Декан Слизерина

Видно, сегодня Судьба любила его особенно сильно: у портрета Полной Дамы Северус натолкнулся на МакГонагалл. Главная львица всея Гриффиндора поинтересовалась его самочувствием и пригласила к себе в кабинет, где выдала своему подопечному список эссе, которые он должен сдать по истечению каникул. Список был весьма внушительным, но на возмущенный взгляд студента декан лишь пожала плечами: надо нагонять материал. «Вы же не хотите, мистер Поттер, остаться на второй год?». Северус скорбно вздохнул, а потом оживился, вспомнив, что может перепоручить оные эссе самому Гарри. И пока тот будет корпеть над ними, он отведет душу, проверяя домашние работы по зельеварению. Мысль приятно грела душу минут десять, пока Снейп не вспомнил, что подделать почерк никак не получится: для выявления этого существовали специальные чары, которыми учителя проверяли все эссе. Странно будет выглядеть домашняя работа Гарри Поттера, написанная деканом Слизерина... Чертыхнувшись про себя, Северус попрощался с МакГонагалл и поплелся в библиотеку.

В царстве тишины, покоя и книжной пыли обнаружились Уизли с Грейнджер. Чтобы не вызывать у мадам Пинс подозрений, Снейп подсел к ним, и в результате справился с половиной эссе куда быстрее, чем предполагал: то, что выветрилось из его памяти по школьной программе шестого курса, отлично знала Гермиона. Подумав, не стоит ли проинспектировать знания гриффиндорцев по зельеварению и решив, что пусть живут, Северус направился в подземелья. Уж там-то его никакой Криви не разыщет!

– А, это ты идешь... – Гарри посторонился, пропуская гостя. – Ну как тебе Гриффиндор, славный тем, что учатся там храбрецы?

– Отвратительно! – с чувством произнес Мастер Зелий, присаживаясь на парту. – Столько красного вокруг – как вы с ума не сходите?!

Декан пожал плечами, и лукаво улыбнулся:

– Иммунитет, наверное. Или, как любит выражаться Малфой, следствие атрофии мозга.

– Ты уже цитируешь Драко? По-о-о-оттер!

– Между прочим, - назидательно потряс пальцем в воздухе Гарри, - я его декан, так что имею право.

– Ну-ну, - фыркнул Северус. – Между прочим, я требую политического убежища от твоих фанатов.

– Это от Колина и Джинни? Ничем не могу помочь. Если загребу тебя на отработку, Дамблдор мне потом голову оторвет, и скажет, что так и было.

– А дополнительные занятия? Минерва мне выдала вот это, - слизеринец выудил из кармана список эссе. – Сказала, что если хоть одно из сочинений будет оценено меньше, чем на «Превосходно», то мистер Поттер останется на второй год. Так что ты мой должник по гроб жизни – я, по сути, за тебя сдам все экзамены, и ты перейдешь на выпускной курс безо всяких усилий.

– Ага, а преподавание, значит, приятное ничегонеделание... Дополнительные занятия – идея хорошая, а повод? Ты бы не стал тратить на меня время, чай, своих забот хватает, я бы пошел просить тебя позаниматься со мной лишь под угрозой смерти, и то сомнительно.

– Через неделю начнутся занятия. Минерва обязательно заметит, что у Гарри Поттера с трансфигурацией из рук вон плохо, и очень быстро вычислит во мне Мастера Зелий, - покачал головой Северус. – Когда я учился на седьмом курсе, именно она первая сказала мне, что быть мне Мастером. То ли это чутье преподавателя, то ли женская интуиция, то ли все вместе взятое... В любом случае, это ее не подвело. Но Мастером я стал лишь восемь лет спустя, а она уловила первые... хм, эманации задолго до этого. Представь, что Минерва почувствует сейчас, стоит ей взяться за меня всерьез.

– Предлагаешь, пойти ва-банк и объявить о проснувшихся генах Финеаса? – задумчиво протянул Гарри.

– Приплетешь Финеаса – мигом обзовут новым Темным Лордом, - предупредил Северус. – Лучше обвинить во всем гены Лили, это более правдоподобная версия. Проснулись гены – проснулся интерес к зельям. Ты натура увлекающаяся, вредная, а тут еще и дополнительный повод подействовать мне на нервы...

– И я, только что выйдя из комы, тут же бросаюсь осаждать кабинет зельеварения, - с сарказмом закончил Гарри. – Нелогично. Недели через три этот повод сидеть в подземельях может и прокатит, а сейчас надо что-то другое.

– Окклюменция?

– С корабля на бал?

– Почему бы нет? Твои друзья меня прикроют перед Джиневрой, а перед Криви никто не обязан отчитываться, - тут Северус вспомнил утро в гриффиндорской гостиной. – И кстати, раз уж зашла речь, что мне делать с младшей Уизли?

– Да пусть живет...

– Поттер! – чуть не взвыл Снейп. – Она пытается зажать меня в темном уголке!

– Ну, так carpe diem! – расхохотался Гарри, и тут же едва увернулся от колбы с какой-то слизью.
– Ой, не надо меня бить, я хороший!

Северус демонстративно взвесил в руке тяжеленный справочник.

– Тихо, тихо! – примирительно поднял руки Гарри. – Я люблю Джинни как сестру, не более. Так что твоя честь в безопасности... Все, все, молчу!

– Что-то ты подозрительно веселый, - сощурился Снейп. – Неужели есть повод?

– Тьфу ты, черт, я и забыл... есть повод, есть! И еще какой! – подтвердил Гарри, радостно ухмыляясь. – Тебе понравится!

Жестом фокусника зельевар достал из-под стола литровую круглую колбу:

– Та-а-да-а-м!

Северус так и вздрогнул от неожиданности. А потом хищно улыбнулся:

– Вот так встреча! Питер Петтигрю!

Сидящая в колбе крыса испуганно сжалась в комочек, продемонстрировав двум магам приметную серебристую лапку.

* Дикая Охота и иже с ней – уперто отсюда:

** «Рок-н-ролл совершенных» - песня Рыжего Канцлера (она же Канцлер Ги). Кто заинтересовался, вот ссылки:или

***Надпись на Вратах Ада – (а матчасть надо учить, двоечники!) согласно «Божественной комедии» Данте, надпись звучит как «Оставь надежду всяк сюда входящий»

Глава 33. Квадратура замкнутого круга

– Добро пожаловать в Нуменгард! – провозгласил Джо, взмахнув руками. – Ах, Нуменгард!.. Диво северного края! Наши легенды гласят, что когда боги решили воссоздать Асгард здесь, в Мидгарде, они выбрали именно это место. Здесь, согласно древним преданиям, на вершине одной из гор сокрыты ступени, ведущие на Биврёст*. И гора эта называется Химинбьёрг, а на ее склонах живет извечный страж Радужного Моста – Хеймдалль. Он зорко следит за тем, чтобы никто не проник в Асгард, а поскольку никогда не спит, пройти мимо него невозможно. Хеймдалль был свидетелем зари человечества, он знает и видит все, что происходит в Мидгарде. Когда наступит время Рагнарёк, именно он известит мир об этом, протрубив в свой золотой рог, - О’Леннайн мечтательно вздохнул и насмешливо покосился на опешившего спутника. – Здесь, Северус, располагается самая страшная тюрьма на земле, по сравнению с которой Азкабан - элитный курорт. А по виду не скажешь, верно? – викинг хохотнул.

Сев растерянно оглядывался, не в силах придти в себя. Он представлял Нуменгард совершенно иначе: огромный мрачный замок, ров с кипящей лавой, замшелые камни, ржавые цепи подъемного моста, безлюдные равнины, покрытые черным от пепла снегом. Тюрьму обязательно охраняют два страшных дракона, а стражники – безмолвные скорбные тени, протягивающие к живым призрачные руки в немой мольбе. Однако место, куда доставил магов нелегальный порт-ключ, совершенно не походило на царство смерти и ужаса.

Нуменгард оказался целым островом неземной красоты. Викинг переводил его название как «Западная земля» или «Земля Рока» - по легендам именно в этом месте заканчивался Мидгард. За горизонтом, согласно сказаниям, земля обрывалась в бесконечную пропасть, уходящую в Хель и самые основы мироздания. И Сев мог понять варягов: здесь, казалось, мир застыл в безвременье, вечно оставаясь таким, каким некогда сотворили его боги.