Девушка и дракон

Дин пошевелил дрова в камине. Вверх взметнулись языки молодого пламени.

— Дракону было скучно и тоскливо. Он должен хранить свою тайну и убивать всякого, кому она вдруг понадобится. Всякого, понимаешь? А драться с ним на равных — это не в человеческих силах. Страшно подумать, сколько лет он провел там один. Веков, не лет. Слова его я понимал с трудом, а шутил он… впрочем, я скоро так же начну… да. Но мы отвлеклись. Выслушав мою историю, он долго смеялся. Потом спросил: «И что же ты хочешь от меня?». Я не ответил. Третье правило: тот, кто что-то попросит у дракона, потеряет все. Ну, как теперь ясно, кроме жизни и свободы. Он спросил: зачем же ты тогда вообще ко мне пришел? Я снова ответил, что ищу брата. И что от дракона лично мне ничего не надо. Он хмыкнул, и перекинулся в немолодого тощего этхара. Сказал — иди за мной. Мы вошли в большой зал пещеры. Ты его видел. Но тогда он был пустым, и там было много всякого… устрашающего. Воняло к тому же. Он засветил магические огни, я увидел полусгнившие трупы друзей моего брата. А потом и его самого, застывшего с поднятым мечем в руке. Он был как из гранита. Мне стало жутко. Дракон объяснил: «Он пришел за помощью. Я назначил цену — жизнь его приятелей. Я знал, что цена ему не понравится». Этхар погрустнел. И вдруг признался: «Он мог бы меня убить, но я был ему нужен… ситуация, которую невозможно решить просто. Я надеялся, что гнев все-таки пересилит. Но нет…. Пришлось его… задержать. А цену я взял. Раз уж она была назначена…».

— Хочешь сказать, старый дракон сам хотел, чтобы его убили?

— Хотел. Пещера — как тюрьма. Полнейшее одиночество. Всеведенье. И полная невозможность влиять на события. Кто угодно свихнется за куда меньший срок.

— И ты?

Яшма махнул рукой на озвученные Дином три правила общения с крылатыми. Свободу он потерял, став принцем, дом и семью — намного раньше, а жизнь… то, как он живет в последние годы, жизнью назвать можно с большой натяжкой. Ветка, плывущая по течению, а не жизнь. Так что, нечего терять.

— И я. Разве незаметно?

— Да пока не очень.

— Странно. А твой братишка всю дорогу орал, что я безумец, и что он меня обязательно прикончит.

— Мы немного разные.

— Заметил.

— А что там дальше-то было, с твоим драконом?

— А он сказал, как Ларда вернуть. Ничего сложного. Капля драконьей же крови, да капля крови близкого родственника. Да простейшее заклинание. Он нам даже в сражении помог. И вообще, если не обращать внимания на его причуды, с ним оказалось вполне можно иметь дело. Показал мне ход тайный в его пещеру. В гости звал…

Дин печально улыбнулся.

— Лард ему, как оказалось, погибших друзей так и не простил. Заставил меня показать ход. А напились мы с ним тогда, не знаю, как. Я взял еще вина, поплелся к этхару… хотел примирить их как-то… ну, и Лард его зарезал. Не ждал он подвоха, понимаешь? — голос у Дина осип, словно события те произошли только вчера. — А может, ждал. Может, он это нарочно все так устроил, теперь разве разберешь? Всеведенье, оно дарит много возможностей…

Яшма молча наполнил менестрелю очередную кружку. Тот благодарно кивнул и уткнулся в нее носом. Осушил, кажется, одним глотком. Закончил рассказ:

— Он нас проклял. А верней, взвалил всю ответственность за мир, всю магию, на королевский род, на всех близких и дальних родственников. Его звали Корэ, того дракона. В Верхних землях поминают Корара и его магию крови. Экспериментируют, ищут тех, в ком эта магия есть, пытаются применить старые знания… толку-то.

— Я вспомнил… однажды этхар из Черного Эва назвал меня родственником.

— Я могу только предполагать. Но думаю, когда-то этхаров было ничуть не меньше, чем людей сейчас. Но смерть последнего истинного дракона передала магию крови одной из их семей. Этхары не справились, их почти не осталось, и все они сейчас обитают на крохотной территории Эва. А может, все иначе было… Но наша с братом история не закончилась на этом. Сила проклятия по нам ударила в равной степени, и я не могу сказать, сколь долго мы лежали там, рядом с мертвым драконом. Долго. Пришли в себя, удивились… и вернулись домой. Необученными магами огромной мощи, которым были подвластны все стихии, и которые могли видеть будущее. Если ты думаешь, что магия нам тогда была в радость…

— Не думаю.

— Мы — ладно. Но пара десятков детишек, обретшая магическую силу ничуть не в меньшей степени, чем взрослые… Я помню старика, впавшего в маразм, который чуть не сжег столицу. Вообще, начались не самые лучшие времена, пусть победа и была за нами… Я вернулся сюда, в пещеру, за ответами. И получил их. Я стал крылатым, как старый этхар. Я узнал все что хотел и не хотел знать… я… не смог вернуться, потому что крылья равновесия могут успешно тянуть мир только здесь. Ларт часто приходил ко мне, мы говорили. Он придумал отделить отпрысков королевской семьи, всех, кого затронуло проклятие, в специальную школу. Да-да, так это было вначале. Малышей учили управлять полученным э… даром лучшие маги страны. Нашли крепость, подходящую по прочности и просторности помещений. Это было в провинции Лимели. Вы говорите Лимелия, но самостоятельной страной те земли никогда не были… Все потихоньку пошло на лад. Мы с братом придумали целую кучу «драконьих» традиций. От них осталось только правило коронации здесь, в пещере, с обязательными разговорами о судьбах мира на целую ночь. Чем мы с тобой сегодня возмутительно пренебрегаем…

— Ну почему? Время еще есть.

— Да нет у нас времени. Видишь ли, из года в год я все меньше времени в силах оставаться человеком. Одракониваюсь. — он усмехнулся. — На одну ночь меня еще как-то хватает… но не больше. Да… весело было вначале. Но если я все больше становился драконом, то остальные, наоборот, все меньше времени могли пользоваться крыльями. Я не говорил? Крылатым, на заре Низинной империи мог стать любой наш родственник… ненадолго, но мог. А сейчас я во многих и вовсе с трудом могу различить крылья.

— Почему?

— Удаленность от пещеры, я думаю. Магия-то остается при вас. Когда мой брат умер… а прожил он по человеческим меркам долго… его место занял парень, что учился в Лимелии. Он придумал, как облегчить участь и детей и преподавателей… при помощи воздействия на магическое поле… у меня нет понятных слов, чтобы правильно объяснить. Тут наш друг Кварц нужен… если бы я мог предположить, чем кончится та затея — прибил бы, не взирая на законы равновесия. Он предложил контролировать «дракона в себе» — знаешь этот термин?

— Я тоже там учился.

— Оно и видно. Так вот, при помощи э… ну, внутренней клетки, магической системы, которая не даст магии себя проявлять. Со временем школа превратилась в орден, контролирующий почти всех наследников проклятья. Они очень далеко ушли в своих изысканиях…

— Откуда ты знаешь?

— Белый, ты наглядный пример. Сидишь передо мной… ладно хоть, крылья не отрублены. Смотреть тошно.

— Я не владею истинным зрением. Знаю про него, но…

— Да вас слепят там, в этой вашей школе! — взорвался Дин — Специально слепят! Знал бы ты, как мне иногда хочется руки повыдергивать сизым братьям…

— Неисправимо?

— Белый, не спрашивай, а? Я там, в крепости, ничего не могу сделать. Я здесь-то почти ничего не могу. Только загадки всяким принцам загадывать, да песни петь в пустоту… Пошли, вообще, тебе корону выбирать…

— Все настолько плохо?

Дин неожиданно замолчал, и впервые окинул гостя изучающим взглядом.

— Ладно. Сними камушек ненадолго. И сиди смирно… я, все-таки, дракон, а не лекарь…

Яшма следил за зрачками Дина. Он понимал, что ничего не увидит.

Со слов Кварца и по собственному опыту он знал, что школа в Лимелии не столько учит, сколько калечит учеников. А орден силен. Он за века стал опорой королевской власти, и сейчас фактически управляет страной. Во всяком случае, до того момента, как принц станет королем.

— Закрой глаза. — Голос у Дина неожиданно зазвенел. — Попробуй мне помочь. Вспоминай. Что-нибудь хорошее.

Хорошее. Это когда Нэнги бежит навстречу, а Миа сама отворяет дверь — тебе, пропыленному и усталому. Или когда тебе улыбается племянник, которого чудом удалось вырвать у смерти. Или когда вы вчетвером с Корундом, Опалом и Бирюзой, после успешной операции, делаете кассу какому-нибудь провинциальному кабаку, просто потому что вы молоды, веселы и вам не жалко денег отпраздновать это событие…