Дочь Мороза

— Что ты имеешь в виду? — тихо произнесла она, сквозь ком в горле.

— Весения, я не хочу прекращать наше общение, — замявшись ответил он и это не ускользнуло от её цепкого взора. — А большего сказать я не могу.

Горислав отвёл взгляд, яркий румянец окрасил его бледное лицо, добавляя суровому образу немного мягкости. Будучи воином, он редко позволял себе открытое проявление чувств, что сказалось на выражении лица.

— Неужели ты рассчитываешь на нечто большее, чем дружба?

— Ох, Весения, — лукаво протянул он и снова посмотрел на девушку. — Какие в твоей голове мысли?

Мужчина окинул её медленным взглядом с головы до ног с таким жаром, что и сама Весения засмущалась. В этом взгляде будто бы застыло некое обещание, так и не сказанное вслух.

— Хорошо, я тебя поняла, — прошептала она с трудом, стараясь, что бы Горислав не заметил дрожь в её голосе.

— Тогда начнём с дружбы?

«Разве возможна дружба между мужчиной и женщиной?» — промелькнула мысль и Весения тут же тряхнула головой.

— Значит дружба. Что ж, это неплохо.

Утвердительный тон должен был прежде всего убедить её саму в правильности происходящего, но отчего-то, ей совсем не верилось. Пока она пыталась найти ещё какие-то слова, Горислав повернулся и направился к выходу. Весения же смотрела ему вслед, не понимая, почему он уходит.

Через несколько дней их «дружбы», девушка так и не смогла понять, повернулась ли к ней жизнь лицом или другой своей частью. Ведь это походило на безумие. Горислав приходил в мастерскую каждый день и сидел на одном месте, лишь иногда поднимаясь, дабы обойти помещение.

Целыми днями она трудилась вместе с подмастерьями, которые, прерывались лишь на обед. С другими приглашёнными невестами, Весения даже не виделась, предпочитая узнавать новости от приставленных к ней девушек. За ужином, сплетницы выкладывали ей всё, даже не подозревая, что языки им развязывает вовсе не медовуха, а одно из привезённых зелий.

Наступления сумерек Весения ждала и боялась одновременно, потому что это означало, что Горислав должен будет уйти. По какой-то причине, его приставили к ней не на один день, как было раньше, а на более длительный срок. В то время как остальные наёмники, были рассредоточены по городу. Яровит хорошо позаботился о её безопасности, но самого бога, в последнее время она не видела и от того на сердце было неспокойно.

Каждый занимался своими делами. Горислав выполнял роль неусыпного стража, а Весения старалась за краткий срок создать дар достойный княжеского взора.

Так же, девушка с удивлением обнаружила, что когда Горислав начинал что-нибудь рассказывать, даже усталость начинала отступать. Он был настоящим кладезем историй о разнообразных местах, людях и событиях прошлого. Иногда его слова звучали настолько фантастично, что она и не знала, правда ли это или плод богатого воображения.

Слушая его, Весения будто бы воочию видела места и людей, с которыми он встречался. Хотя нередко он развлекал её историями о деяниях других воинов.

Рядом с Гориславом, она чувствовала удивительное умиротворение и пусть ей всегда твердили что таких как она во всём мире нет, Весении всегда это казалось очень жестоким. Ведь нет страшнее участи, чем одиночество. Иногда, она будто бы случайно касалась руки мужчины. Это желание быть рядом, уже напоминало ей самой, помешательство. Мысли о князе отошли на второй план и казалось, что так будет всегда. Мастерская, любимое ремесло и Горислав рядом.

— А тут моя дочка, Весения!

Обернувшись, девушка увидела как Баташ выпятив грудь, открывает дверь какому-то человеку. Сердце упало в пятки, стоило ей заметить блеск золотого венца на лбу гостя.

— Княже, — ошеломлённо выдохнула она и тут же подскочила, дабы склониться перед ним.

— Стало быть тут обитает мастерица, — протянул мужчина и его голос, лился из уст словно патока. — Чем же занята красавица?

Поцеловав перст, девушка выпрямилась и указала на стол. Пусть работа не была завершена, но похвастаться было чем. Широкая оправа сверкала драгоценными камнями, это была подставка для книги с удобным держателем. Продемонстрировав, как именно работает конструкция, девушка опустила глаза в пол, ожидая когда же князь наконец уйдёт. Пусть её послали сюда специально для него, но этот человек ей был неприятен и как назло, Горислав вышел куда-то. И пусть у дверей в мастерскую всегда стояли двое наёмников, на сердце всё равно было тревожно.

— Занятная вещица. Такие обычно из дерева делают, а тут богатое убранство. Интересно, что же ты везла специально для меня.

— Доченька, покажи-ка князю, какие дары ты для него справила, — залебезил Баташ, — У моей красавицы ручки золотые. Никогда труда не боялась, а как чего узрит в своих ведениях, так сразу же бежит исполнять. Так цвета сочетает, ну загляденье!

— Ты мне вот что скажи, — начал Истислав, прищурившись, — Откуда у твоей дочери сила такая, коли сам ты обделён богами? Я приказал все родовые книги просмотреть, ты хоть и не шибко древнего рода, но никаких записей о подобных силах за твоим именем нет.

— Так мне откуда знать, — пожал плечами мужчина, — Может и был кто в роду, да только скрытничал. Не везде к одарённым милостиво относятся, вот и молчали. Это же благодаря роду вашему, да хранят его боги в веках, жизнь стала мирная и спокойная. А коли случается бесчинство от тварей тёмных, так ваши верные воины с ними вмиг расправляются.

«Бесчинство? Да если бы люди древний закон чтили и дары приносили, никаких бед и не было бы!» — мысленно фыркнула девушка, едва удержавшись от кривой ухмылки.

Прожив среди людей некоторое время, она уяснила для себя одно. Первую гвардию в Дакре принято уважать и восхвалять. Ярунов не очень любили и относились к ним настороженно, но на словах их обожали.

К тому времени, когда Баташ уже зашёл на второй круг лести, Весения открыла сундук и взяв то самое зеркало, что совсем недавно показывала Гориславу, вернулась к князю.

— Ну посмотрим, на готовую работу, — с улыбкой произнёс он и развернув ткань изменился в лице.

В глазах отчётливо виднелось восхищение, ему явно понравился приготовленный девушкой дар, но именно это и заставило Весению напрячься. До этого момента, князь Истислав был для неё чем-то далёким и недостижимым, как звёзды. Но теперь он стоял рядом, и это могло означать только одно — беззаботное время закончилось.

— Я пришлю человека, что бы забрал сундук и надеюсь, что совсем скоро увижу готовую подставку. Дочка у тебя настоящая мастерица!

Маслянистая улыбка Баташа светилась довольством. Подмигнув Весении, он засеменил за князем, а сама девушка словно оцепенела. В лице Истислава угадывали общие с Гориславом черты, но его облик был более грубым, наполненным настоящей, мужской красотой. Он совсем не походил на былинного героя, но хитрый взгляд выдавал в нём человека изворотливого. Короткая русая борода обрамляла лицо как дорогая оправа, а выгоревшие кудри придавали облику миловидности.