Девушка и дракон

Деревня, которая появилась пару веков назад возле гостиниц, так и стала называться — «Дворы». А сами гостиницы, говорят, помнят еще старого дракона. Здесь останавливаются купцы, идущие в Мессонг и к створам Ялла, офицеры пограничных крепостей и вестовые. И разумеется — королевский двор. На ту ночь, которую наследник престола проводит в пещере.

Владельцы гостиниц каждую такую ночь помнят, как праздник, и рассказывают о них гостям и родственникам долгие годы спустя.

Что же, пора покинуть карету, и продолжить путь уже в седле. Лошадь Яшма оставит у заставы, откуда вверх ведет узкая тропинка. По ней ходу нет уже никому кроме наследника королевской фамилии. Единственного и прямого.

А снаружи уже мельтешат факелы, строится почетный караул, и особы, приближенные ко двору занимают свои места согласно заранее составленному плану. Так, будто у них отрепетировано.

А над лесом орут вороны. Ненавистные птицы заняли несколько старых деревьев по ту сторону площадки, их не видно, только слышно голоса.

А стены кареты почти не глушат разговоры придворных, и право слово, лучше бы его в этой поездке вовсе никто не сопровождал…

Дверца отворилась.

Ну конечно. Парадный лимелийский плащ заколыхался на ветру, мастер Оргль склонился в неглубоком поклоне. Взгляд старого фанатика впился сначала в лицо принца, а потом переполз на грудь, да там и остался. Догадался про амулет? Ну и к лучшему. К лучшему.

Когда-то давно, когда проклятье Дракона лишь пало на королевский род, когда чудовищная магия Основ вырвалась на волю, готовая ввергнуть все малые королевства в пучину бедствий, Лимелийский орден вознесся выше престола: они остановили хаос. Мастера Ордена совладали с проклятьем, смогли поймать и удержать магию в хрупких человеческих телах. Более того, вскоре власть в стране укрепилась вокруг все того же проклятого рода. Короли-маги правили страной под незримым руководством Лимелии, и это устраивало всех. Низины из двух десятков маленьких княжеств на памяти одного поколения превратились в мощную державу, с которой считались и южные соседи, и короли Мессонга, и ялусы, и даже королевства Верхних Земель.

С тех пор утекло много и времени и воды. Изменился Орден. Перестал быть орденом, как таковым, предпочитая называться «школой». Все больше среди аристократов стало появляться людей с долей королевской крови, а значит — несущих всю полноту драконьего проклятия. Именно их и отбирали мастера в ученики. Когда-то и Яшма носил орденский плащ. Было такое…

Время ученичества не оставило ему приятных воспоминаний. Владение магией требовало невероятной концентрации, направленной в первую очередь на то, чтобы сдерживать свою «драконью кровь». Аскетизм, унылая серость, догматы Ордена — за которые иногда мастеров хотелось просто поубивать… коридоры архаичного замка у самых створ Ялла, с окнами-бойницами под потолком…

Единственной радостью были саламандры. Откуда они брались в костре каждый раз, когда кто-то из юных адептов разводил пламя — ведают только веселые боги. Но они появлялись почти сразу. Танцевали, подмигивая мальчишкам изумрудными глазами, или нежились в углях. Их бока чуть подрагивали от дыхания, шевелились алые гребни…

Яшма покинул карету, внутренне кривясь от собственной степенной важности. Не глядя, миновал почетный караул. Кто-то подвел лошадь. Белую. С алой попоной.

Он легко вскочил в седло, обернувшись, поднял руку в приветствии. С ним двинется всего одна легкая повозка с дарами Хранителю. Это еще одна традиция, которую нельзя преступить. Там, в этой повозке, лучшее вино и фрукты, хлеб и копченое мясо. Пряности. Шелковые занавеси. Серебряная посуда. Парадная одежда, пошитая лучшими мастерами Ихарны.

Набор тоже традиционный — все, что было сложено в повозку, перед отправкой лично осмотрел и одобрил мастер Оргль.

Говорят, раньше с наследником в горы отправлялся целый караван даров и угощений…

Но те времена, как и сама дорога к пещере, поросли сорной травой. Теперь белая лошадь высекала копытами искры из старых булыжников, а следом лохматая горная лошадка тянула ярко украшенный возок. Лошадку понукал молодой возница, одетый соответственно моменту, в лучшие одежды. Яшма так ни разу и не увидел его лица.

До заставы добрались быстро — там их ждали. У деревянной башни горел костер, кто-то играл на дудочке, кто-то смеялся. Чтобы дать о себе знать, Яшма усилил свет магических огней, вешки с которыми здесь встречались куда чаще. Синеватое пламя стало белым, осветив всю поляну.

Солдаты повскакивали, оправляя форму, дудочка смолкла. Костер кто-то начал поспешно тушить.

Пропади все пропадом, подумал Яшма. Такая чудесная ночь. Костер и дудочка были куда уместней обязательных речей и магического пламени.

Но деваться некуда.

Вперед выскочил глашатай — мальчишка лет пятнадцати. Выкрикнул:

— Гарнизон Последней заставы приветствует наследника Низинного королевства и прилежащих земель!

Слишком короткий титул для наследника. Ни перечисления ленных владений, ни регалий. Его светлость принц, и все.

Да здравствует!..

И вдруг, совершенно другим голосом, уже нормальным и даже проказливым:

— Проезжайте, капитан! Вас там… давно ждут.

Яшма вгляделся в лицо глашатая и не узнал. Не помнил он этого ясноглазого паренька.

Все-таки кивнул, въехал на территорию заставы и только там спешился, не дав возможности никому из солдат придержать стремя.

Огляделся. Ну? Что дальше?

Тишина плыла над заставой. Где-то вдали пробовала ноты ночная птаха, трещали кузнечики…

— Привет, командир! Не узнал моего младшего?

— Оникс!

Шел, как на кладбище, а вышел к дому. Кто бы мог подумать, что Оникса нужно искать здесь!

А младшего сына Оникса он, конечно, видел — но тогда парню было пять. Ну, как его узнаешь-то?

Седые волосы старого товарища по давней моде были забраны в хвост. Он не изменился, только морщин стало больше. Оникс командовал каменным отрядом до Яшмы.

Ну вот, можно уже заподозрить, что в мире не все так плохо. Пожалуй, после посещения пещеры он еще задержится тут, на заставе, чтобы пусть недолго, но побыть в компании друга. Им будет, о чем поговорить, что вспомнить…

Оникс улыбался по-отечески.

— Идем в дом. Поговорить успеем, нужно соблюдать традиции.

Настроение неудержимо поднималось, впервые за много дней: «Традиции, ну конечно. Нет бы — сразу к столу позвал. Наследник престола, между прочим, помирает с голоду…».

В нижней зале башни уютно мерцал камин. Стены украшали закопченные гобелены.

Не укрепление — одна видимость. Как ее поставили еще при первых королях, так она тут и стоит. Охраняет драконью пещеру от досужих и любознательных жителей окрестных сел.

А кто еще сюда, на гору, полезет-то?

— Вот, знакомьтесь. Хранитель драконьей пещеры, мастер Дин. Наследник королевского престола, его светлость принц Горт.

Хранитель пещеры поднялся навстречу.

Яшма чуть поклонился ему, потешаясь в уме. Мастеру Дину на вид с натяжкой можно было дать двадцать лет. Костлявый, не слишком высокий. Рыжий. Не так — очень рыжий. С веснушками на бледном узком лице. Наверняка он совсем недавно сменил на должности Хранителя своего отца.