Девочка с куклами

– Он был в квартире Рыковой после ухода Зарипова. – Подполковник продолжил размышлять вслух.

– Возможно, проследил за Наилем. Или вычислил другим способом.

– И решил убить за то, что Зарипов убил Рыкову?

– За то, что Наиль сорвал его замысел. Люди с такими, как у Виктории, расстройствами встречаются очень редко. Убийца ищет их, как ищут золото – перемывая горы пустой породы. Каждый случай – как самородок, к каждому нужно готовиться особо. Убийца старательно разрабатывает план преступления, смакует каждую деталь, предвкушает, как реализует его…

– А затем Зарипов грубо влезает в замысел.

– Чем не мотив?

– Мотив подходящий, – не стал отрицать Шиповник. – Но как убийца узнал о расстройстве Рыковой?

– Через Сеть. Виктория делилась своими проблемами на профильных ресурсах.

– Проверил?

– Ребята работают, но пока зацепок нет.

– И зацепок нет, и существование убийцы не доказано.

– Есть случай Бурмина.

– Мало. И с ним тоже не всё однозначно. – Подполковник вздохнул. – Феликс, ты понимаешь ситуацию не хуже меня. Твоя версия любопытна, но ей не хватает… всего. Вообще всего. У нас есть невнятный, не расследованный должным образом инцидент двухлетней давности, официально признанный несчастным случаем. И ещё есть почти стопроцентная уверенность в том, что Викторию Рыкову убил Зарипов. Причём со вторым ты согласен и сам продвигал эту версию.

– Я и сейчас в этом уверен.

– Вот.

– Но, помимо этого, у нас есть мёртвый Зарипов, – напомнил Вербин. – С ним что?

Ответом стал долгий взгляд Шиповника.

– И ещё мы с вами понимаем, Егор Петрович, что Анзорова заставят взять это дело. А он подключит нас.

– Значит, дело наше.

Мужчины помолчали. Затем Шиповник спросил:

– Рабочие версии?

И Феликс сразу перечислил:

– Первая – убийство во время уличного ограбления. Её отработают местные, а заодно посмотрят записи со всех доступных видеокамер, определят, как убийца ушёл. Может, он где ошибся.

– Будем надеяться.

– Будем. – Вербин прищурился. – Вторая версия: убийца – сообщник Веры, сделавший ответный ход. Третья – месть за Викторию. Четвёртая – пришедший в ярость «серийник».

– В такой последовательности? – уточнил подполковник.

– Да, Егор Петрович, в такой, – подтвердил Феликс.

– Тогда поезжай спать, – распорядился Шиповник. – Утром увидимся на Петровке.

27 февраля, понедельник

Традиционное утреннее совещание отдела пришлось передвинуть. Причём передвинули его в последний момент, когда оперативники уже съехались, расселись и, негромко болтая, ждали появления Шиповника. Но вместо подполковника явился Колыванов и грустно сообщил, что ждать придётся долго, поскольку начальника отдела неожиданно вызвали наверх.

Ну, как неожиданно… для оперативников, разумеется, сообщение стало неприятным сюрпризом. Что же касается Шиповника и Вербина, они такое развитие событий предвидели и не ошиблись ни в чём: ни в том, кто именно из заместителей их вызовет, ни в том, о чём пойдёт разговор.

– Если узнаю, что это вы организовали утечку – погоны придётся спилить вместе с плечами, – тяжело произнёс руководитель, по очереди разглядывая сыщиков. – А теперь говорите, вы организовали утечку?

– Никак нет, – почти бодро ответил Вербин.

– Нам это зачем?

– В тишине работается лучше, – подумав, добавил Феликс, хорошо зная кредо руководителя.

– А если узнаю? – помолчав, спросил хозяин кабинета.

– Вы уже сказали, что будет в этом случае, – хладнокровно ответил Шиповник.

– И ты не боишься?

– Мне бояться нечего, – развёл руками подполковник.

– А ты? – Руководитель переместил взгляд на Феликса.

– А мне интервью давать некогда, – спокойно произнёс Вербин. – Я человек маленький, бегаю по улицам в поисках преступников, и больше меня ничего не интересует.

И Вербин, и Шиповник не сомневались, что Олегу уже звонили, пытаясь выяснить, откуда он добыл информацию о «Девочке с куклами», но по поведению хозяина кабинета они поняли, что Юркин их не сдал.

– Тогда откуда журналист узнал такие детали? – хмуро спросил руководитель, зачем-то поворачивая оперативникам раскрытый ноутбук и показывая статью Олега. – Почему вся Москва говорит о «Девочке с куклами»?

– Потому что название броское, – пробубнил себе под нос Феликс.

– Что ты сказал?

– Название яркое и броское, – повторил Вербин. Громко повторил. – Викторию Рыкову в окружении кукол нашли, кто-то из группы эту фразу произнёс – и понеслось. Название хорошо на язык ложится, всем стало интересно, что это за случай – «Девочка с куклами»? Слух дошёл до журналистов, они заинтересовались.

– И Юркин в очередной раз добыл точную информацию, – закончил за него руководитель.

– В статье нет ничего точного, – пожал плечами Шиповник. – По большому счёту, лишь описание и предположения.

– Ты издеваешься?

– Нет, я внимательно её прочитал.

– Сама статья – это уже… – Хозяин кабинета замолчал. Потому что не знал, что именно «уже». Слух по Москве, во всяком случае, среди сотрудников, действительно распространился, «Девочку с куклами» обсуждали, и в тексте содержались только те сведения, которые можно было без труда раздобыть в курилке или за кружкой пива. – Юркин пишет так, словно не сомневается в том, что эта ваша… Валерия…

– Виктория, – подсказал Феликс. – Виктория Рыкова.

– В общем, будто эта ваша «девочка» была убита. – Руководитель вновь наградил оперативников тяжёлым взглядом. И вновь – по очереди. – Что скажете?

– Мы исходим из того, что Рыкову убили, – ответил Шиповник. – Такова рабочая версия.

– Не суицид?

– Убийство, замаскированное под суицид.

– Это точно?

– Такова рабочая версия, – повторил подполковник.

– Версия чем-то подкреплена?

– Размышлениями.

– А-а. – Руководитель откинулся на спинку кресла. – То есть на основании напряжённой работы ума?

Подполковник проглотил первый пришедший в голову вариант ответа и сознался:

– Так точно.

Феликс кивком поддержал своего начальника. На всякий случай, а то вдруг хозяин кабинета подумает, что размышлять умеет только Шиповник.

– Да знаю, вы там любите порассуждать, – произнёс, после короткой паузы, руководитель. – Некоторые даже в отпуске остановиться не могут: всё думают, рассуждают, помогают коллегам из Сибири поймать серийного убийцу.