, и он собирался их прояснить, пока опять не забыл за преподавательскими треволнениями: