Дети Солнца. Во мраке дня

– Не знаю, как русским, но мне неприятно, когда про евреев думают такое. Вот скажи мне, я хоть раз, пока мы жили в общежитии, не поделился с вами едой, которую мне привозила матушка. Или ты замечал за мной жадность, хитрость, корысть?

– Ну, нет, - сказал я, немного, призадумавшись.

– Вот видишь! – воскликнул Джордж. – Видишь? Про это я тебе и говорю, что мы евреи не такие.

– Если я не ошибаюсь, ты на половину русский, ведь так? – задал я встречный вопрос.

– Да, - протянул он тихо, будто хотел, чтобы я не слушал. – Но дело то не в этом! И среди русских встречаются такие жадные и скупые люди. Вот возьми Горева, сколько раз он делился с нами чипсами и шоколадками? А сколько раз он точил всё это втихаря? Вот, вот.

– Может, он на половину еврей? – снова задал я вопрос.

– Вот блин, Жека, а ты тогда кто раз тебя не переспоришь?

Мы где-то с полминуты безудержно, до усталости в мышцах громко смеялись. Но после того как наши товарищи начали недовольно ворочаться и мычать во сне, мы примолкли и попытались продолжить нашу беседу.

– Тихо! – сказал я приставив указательный палец ко рту.

– Да, не кипешуй Рамчик, ни уже спят. К тому же они сейчас в состоянии «синюшак», поэтому их сейчас мало что разбудит.

– Я не про них, - сказал я, махнув в их сторону рукой. – Ты прислушайся к звукам на улице, ничего не замечаешь?

– Кричит кто-то, - сказал Жора прислушавшись. – Похоже, что женщина. Ты тоже это слышишь? Это не из-за алкоголя?

– Вряд ли, - ответил я. – Всё уже давно выветрилось, да и к тому же я не пил…

– Мне кажется, - вдруг поднял голову, не открывая сонных глаз Древаль. – Или за окном какая-то женщина кричит, помогите?

У Древаля был хороший слух и чуткий сон. Поэтому он тоже услышал крики, и подтвердил наши с Джорджем догадки.

Я и Гоша метнулись на балкон, дверь которого, отдать должное бывшему хозяину дома, хоть и выглядела старой и дряблой, но открывалось легко и бес скрипа. Балкон же не было заставлен всяким не нужным хламом, поэтому с него открывался хороший вид на двор, со стороны которого, по нашим догадкам шли мольбы о помощи.

Хоть всюду и была, практически непроглядная темень, глаза, уже хорошо свыкшиеся с отсутствием света, различали где-то внизу фигуры людей. Да и то только тех, которые были одеты в бело. Их было много человека три четыре, это из тех, кого мы видели. Вскоре мы поняли и то, почему эти люди просили нашей помощи. Из подворотни, с воем и лаем за беглецами мчались голодные собаки.

– Нужно помочь, - сказал Джордж, чуть ли не переваливаясь через балкон. – Нужно помочь!

– Да ну Джордж, - сказал Древаль, закуривая сигарету, и медленно пуская дым в темноту. – Сейчас лучше ни с кем не связываться. Мало ли, вдруг сифилис, или СПИД? Не брат, сейчас лучше потерпеть.

– Да ты о чём вообще? Вы, почему только выгоду то ищите?

– Ко бы говорил, - почему-то не к месту решил подколоть я своего товарища еврея, по теме нашего минутной давности разговора.

– Не удачная шутка Рамчик, - осадил меня Джордж.

– Ну а кроме шуток Джордж, ты свой выгоды ведь не упустишь, так? – на полном серьёзе ответил я.

– Эй! – простонал из середины комнаты Горев. – Пацаны, давайте потише а, не мешайте людям спать!

– Давай Джордж, решай сам, но отвечать за них будешь сам, - сказал я уже чуть потише.

Гоша колебался не долго, посмотрел сначала на спящих товарищей, потом снова в темноту, где кто-то очень сильно нуждался в помощи. Потом он набрал в лёгкие побольше воздуха и закричал:

– Ей! Ей! Давайте сюда! Идите не голос! На голос идите!

– Спасибо! – отозвался с той стороны слабый, уставший голос.

– Нужно возле подъезда встать, чтобы они двери не перепутали. И знак какой-то подать! – сказал я. – Древаль, дай мне свою зажигалку.

– Зачем?

– Древаль дай зажигалку! – не выдержал и закричал я. – И найди мне бумаги, книги, газеты, что-нибудь такое!

– Что за кипишь? – спросил, поднимаясь Абра.

Взяв бумагу, принесённую Древалём, и его зажигалку, я открыл дверь и побежал вниз, к подъездной двери, а вместе со мной Джордж. Остальным же мы дали указания, чтобы те направляли беглецов, чтобы они шли на голос.

Быстро спустившись вниз, я вышел из подъезда, Джордж поставил камень у двери, чтобы та оставалась открытой. Тем временем я скомкал несколько двойных листов от газеты, сложил их вместе и поджог. Затем, вырывая из книги по несколько листочков, бросал их в костёр, чтобы поддерживать, маленький и слабый огонь, который, однако, был хорошо виден в кромешной темноте.

– Сюда! Бегите на огонь! Сюда! – закричал Джордж в темноту, но уже никто не отзывался, и вариантов почему же так, оставалось не особо много. Либо у них уже не было сил говорить, либо уже было просто некому отвечать.

– Джордж, - позвал я друга. – Помнишь, где мы трубы оставили? Сходи за ними, принеси штуки две, на всякий случай.

Джорджа не оказалось в ту же секунду, он уже был в подъезде и шарил там в поисках арматур. Я же, начал подкидывать в огонь побольше листиков, чтобы он был уже точно виден всем в этом дворе. Однако свету он давал не особо много. Метров на шесть семь вперёд это максимум, и то видны были только очертания, а из-за вечно скачущих длинных теней видимость ещё больше ухудшалась.

Вдруг, на границе видимой мне области показалась первая фигура. Разглядеть её толком я не мог (в том, что это была именно она, а не он, мы определили ещё по крикам), но уже почувствовал какую-ту радость за успешность нашего предприятия.

– Давай сюда! Скорее, поднажми! – крикнул я ей.

Вскоре из темноты появились ещё три фигуры, они двигались быстро и вроде бы, всё уже было хорошо. Но если меня в своё время не обмануло зрение, к нам должно было прибежать больше людей. Мои худшие предположения подтвердили крики девушки:

– Нина! Нина!

– В чём дело? – спросил Джордж, выбегающий из подъезда с двумя трубами.

– Нина! Нина отстала! Она была на каблуках, она там! – хватая ртом воздух, делая большие паузы между словами, говорила девушка.

Я неодобрительно глянул на Джорджа, уже зная о его романтическом пыле, начал говорить:

– Нет, Джордж, нет.

Однако он меня не слушал, а уже повернулся лицом к темноте и сделал в ту сторону шаг, лишь бросив через плечо:

– Бегите в подъезд, я вас догоню.