Девятый

Однако болван не может напасть на человека или отказаться выполнять прямой приказ, который никому не угрожает. И уж тем более он не способен двигаться после кодовой фразы моторного отключения.

Но дети-болваны смотрели на нас, улыбались и неторопливо выходили из-за стола.

Сказать, что я удивился — ничего не сказать. Болванов кто-то перепрограммировал? Но как? На дистанционное управление не похоже, под дистанционкой у них движения неуклюжие, значит нейросеть, но нейросети не бунтуют.

Падшие? Никогда они такого не делали! Даже в искины истребителей не пытались забраться!

— Миша, Мари! — Александр повысил голос, будто говорил с напроказившими детьми. — Что вы себе позволяете? Сядьте немедленно!

— Сашенька, не волнуйся, тебе вредно волноваться, — сказала Мари, улыбаясь. — Всё будет хорошо.

Болван-Миша молчал и шёл ко мне. Похоже, выбрал меня как самого опасного противника.

Я отступил на шаг. Вряд ли гражданские мне помогут. Писатель уже старенький, ему лет пятьдесят. А Петя хоть и молодой, но он же музыкант, разве музыканты умеют драться, тем более с болванами.

Так. Надо успокоиться.

Первое — на корабле случилось неслыханное, бунт искинов. Я не понимаю, как такое возможно, но если корабельный искин стал «сам себя вести», как это называют умники, то он легко мог перешить простенькие нейросети болванов.

И, выходит, устройство контроля в голову астронавта поместил болван.

Второе — передо мной сейчас два болвана-актера. Они слабые, это не корабельные андроиды. Если бы я умел хорошо драться, мог бы их в рукопашной поломать. Но я не боец-рукопашник, мы, конечно, всегда толкались и боролись в детстве, но не всерьёз, без всяких хитрых приёмчиков.

И третье, самое печальное — шокеры в перчатках вряд ли мне помогут. Искусственная кожа болвана хороший изолятор, не факт, что пробьёт.

— Чего вам надо? — спросил я болвана-Мишу, глядя ему в глаза.

Как ни странно, но болван остановился и сказал:

— Немедленно сядьте и успокойтесь! Смелость наша орбита!

Фраза была его. Мишкина, с самой первой книжки: «Коварное Каллисто».

Выглядел болван-Мишка как самый настоящий пилот. И голос был живой, и взгляд, и встрепанные волосы. А самый кошмар то, что я про него с самого детства читал книжки и смотрел мультсериал «Маленькие друзья ангелов» по книжкам Снегиря! Он для меня был… ну, словно настоящий. Словно друг, с которым в одной эскадрильи летаешь. Мне даже порой казалось, что в большей битве над Красным Пятном он меня прикрывал, а я его. И я почти верил, что Мишка смог высадиться на Ио и улететь, хотя никто на Ио не высаживался, проще и быстрее застрелиться…

Так что я кивнул болвану. И шагнул к стулу, как бы для того, чтобы сесть.

Видимо, нейросеть уверилась, что всё сработало.

Болван успел вскинуть руку, но не успел задержать меня, когда я вонзил кортик чуть ниже того места, где у человека грудина, а у болванов аккумуляторная ячейка. По лицу Мишки прошла судорога, голова затряслась… но он не отключился!

И ослабшая на мгновение рука болвана стала отжимать мою, вытягивая кортик из тела.

— Мы — вечность в движении! — сказал Мишка свою вторую коронную фразу.

Почему-то это меня привело в чувство.

Это не концертный болван, это болван-компаньон, у них есть резервная батарея!

Только вряд ли нейронка теперь позволит мне ударить болвана в поясницу.

Зато я сжимал стальной кортик, уже пробивший оболочку и замкнувший какие-то цепи. Сжав пальцы, я активировал разряд. Затрещало, под клинком заискрило жёлтым. Болван резко отшатнулся, но не упал.

— Шокер электронику не сожжет! — закричал Александр. — Вспомни книжку «Призраки Марса»!

Мари вдруг прыгнула на него, повисла на спине, обвила руками шею. Писатель закрутился на месте, пытаясь сбросить болвана.

— Сашенька, сейчас тебе будет хорошо! — радостно воскликнула Мари.

Болван-Миша стоял, подергивая головой, следя то за мной, то за скрипачом. Петя схватил футляр со скрипкой и потащил его в сторону. Миша тут же переключился на меня. Лицо у него теперь стало жесткое, решительное, он явно просчитывал, что делать.

Ну а мне что?

«Призраки Марса»? Я книжку читал давным-давно. Там пилоты с марсианской базы «Аэлита» нашли под горой Олимп древний город марсиан, населенный роботами. И мудрый генерал отправил туда Мишу с Мари (почему-то всегда отправляют их), выдав электрошокеры. И объяснял, что в режиме «tech» шокер выдаёт очень короткий высоковольтный импульс, поражающий технику, а в режиме «org» серию импульсов меньшей мощности, парализующий органику.

Конечно, кто же мог подумать, что мне придётся драться с болванами?

Перчатки сделаны как нелетальное оружие против людей. Хорошо ещё, что они сожгли кустарный модуль управления в голове Лорана. Но болвана, тем более болвана-компаньона, таким не уничтожить.

— Вместе сквозь любые дали! — выкрикнул Мишка свою третью любимую фразу. И кинулся на меня.

Масса у болвана была побольше, чем у меня, всё-таки металлический скелет и моторы — это не кости и мышцы. Ещё он явно был сильнее, а боли не чувствовал.

Нейросеть, конечно, прекрасно определяла нашу кажущуюся силу тяжести и прекрасно рассчитывала движения при половине «жэ». Но одно дело прогнозировать движения при низкой гравитации, а другое чувствовать её.

Я прыгнул в сторону, гораздо быстрее и дальше, чем болван рассчитывал. Извернулся, уперся ногами в стену и даже пробежал по ней пару шагов, прежде чем изо всей силы оттолкнуться назад, в ту точку, где болван должен был оказаться.

Болван-Мари продолжала висеть на спине писателя, хихикая и взвизгивая.

Бегущий болван-Миша вывернул голову так сильно, как у человека бы никогда не получилось, отслеживая мои движения. И смешно засеменил ногами, пытаясь затормозить. Но инерция гнала его вперёд, прямо к точке, где я и запланировал встречу.

Конечно, болван знал своё уязвимое место, вторую батарею в пояснице. Так что он, раскорячив ноги ухитрился остановиться и развернуться ко мне. Как я и ожидал.

Я ударил его открытой ладонью, толкая вниз и в сторону. Руке было больно, но зато болван начал валиться, пытаясь оставаться ко мне лицом. Я кувыркнулся над болваном, вцепился в запястье, рванул на себя и вниз, ударил коленом куда-то в спину.

Даже у робота, который рассчитывает всё очень быстро, остаются ограничения в скорости движений. Он не знал, каких движений от меня ожидать и у него не было опыта такой вот возни при низкой силе тяжести.

Болван-Мишка рухнул лицом на пол, я оказался сверху, прижав ему ноги и приставил кортик к пояснице.

— Брат-пилот, я сдаюсь! — воскликнул Мишка.

На мгновение я задержал удар. Уж очень натурально было сказано.

Потом взял рукоять кортика двумя руками. И, навалившись всем телом, вонзил его в болвана, сминая и замыкая энергетические ячейки.